Аркадия
Шрифт:
"Ты лжешь"»
Его хватка ослабла. Мой низкий, но решительный тон эхом отразился в ее ясных глазах, устремленных в мои. Она выглядела смущенной и немного обеспокоенной.
"Что?- Коралина медленно пожала мне руку. "Ан-драс... что ты говоришь?- Она пристально посмотрела на меня и в следующее мгновение выдохнула полуэльфа, снисходительно покачала головой, словно убеждая себя, что я шучу. Этот способ действий очаровывал меня много раз, когда мы были вместе. "Ты потрясающий. Так много всего произошло в последнее время ... я хорошо знаю, как тебя расстраивают перемены, не заставляй меня принимать удары!
Он попытался затащить меня в комнату, но мои ноги остались привязанными к земле, тело посажено, как тотем, и я не сдвинулся ни на миллиметр. Она едва ощутила сопротивление, которому я сопротивлялась, даже не напрягаясь, и в ее выражении пробилось тонкое осознание, когда она поняла, что я не потворствую ей.
"Что с тобой?»
"Я видел Эдельрика".
Коралина так тяжело вздохнула, что едва не перестала дышать. Я изучал каждую крошечную реакцию его
тело, от белоснежного лица до мраморной хватки на моей руке.
"Правда? Где?»
«Он мне кое-что рассказал, - продолжал я, не отвечая на его вопросы. Мое отношение, казалось, раскрыло ей непроницаемое направление разговора. Странное напряжение между нами вышило ей по коже неестественный мороз.
"Что он тебе сказал?»
"Я думаю, вы знаете это очень хорошо».
Коралина не отводила от меня взгляда.
"Андрас, я не понимаю, о чем ты говоришь».
– По-моему, ты знаешь. Я шагнул вперед, мое ледяное выражение неумолимо сузилось, и Коралина отступила. "Мы оба это знаем"»
– Клянусь, - сказала она огорченно. "Клянусь, я не понимаю, о чем ты!»
"Прекрати притворяться". Я повысил голос, опираясь на нее так, что она заметно дрожала. "Я все знаю, кора-лайн. Он мне все рассказал"»
В этот момент я должен был остановиться. Объявив, что я поставил спектакль, я избавился от бескомпромиссной суровости, капающей с моего взгляда, и перестал ее терроризировать. Я испытывал ее самым коварным и извращенным способом, самым неожиданным для нее, но также и единственным, который мог каким-то образом оказать на нее достаточно давления, чтобы выкинуть из нее правду.
Коралина была не для лжи. У нее была слишком простая душа, иногда немного неуклюжая, и я действовал как манипулятивный ублюдок, как и мой отец, потому что я знал, что быть загнанным в угол-это последнее, чего она ожидала.
Но мне нужно было быть уверенным.
Мне нужно было искоренить подозрение, которое пронизывало мою голову, хотя я отказывался верить, что это действительно возможно.
Я не хотел причинять ей боль. Несмотря на то, что я вел себя с ней очень сомнительно, я никогда не хотел причинять ей боль. Но некоторым вещам меня учили самым больным образом, и иногда я все еще изо всех сил пытался понять, насколько неправильным может оказаться мой образ действий.
Но как раз тогда, когда я собирался бросить удар и положить раз и навсегда конец этой мессинсене, случилось что-то, что сломало мой разум.
Его рот задрожал.
Ее веки затуманились, и она отчаянно наморщила лоб, разбившись на чахлый шепот.
И я почувствовал, как сердце сжимается на себе, разум трескается, а затем рушится, как разбитое зеркало.
– О, Андрас...
– сквозь слезы пробормотала она. "Андрас,
Коралина разразилась скорбным плачем. Она закрыла лицо руками и громко всхлипнула, разлетевшись вдребезги, которые рассыпались вместе с моими, как обломки сна.
Я почувствовал, как реальность расползается вокруг меня. Мне оставалось только сидеть неподвижно, молча, надеяться, что он притворяется, как я.
"Извините. Прости ...
– ее голос звучал разбухшим от слез и разбитым. «Я больше не мог так продолжать ...
– он замялся. Это была не жизнь...
– продолжала она плакать, а я смотрела на нее, даже не видя ее. "Он сказал мне, что забудет все. Что мы оставим все позади, Андрас, что он не сообщит об исчезновении Олли, и я смогу вернуться домой ... я вернусь к своей старой жизни, к своим друзьям, в университет, и он больше не будет прикасаться ко мне... он даже предложит мне деньги, чтобы закончить платить по прямой, все было бы хорошо. А взамен я просто должен был молчать...
– она подняла лицо и посмотрела на меня, измученная, больше не в силах лгать мне. «В тот день, когда я вышла и спасла эту собаку, я пошла к нему"»
"Она появилась в моем офисе в городе... умоляла меня положить конец ее кошмару"»
"Я не знал, что еще делать. Это казалось единственным решением. Мне было страшно, Андрас, я должна была рассказать тебе об этом, я знаю, я ошиблась... но я испугалась, начала осознавать, что сделала, и не могла найти выхода из этого. Я пошла к нему, потому что надеялась, что он простит меня и предложит мне сделку...»
"Простить тебя?- Рявкнул конат, покачиваясь на ногах. Я вспомнил беспокойство, что нашел ее посреди улицы, страх, что он может причинить ей боль. Что я был бы готов сделать, чтобы защитить ее ... " после всего, что он сделал с тобой... После всего, что ты сказал мне ... он должен был простить тебя?"Я отошел от нее, и мне даже не показалось, что я иду по этому миру. «В тот день, когда тебя сбили, ты не ходила в полицию. Ты собиралась принять его предложение"»
"Андрас, он изменился, уверяю тебя...»
"Он никогда не изменится, Коралина!"- выпалила я. Я не потерпел бы услышать еще одно слово, не о моем отце. "Он обманул вас, потому что это то, что он делает лучше всего, потому что так он всегда делал со всеми, а вы все еще не поняли! Вы решили вернуться к нему, чтобы принять его деньги и спрятать их от меня, а теперь приходите и скажите мне, что он стал хорошим человеком? Что он просил тебя взамен? Ответь мне!»
Коралина вздрогнула. Слезы снова залили ее щеки. И я понял, что не только в конце концов этот контракт действительно подписал его, но и многое другое, в чем он еще не признался мне.
"Он узнал о видеодиариях, которые я сделал. Те, где я все рассказывал, должны были стать нашей гарантией против него, моей жалобой на его ущерб, пока мы выясняли, как двигаться дальше. Но потом ... Андрас, пойми, я не мог...»
"Вы не могли, потому что подписали соглашение о конфиденциальности
и эти видео были бы вашим падением! Вот почему ты вернулась сюда. Он попросил тебя избавиться от всего этого", - прошипел я, и каждое волокно моего тела разорвалось под тяжестью сжимающей эмоции, которую я никогда не верил, что смогу испытать. "Почему ты просто не забрал ноутбук?»