Армагеддон. Омнибус

Грин Джонатан

— У нас проблема, сэр, — доложил огнемётчик, наблюдая за разведчиком, который присел на корточки возле самой дальней ржавой цистерны. Вин вытянул правую руку за спину и показал четыре пальца.

— Какая? — чувствовалось, что сержант начинает злиться.

— Приближаются четыре орка, сэр.

— Вас заметили?

— Ещё нет, сэр.

— Тогда какого чёрта они там делают?

— Не знаю, сэр.

Тем временем Стейнбек снял с плеча длинноствольный лазган и прицелился одному из ксеносов в голову.

— Ваши приказы, сэр? Открыть огонь? — спросил Гюнт, приготовив огнемёт.

— Нет.

Уходите. Не стоит терять эффект неожиданности, — ответил Джелкус. — Отходите.

Двое рядовых начали отступать. Однако сначала Вин вытащил из-за пояса штык и воткнул в изъеденную ржавчиной третью цистерну. Из отверстия сразу же потекло очищенное нефтехимическое топливо. Прежде чем вытащить нож разведчик повернул его, расширяя пробоину. Теперь струйка превратилась в непрерывный поток.

Колп услышал гортанную речь орков — те как будто чему-то удивлялись. Он был уверен, что твари учуяли запах вытекающего прометия и жестом поторопил Стейнбека. Пригибаясь, они забежали в тень от горного хребта — там скальные пласты выходили на поверхность и заслоняли спуск к аэродрому.

— Всё, сэр, мы на месте, — доложил Гюнт Бэйну.

— Тогда взрывайте, когда будете готовы. И да поможет вам Император. Конец связи.

Из укрытия легионеры наблюдали, как топливо выливалось на утрамбованную землю и из-за наклона грунта текло к рокритовой дороге. Бледно-охряная почва становилась тёмно-коричневой. Не понимая, что происходит, в лужу прометия вступили зелёнокожие.

Усмехнувшись, огнемётчик нажал на детонатор. Взрыв сотряс всё вокруг: с гор посыпалась каменная пыль, в небо взметнулся шар из грязного чёрного дыма и яркого оранжевого пламени. От ударной волны третья цистерна также взлетела на воздух, а вслед за ней и четвёртая. Их содержимое подпитало неистовое пламя.

Четверых приближавшихся ксеносов отбросило назад, и они распластались на мокрой земле. Все на аэродроме тотчас же обратили внимание на взорвавшийся склад. Отовсюду доносились крики.

Упавшие орки встали, но кожаные куртки и штаны уже пропитались горючим. Зелёнокожие, ни медля ни секунды, бросились наутёк — слишком поздно. Они не пробежали и нескольких метров, когда огонь добрался до ног и поджёг тела. Визжа как свиньи и размахивая руками они не глядя устремились в сторону Гюнта. Сдохли твари далеко не сразу — плоть успела почернеть и обуглиться.

Пожар продвигался по земле от разорванных цистерн к грузовику-заправщику. В воздух взметнулись синие, фиолетовые и оранжевые языки пламени высотой с человека. Они достигли машины, и загорелся брошенный топливный шланг. Мгновение казалось, что ничего не произойдёт. Затем с диким звериным рёвом заправщик взорвался. Куски искорёженного чёрного металла взлетели в небо в центре растущего огненного шара. Из грязного жирного пламени вылетела горящая покрышка и отскочила от грунта всего в нескольких метрах от укрывшихся гвардейцев.

Едва начало стихать эхо разрывов, как с противоположного конца ВПП послышались выстрелы.

Колп сумел разглядеть огромную всесокрушающую боевую фуру, которая спускалась по горному хребту в открытую долину. Она ехала примерно на скорости сорок пять километров в час, поднимая пыль

гусеницами и огромными колёсами. С тыла на изумлённых орков обрушился смертоносный шквал крупнокалиберных снарядов из огромной пушки и установленных на корме двух спаренных пулемётов. Огонь вели Бэйн, Броек и Кайван, Эркал перезаряжал, а Руми и Стревикц стреляли с бортов из лазганов. Страйкер нашёл в заднем отсеке тайник с гранатами и теперь бросал их в зелёнокожих с помощью специального метательного устройства.

Ксеносы гибли или под беспорядочным плотным огнём или разлетались в клочья от мощных пушечных снарядов. Со всех сторон доносились их предсмертные вопли. Но не только чудовищная машина наносила столь огромные потери искавшим спасение зелёнокожим. Рядом с похожим на танк грузовиком параллельным курсом шагал увенчанный нимбом неповоротливый чёрный бронированный дредноут — брат Джерольд из ордена Чёрных Храмовников Адептус Астартес.

Дульное пламя и дым затмевали вращавшиеся стволы автоматической пушки и губительный штормовой болтер. Попадания разрывных боеприпасов превращали орков и гретчинов в ярко-зелёный туман.

Одновременно рыцарь рокотал из встроенных в броню динамиков. Воин обличал ксеносов богохульниками, само существование которых противоречило воле Императора, и призывал на их отвратительные орды божественную кару. Это был голос самой смерти.

Словно в ответ послышались отрывистые приказы. Они разнеслись по всему аэродрому из громкоговорителей башни управления.

И пока почти все гретчины спасались бегством, несколько больших орков сумели сохранить остатки разума и устремились к самолётам. На земле коптилы не опасны для боевой фуры, но вот если сумеют подняться в воздух — всё станет совсем иначе.

— Нельзя позволить этим ублюдкам взлететь, — обратился к Стейнбеку Гюнт.

— Ясно, — ответил разведчик, и, не произнеся больше ни слова, легионеры выбежали из укрытия и направились на аэродром.

Гусеничная машина резко остановилась, и Бэйн от неожиданности подался вперёд. Сержант врезался в казённую часть пушки, из которой вёл огонь.

— В чём дело, Верхоеф? — прорычал он водителю.

Долю секунды спустя всего в метре от шипастого бампера раздался взрыв, встряхнув чудовищный транспорт. Если бы легионер не нажал на тормоза, то снаряд попал бы прямо в угнанную гвардейцами фуру.

— Извините, сэр! — крикнул Верхоеф, несмотря на напряжение боя в его голосе чувствовалось веселье.

— Не волнуйся, рядовой, — ответил Джелкус. — Вовремя увидел. Так держать.

Впереди продолжалась буксировка огромного бомбардировщика к взлётно-посадочной полосе. Очевидно орки преисполнились решимости поднять его в воздух, даже несмотря на неожиданное нападение.

Для Бэйна не составило бы труда навести пушку на подвешенные под крыльями ракеты и отправить самолёт в лучший мир, но у них совсем другая цель. Когда пилот предложил улететь в Хеллсбрич на борту этого монстра, в сержанте снова вспыхнули воображение и надежда. Он увидел в спасении Конрада Страйкера промысел Императора, и теперь лётчик поможет взводу выполнить задание.