Арина
Шрифт:
Тут Игорь, который был у них за старшего, явно рассердился, ему надоела хмельная словоохотливость мужчины, и он, поглядывая то на Катю, то на Олега, как бы спрашивал: «Ну что будем делать? Дежурную машину вызывать?» Катя даже испугалась вдруг построжавшего Игоря, ей стало жалко мужчину с папкой, выглядевшего скорее беспомощным, чем опасным, и она сказала:
— Не бойтесь, не отправим вас в милицию. — И, просительно глядя на Игоря, добавила: — Мы домой вас отведем, правда, ребята?
— За это, дочка, спасибо, — обрадовался мужчина и вроде бы на глазах стал трезветь, подтянул еще неловким движением спустившийся вниз галстук. — Но это самое… смею ли вас затруднять?..
Ребята
На этот раз они начали свой обход с кинотеатра «Космос». Сегодня показывали там новый итальянский фильм, и народ с полудня толпился не только у касс, но и на площади перед кинотеатром. Люди стояли небольшими группами, оживленно беседуя, некоторые еще на остановке встречали выходящих из трамваев и троллейбусов, пытая, нет ли случайно лишнего билетика.
— А не махнуть ли нам тоже в кино? — полушутливо, полусерьезно предложил Олег, когда они вышли из троллейбуса. — Наверное, фильм хороший, смотрите, сколько народу.
— Мы тебя можем отпустить, верно, Катя? — сказал Игорь.
— Нет, не выйдет, — возразил Олег, поправляя повязку. — Меня в кино гонишь, а сам останешься с Катей. Но я, может, тебе ее не доверяю, оставь козлу капусту…
Катя улыбнулась, молча посмотрела на ребят. Ее янтарно-табачные глаза засверкали ясным светом, легкая смуглина на лице поплотнела, и такой притягательной сейчас была ее красота, что ребята разом покраснели, будто подглядели нечто запретное.
— Ой, Катюшка, не думала тебя встретить!.. — воскликнула подбежавшая к ним Оля Малышева. — У вас тут такой фильм, такой фильм!.. Альберто Сорди играет… Я вот пришла, жду, а его… — она скосила глаза на понравившегося ей Олега и замялась.
— Ладно, вы поговорите с подругой, а мы пока к кассам пройдем, — сказал Игорь, беря за руку Олега, который как-то удивленно смотрел на подругу Кати. — Потом нас найдете, мы тут будем вертеться.
— Я так за тебя рада, так рада!.. — защебетала Оля, целуя подругу. — Я поздравляю тебя! Мне мать сказала, что ты звонила. Вот и пришло к тебе счастье… А знаешь, я не могу представить тебя дамой, такая тоненькая и — дама. С ума сойти можно!.. Мать говорит, врач он, хирург, квартира кооперативная. Сразу жизнь построишь настоящую. Правда?
— А мы пока у нас будем жить, — пояснила Катя. — Дмитрий согласился. Как же я Ивана Ивановича одного оставлю, он тут же умрет от тоски.
Оля посмотрела по сторонам, ища кого-то глазами, с обидой сказала:
— Видишь, все нету, уже полчаса его жду не дождусь. А вдруг совсем не придет, старая грымза не пустит его. Левушка так боится эту рыжую грымзу, ты представить себе не можешь. Когда звонит ей при мне, заикается, весь бледнеет. Она так его мучает, так мучает!.. Это надо же какая обида, я с трудом билеты достала, он без ума от итальянских фильмов, а грымза, я уверена, его на цепь посадила и ключ в карман спрятала. Подумай только, уже пять минут осталось до начала, а Левушки и близко не видать.
Вытянув полную шею, Оля вертела головой туда-сюда, опять ругала на чем свет стоит рыжую грымзу, жалела несчастного Левушку, погибающего у жены под каблуком. А когда раздался третий звонок, она глянула на часы, пожаловалась, что целых сорок минут ждала Левушку,
Оле все не хотелось еще верить, что Левушка не появится, и она какое-то время озиралась по сторонам, с надеждой вглядывалась в идущих от троллейбуса людей, а потом подхватила Катю под руку, повела на Звездный бульвар, стала расспрашивать подругу о женихе, о предстоящей свадьбе.
— Ну ты и молодчина, это так неожиданно!.. — все не переставала удивляться Оля, на ходу закуривая сигарету. — Была одна, одна, и бах — сразу замуж. И человека какого нашла, серьезного, перспективного. Ты умница, что киношника отшила. Я не права была тогда. Нужен он тебе, как рыбке зонтик, этот лощеный пенкосниматель… Ты хоть скажи, как невестой себя чувствуешь? Я сама-то никогда, видно, замуж не выйду…
— Дурочка, что ты болтаешь? — возразила возмущенная Катя и даже замедлила шаг. — А ты забыла, как в десятом классе за тобой Князев гонялся?.. Забыла?..
Оля поморщилась от боли (недавно купленные туфли сильно жали ей ноги), но все-таки не остановилась, прошла еще немного, а затем захромала, и тогда они сели на скамейку.
— Нет, Катюшка, не успокаивай меня по доброте своей, я наперед все знаю… — грустно вздохнула Оля, доставая новую сигарету. — Ничего хорошего меня не ждет, наш род такой несчастный. Видишь, мать всю дорогу за мужика везет, работает как ломовая лошадь, а счастья нет как нет, не к кому голову прислонить. Так и доживать ей свой век в одиночку. Вот и меня та же участь ждет, это точно. Ровесники мои давно меня обходят, а замечают одни женатые-переженатые. Но им-то, сама знаешь, что надо… Вот оттого и пью иногда. Налакаюсь до чертиков, и море по колено…
— Да ну тебя, все глупости, — оборвала ее Катя. — К чему ты себя с матерью сравниваешь? Что у вас общего, в судьбе вашей? Сама знаешь, жених Татьяны Николаевны с войны не вернулся, оттого она и вышла за кого попало. А теперь не война, ты в институте…
В это время где-то сзади них, со стороны сберкассы, раздался страшный женский крик:
— Кассиршу-у-у убили!.. Держите бандита, держите его!..
Они в испуге вскочили со скамейки и сразу увидели, как от сберкассы в зелень бульвара убегал, сильно пригибаясь к земле и подпрыгивая, человек в сером комбинезоне. И, будто подброшенная пружиной, Катя тут же ринулась ему наперерез. Опешившая Оля пока сообразила, что произошло, пока кинулась вслед за подругой, крича на помощь людей, Катя уже мелькала далеко меж деревьев.
Легкая на ногу Катя бежала по кратчайшей прямой, делая порой резкие зигзаги то влево, то вправо, огибая оказавшиеся на пути деревья, кусты жасмина и сирени, ни на миг не выпуская из глаз человека в сером. Неожиданно она сильно ушибла ногу о затаившийся в траве камень, но в горячем порыве и желании во что бы то ни стало догнать и задержать бандита совсем не ощутила боли. Расстояние между ними с каждой секундой сокращалось, и это придавало Кате силы, теперь она была почти уверена, что его настигнет. «Нет, ты не уйдешь, нет, ты все равно от меня не уйдешь!» — подбадривала она себя, но тут вдруг боковым зрением приметила, что на другой стороне бульвара стоял зеленый грузовик, из выхлопной трубы которого толчками вылетал черный дым. Грузовик с работающим мотором, поняла она, как раз и дожидался бандита, и тот сейчас его достигнет, и тогда машина рванет, и все пропало…