Аристократы
Шрифт:
Элис: Имон, дорогой, я очень прошу тебя…
Имон: Что?
Элис: Сделай то, что я тебя попрошу.
Имон: Что?
Элис: Дядя Джордж… Давай его возьмем с собой.
Имон: В Лондон?
Элис: Пожалуйста, Имон.
Имон: Но он не согласится..
Элис: Я поговорю ним. Пожалуйста…
Имон: Ты думаешь, он
Элис: (Зовет) Дядя Джордж!
Дядя Джордж останавливается, готовый в любую минуту убежать. Элис подходит к нему.
Элис: Я хочу, чтобы вы поехали в Лондон со мной и Имоном. Вам не нужно будет ни с кем разговаривать. Вы можете не говорить ни слова. Если вы согласитесь, вы составите мне прекрасную компанию. Мне не будет так одиноко, если вы будете с нами.
Элис делает шаг вперед и дотрагивается до его руки, и быстро отступает. Пауза, и вдруг:
Дядя Джордж: Давненько я не бывал в Лондоне, года так с десятого, наверное. В аккурат, с того дня, как умер Эдвард седьмой. Я присутствовал, разумеется. Вот это я называю похоронами.
Элис: Вы поедете? Пожалуйста.
Короткая пауза.
Дядя Джордж: А не взглянуть ли мне еще разок на Лондон? Пожалуй, пойду паковаться.
Выходит так же, как вошел.
Элис: Спасибо, тебе, Дядя Джордж, спасибо. (Восхищенная, Имону) Он поедет! (Всем) Он поедет с нами в Лондон! Ты не против?
Имон: А где он будет спать?
Элис: На диване. Ему все равно. Он никогда не заботился о комфорте. Ты уверен, что ты согласен?
Имон: Ну… Он мне будет напоминать об этом месте.
Входит Вилли.
Вилли: Извините, я немного опоздал. Кого подвезти вниз, к автобусу?
Элис: Спасибо, Вилли. Ну что ж, нам пора выходить.
Казимир: Еще есть немного времени?
Джуди: Кто-нибудь хочет перекусить?
Вилли: Перекусить мы не успеем.
Джуди: (Имону:) Чай?
Имон: Нет, спасибо.
Джуди: Что-нибудь выпить?
Имон: Ничего не надо.
Элис:
Казимир: Не знаю… Полтора часа.
Элис: Мы побудем с тобой в аэропорту и там поедим.
Джуди: (Вилли) Дядя Джордж уезжает с Элис и Имоном.
Вилли: Куда уезжает?
Джуди: В Лондон.
Вилли: Ты шутишь. Серьезно?
Джуди: Да.
Вилли: Jesus, Maria and Josef … Да он же заболтает весь Лондон.
Все садятся: Клер рядом с Казимиром, Вилли около Джуди, Имон у ног Элис, положив голову на ее колени. Три пары расположились по периметру лужайки. Царит негласное желание продлить время, оттянуть окончательное расставание. Казимир достает кассету.
Казимир: Что на ней?
Клер: Твое любимое.
Казимир: Да, мое любимое.
Пауза.
Вилли: Мы его хорошо проводили, правда?
Джуди: Да.
Вилли: Однажды я стоял перед ним в суде, я тебе не рассказывал?
Джуди: О чем?
Вилли: Ну… На мою первую машину, у меня не было тогда ни прав, ни страховки, ни справок об уплате налогов, ничего, кроме одной дрянной истории на дороге. Jesus, Maria and Josef… Сколько же я ему тогда вранья сгрузил под присягой.
Джуди: Тебя оштрафовали?
Вилли: Да, нет. Отделался предупреждением. Получилось, что он мне поверил. Но на самом деле, он знал, что я нагло вру. Он сделал вид, что поверил. Да… Oн был тот еще фрукт. Как ты?
Джуди: Да ничего. Голова болит немного.
Вилли: Я так и подумал, когда наблюдал за тобой в церкви. Вот, возьми.
Джуди: Что это?
Вилли: Аспирин, захватил по дороге.
Джуди: Спасибо. Приму позже.
Звучит Вальс на Ночь, на кассете.
Вилли: Я не хочу вас торопить, но если вы хотите успеть на трехчасовой, то пора выходить.
Никто его не слушает.
Казимир: Ты была слишком маленькой, чтоб помнить как Мама пела нам это.
Клер: Да?
Казимир: Да, ты была очень маленькой.