Аркхимир
Шрифт:
Я закрыл глаза и почему-то вспомнил Бени, взгляд которой полыхал решимостью и твердостью. С самого детства она была такой: мягкой, нежной, спокойной, послушной, но если она по-настоящему чего-то хотела - ее глаза загорались непокорным огнем. И тогда никакие трудности, ни я, ни даже дядя, не могли заставить ее свернуть с выбранного пути.
Я вспомнил как после нескольких дней скитаний по лесу - грязный, голодный и раненный - в первый раз увидел этот взгляд. В предшествующую тому дню ночь мне пришлось отбиваться от старого волка-одиночки, которого, похоже, прогнали из стаи. Если бы не нож, найденный мной в свертке, что сунула мне мама, то я бы, несомненно, погиб - одних моих кулаков и
Это была яростная схватка не на жизнь, а на смерть. И мне удалось выйти из нее победителем! Никогда не забуду горящие злобой дикие глаза в тот момент, когда ощерившийся зверь прыгнул на меня. Пришлось подставить руку - иначе бы он впился мне в горло. Скрипнув зубами от боли в тот момент, когда желтые клыки волка вошли в мою плоть, я со всей силы ударил ножом в брюхо зверя. Потом мы повалились на землю, и я продолжал наносить удар за ударом до тех пор, пока злоба в его глазах не начала угасать и он не разжал челюсти.
Хоть зубы у хищника были уже не очень острыми, рваная, сочащаяся кровью рана оказалась довольно серьезной. Перемотав ее куском материи, отрезанной от своей одежды, я прижался к остывающему телу зверя. Нужно было дожить до рассвета, ведь отправляться в путь по темному лесу было равносильно смерти.
Когда небо наконец начало светлеть, я, чувствуя, что теряю остатки сил, поспешил к деревне - до нее по моим расчетам оставалось совсем недалеко. Через несколько часов ряды бесконечных деревьев расступились, и с холма, на котором оказался, я впервые увидел Ориго. Деревенька раскинулась в долине в нескольких милях впереди. Казалось, я больше не в силах сделать ни шагу, однако, еле волоча ноги, снова побрел вперед.
Бени была первым встреченным мной за несколько долгих дней человеком. Она бегала за бабочками и так увлеклась, что довольно сильно отдалилась от селения. Увидев меня, девочка насторожилась, но не испугалась. А когда я, не в силах больше держаться на ногах от истощения и кровопотери, упал на землю - подбежала ко мне. Я смог выговорить только два слова: "Дядя Фабер" и потерял сознание, а очнулся уже в доме дяди.
Как я потом узнал, эта маленькая и хрупкая на вид девочка не только не бросила меня, но, невзирая на то, что я был гораздо крупнее ее, тащила мое безжизненное тело почти до самой деревеньки до тех пор, пока нас не заметили стражники. Позже я также вспомнил, что за это время один раз все же приходил в сознание - буквально на пару секунд. Именно тогда я увидел этот упрямый огонь, горевший в ее глазах.
После этого мы всегда и везде были вместе. Нас было не разлить водой! Когда Бени находилась рядом, я чувствовал себя спокойно и уверенно. Вот и теперь, вспоминая все это, я понял, что больше не хочу попасть в Аркхимир. Все, чего мне сейчас хотелось...
Внезапно камень - я все еще сжимал амулет в руке - начал быстро нагреваться и обжог меня.
Я вскочил с кровати и обнаружил, что вместо своей комнаты стою на покрытой изумрудной травой поляне. С жадностью мечтающего опохмелиться пьяницы я с упоением вдохнул воздух Аркхимира, с которым не сравнится даже самое лучшее вино! Все проблемы остались где-то далеко-далеко и больше не имели никакого значения. Подняв глаза к сверкающему голубизной небу, исчерченному извилистыми переплетениями золотисто-огненных потоков, я рассмеялся от неожиданно переполнивших меня легкости и сил. Янтарное солнце стояло в зените и приятно грело лицо, а ласковый ветер окутал меня в нежных объятиях.
– Вижу, что у тебя все получилось. И гораздо быстрее, чем я думал, - неожиданно услышал я за спиной знакомый голос.
– Не ожидал увидеть тебя так скоро, Никк!
Я повернулся к Эфриру. Его
– Почему я так жаждал сюда попасть?!
– тут же выпалил я.
– А ты еще этого не понял?
– удивился старик.
– Я вообще сейчас мало что понимаю, - честно признался я.
– Все дело в Изначальной энергии, которая пронизывает весь этот мир, - ответил он, указывая на текущие по небу потоки.
– Она наполняет здесь все живое и неживое. Обычный человек, побывав в Аркхимире хотя бы один раз даже во сне - а иного способа увидеть его у обычных людей нет - навсегда теряет душевный покой. А затем рано или поздно сходит с ума, не имея возможности вновь узреть Древний Мир, - Эфрир многозначительно помолчал.
– Тебе же выпало испытание во сто крат труднее - ты попал сюда по-настоящему, со всеми потрохами! Вряд ли кто-нибудь кроме тебя смог бы это выдержать - такого "счастливчика" просто бы разорвало на части этой самой энергией! Люди, населяющие ваш мир, измельчали. Кровь, что течет по их жилам, стала слабой, жидкой...
– закончил старик и замолчал. В его словах мне даже послышалась грусть.
– Когда я попал сюда впервые, то чуть не погиб, наткнувшись в пещере на двух странных, напоминающих пантер существ, - вспомнил я.
– Мне удалось их убить, после чего из их трупов вырвались такие же потоки энергии и вошли в меня, исцелив при этом все раны!
– Тебе удалось убить двух Сэрперов той железякой, не прибегнув к магии?!
– удивленно воскликнул Эфрир.
– Ты не перестаешь меня удивлять, мальчик!
– Ну не то чтобы прям сразу двух - можно сказать, мне просто повезло, - почему-то немного смущаясь от его слов, проговорил я.
– Повезло или нет, но ты это сделал, - отрезал старик.
– А насчет твоего исцеления: как я тебе уже сказал, потоки Изначальной энергии не только пронизывают этот мир, но и наполняют собой все вокруг. В большей степени, конечно, живых существ. При смерти их энергия возвращается обратно в Мир, впрочем, если смерть была насильственной, то Изначальная субстанция переходит к победителю и, вливаясь в него, делает его сильнее.
– Эфрир немного помолчал.
– Люди, населяющие древний мир, могли впитывать в себя эту энергию, получая неимоверную силу и могущество. Однако когда твои боги, - он зло усмехнулся, - разделив Единый Мир на части, отделили Аркхимир, потоки Изначальной энергии в Тэрраруме стали иссыхать и постепенно вовсе исчезли. Вместе с этим и люди со временем утратили способность ее поглощать...
– Но я-то, получается, могу это делать!
– проговорил я.
– Да, ты можешь, - согласился Эфрир.
– Но, как я уже говорил, ты ведь особенный.
– И что же во мне такого особенного?
– продолжал донимать я его.
– Ну, хотя бы то, что ты можешь поглощать Изначальную энергию, - усмехнулся старик.
– Не торопись, Никк. Со временем ты сам все узнаешь.
– Хорошо, - кивнул я, запихивая в себя еще по меньшей мере сотню вопросов, упорно пытающихся сорваться с языка. И дабы все же не дать случиться этому "ужасному бедствию", решил сменить тему: - Вы говорили, что хотите стать моим наставником...
– Я уже стал твоим наставником, - бесцеремонно перебил меня собеседник.
– И ты, хоть сам этого и не понял, успел получить от меня свой первый урок, с которым, надо сказать, справился блестяще!
– Какой еще урок?!
– растерялся я.
– Ты научился преодолевать всепоглощающую силу Аркхимира и смог попасть сюда. Теперь он больше не владеет тобой, но ты можешь если и не овладеть им - даже тебе это не под силу - то использовать его в качестве наимощнейшего оружия!