Арканмирр
Шрифт:
— Лежи спокойно, — посоветовал Алерон, — тогда ты избежишь массы неприятных и никому не нужных ощущений.
Я попытался хотя бы частично отключить головную боль и оценить происходящее. То, что я увидел, мне не понравилось. Два Странника в черных комбинезонах стояли на коленях, а Алерон с деланной небрежностью опирался спиной о дверной косяк. Однако тот, кто находился прямо передо мной (перед ним-то Странники и преклонили колени) — неопределенного возраста смуглый человек, облаченный лишь в короткие темные штаны, — заставил меня содрогнуться. Мощь его торса и сложенных
— Йохан из Готланда? — спросил он скорее утвердительно.
Я кивнул — отрицать было бессмысленно.
— Это принадлежит тебе?
В его руках появился мой меч — тот самый, который называли адаманитовым. Я снова наклонил голову.
— Расскажи, как он попал к тебе.
— Это трофей, — коротко объяснил я. Видимой реакции не последовало, так что я решил продолжить: — Он принадлежал одному наемнику, с которым мне пришлось сразиться в Цитадели Ло Пана Связующего. Вы, я полагаю, уже слышали о взятии Миробана войсками Искательницы…
— Подробнее о поединке, — приказал он.
Я пожал плечами:
— Если б я занимался запоминанием всех подробностей поединка, а не самим поединком, меня бы здесь не было.
— Он ничего не знает, — вдруг сказал Носитель Меча. — Его умение не имеет никакого отношения к…
— Заткнись! — прорычал один из Странников, по-прежнему находившийся в коленопреклоненном положении. Судя по голосу, это был тот самый, кого я видел в облике тигра.
— Помолчи лучше ты, Квай-Чан, — отрезал Алерон, — это важно. Он не имеет ни малейшего представления о Пути и Звере.
— Невозможно, — произнес второй Странник, однако в его тоне уже слышались нотки сомнения.
— Это легко проверить. Не так ли, Коготь Тигра?
Смуглокожий слегка улыбнулся, но улыбка эта ни на йоту не изменила выражения его глаз.
— Проверить несложно, — согласился он, — однако в том нет нужды. Паренек говорит чистую правду, а значит, действительно умеет только размахивать мечом. Это, надо сказать, подрывает репутацию покойного Рэйона Невидимки как лучшего клинка Гильдии Убийц.
— Учитель, — вкрадчиво начал Квай-Чан (этот тон очень обеспокоил меня; говоря так, всегда хотят убедить собеседника, что поступить именно так, а не иначе — в его же интересах), — не о Рэйоне речь. Если парень и впрямь ничего не понимает в Истинном Мастерстве, тогда тень брошена не на Невидимку, а на его учителя. Иначе говоря, на вас и вашу школу.
Я заскрипел зубами. Так и есть. Он явно бьет в одну точку.
— Ты прав, это меняет дело, — тихо проговорил Коготь Тигра. Меня прошиб холодный пот. — Об этом действительно могут пойти слухи, чего никак нельзя допустить. Выход один…
— Убрать свидетеля, — с затаенной радостью закончил Квай-Чан.
— Нет. Сделать его Мастером.
Алерон издал неясный звук. Я сообразил, что он старается сдержать смех. Физиономия Квай-Чана вытянулась так, словно его огрели булавой по затылку, а третий Странник раскрыл рот от изумления. Такого никто из них явно не ожидал.
— Учитель, ведь обучение начинают с трех-четырехлетнего возраста… — заикнулся было Квай-Чан,
— Тебе прекрасно известно, почему это делается. Физическая подготовка у этого паренька явно на уровне, что до тренировки сознания — там будет видно. Испытывать его будете вы вдвоем — под моим присмотром, естественно.
На лицах Странников вдруг появились такие ухмылки, что я заподозрил неладное. И не очень ошибся, как показало будущее…
«Ученик, ты никогда не узнаешь всего. Искусство рукопашного боя — это даже не искусство, это — жизнь. Целая жизнь. Чтобы познать его полностью, нужно отказаться от собственной жизни и принять ту, другую… Такое бывало. Но человеческого в этих — бесспорно, великолепных — бойцах оставалось не более, чем в диких тиграх.
И все-таки есть способ обрести нужное умение, не потеряв самого себя. Он требует определенной подготовки, которая должна начаться едва ли не в младенчестве. Сущность же этой подготовки заключается не столько в физических тренировках — это важная, но вовсе не самая главная часть дела, — сколько в тренировке сознания, в выработке четко контролируемой «боевой личности». Контроль необходим, иначе результат будет таким же, как и с теми, первыми мастерами…
Когда все завершается, в одном теле как бы оказываются совмещены два разных сознания, одно из которых принадлежит бойцу, реагирующему на опасность со скоростью мысли. И в нужный момент именно он обретает контроль над телом, тогда как второй — тот, кого окружающие считают истинным (и единственным), — уходит в тень своего двойника, оставаясь лишь бесстрастным наблюдателем.
Мы называем это «пробуждением тигра». Кое-кто предпочитает наименование «рождение демона», другие — «появление дракона» или же «оживление тени»… Не в имени суть. В действии. И результате.
Однако не следует забывать о самом главном. Нетрудно разбудить спящего внутри тебя могучего и непобедимого тигра. Куда трудней снова усмирить его после того, как опасность отражена. Вот в чем кроется основная опасность, подстерегающая на этом пути.
На Пути Двух Разумов…»
Так на протяжении многих лет говорил своим ученикам Янг-Цзе по прозвищу Коготь Тигра. И каждый раз речь повторялась слово в слово, вплоть до ударений и интонации. Одинаковым было и полное непонимание его учениками истинного смысла этой речи.
До тех пор, пока мастер не взял в ученики молодого готландца…
Я неустанно проклинал и помешанного на тиграх Странника-учителя, и его учеников-садистов, и Алерона, впутавшего меня в это дело. Конечно, все ругательства оставались внутри меня, однако напряжение постоянно нарастало. Росла и моя злость — вместе с силой, как это ни странно.
Хотя Коготь Тигра и сказал в самом начале, что физическая подготовка у меня вполне приемлемая, его слова не принесли избавления от изнурительных тренировок и еще более изнурительных испытаний, конечная цель которых явно заключалась в том, чтобы довести меня до состояния живого трупа…