Ари

Филон Елена

Я смотрела на него застывшим взглядом:

— Он что… только что выбросил… мой телефон?

— Да, — ответила Харви на мои мысли вслух. — По телефону тебя легко отследить. Когда всё закончится, я верну тебе такой же.

Много чего сейчас вертелось на языке. Но ничего из этого так и не нашло выход изо рта.

— Это могла быть Саманта, — дрожащим голосом выдавила я. Вот что было важнее. — Мама Норы. — И первые слёзы вырвались на свободу.

— Знаю, — смягчившись, отозвался Харви. — Но если мама Норы

не хочет потерять и вторую свою дочь, то лучше некоторое время вам не выходить на связь.

И вновь я замкнулась в себе.

Апартаменты на последнем этаже элитного небоскрёба, вынудили меня застыть на пороге и не двигаться с места, пока Харви мягко не подтолкнул в спину. Он захлопнул дверь и прошёл в центр абсолютно пустой огромной гостиной с одним единственным кожаным диваном на угольного цвета полу. Вся дальняя стена состояла из окон в высоту от пола до потолка и была абсолютно голой - не прикрытой ни одним из видов солнцезащитных систем. Дождь барабанил по стёклам и превращал яркие огоньки панорамы города в блеклые размазанные пятна.

Я сделала несколько неуверенных шагов и вновь застыла. Харви смотрел на меня. Я на него.

И он знал всё.

А я ничего не понимала.

Кроме того, что этот парень оказался намного более загадочной личностью, чем обычный симпатяга-бармен. И я не знала, как принимать это.

Он спас мне жизнь. Пусть так.

Он увёл меня от полиции. Не понятно зачем.

И он якобы делает всё, чтобы обезопасить меня. Почему?

Почему?!

— Пару часов назад ты бросил меня, — произнесла я неокрепшим голосом.

Харви понадобилось несколько секунд тишины, чтобы осознать то, о чём я говорю.

— А потом, после того, как попрощался со мной, оказался у моей квартиры и спас мне жизнь.

Харви выпрямился, глубоко вздохнул и упёр руки в бока:

— Я знаю, ты в шоке, но…

— Я не в шоке, — перебила я, сделав ещё несколько шагов в его направлении. — С чего ты взял, что я в шоке? Я просто хочу знать… Почему? Почему… я?

— Тея…

— Разве мы не в безопасном месте? Разве не здесь я имею право задавать свои вопросы?

— Мы поговорим. Только немного позже.

— И расскажешь, почему меня хотели убить? Это ведь было покушение, верно? Или я ошибаюсь?

Харви на несколько секунд прикрыл глаза, медленно выдохнул, снял с себя мокрую куртку и швырнул на пол. Подошёл ближе, так что между нами осталось не больше метра и с поразительным спокойствием посмотрел мне в глаза.

— Хотел бы я сказать, что ты ошибаешься… Я понимаю, тебе страшно, Тея. Но поверь на слово, сегодня тебе лучше остаться здесь, а не в полиции.

Он прав. Сейчас мне по-настоящему страшно. Но не из-за того, что кто-то пытался убить меня в моей же квартире. А из-за того, что первый человек во всём мире, который обратил на меня такое существенное внимание, возжелал моей смерти.

И я понятия не имею, кто за этим стоит.

Как можно быть такой неудачницей?

— Пойдём, я покажу тебе, где ванная и дам сухую одежду. Потом обработаем твою рану на голову, — Харви как ни в чём не бывало вновь взял меня за руку и потянул в сторону высокой чёрной двери. А я просто послушалась. Как всегда, когда он меня касается.

Харви продемонстрировал, как пользоваться душем (по моей просьбе, потому что я не разбираюсь в десятках рычажков и кнопочек), вручил стопку сухой одежды – своей, мужской одежды, - и направился к выходу.

— Если что-нибудь будет нужно, не стесняйся.

— Ладно.

— Я буду на кухне.

— Хорошо, — кивнула я. — Спасибо, Ари.

Харви так резко развернулся, что с трудом устоял на ногах, а его застывшее в потрясении лицо стало лучшим доказательством тому, что «симпатягу бармена» зовут совсем по-другому.

Глава 10

Ари

Как последний идиот, я сказал ей: «Поговорим позже» и захлопнул свою дверь своей ванной комнаты в своей квартире, в которую я привёз объект.

Я спятил.

Можно официально признавать себя неудачником, никудышным наёмником и в двадцать два года с позором уходить на пенсию. Уеду в тропики, буду попивать коктейли на берегу Атлантического океана и гори оно всё в аду. Ну или где-то там.

Но сначала я сверну кое-кому шею.

— Ты первый облажался, приятель! — заверещал Тим в наушнике. — Не я лоханулся с тачкой и с естораном - это, во-первых. Потому что я говорил: образ крутого парня с этой девчонкой не прокатит. А во-вторых, оба мы лоханулись, когда решили будто бы наша мышка-малышка ничего не сечёт и думает лишь о тебе голышом и в своей постели.

Я стиснул зубы, потому что ничего подобного я не решал. Но позволил Тиму продолжить:

— Ты только представь, Ари, это как надо существовать, чтобы не упускать не единой мелочи со встреч с незнакомцем! До чего же жалкое создание…

— Прекрати.

— Но умное! — повысил голос Тим. — Даже очень, я бы сказал! Неплохой склад ума и внимание на высшем уровне… Прям как у тебя когда-то! Кем были её родители? Это однозначно гены!

— Что значит когда-то? — я вышел на кухню, схватил бутылку виски из шкафчика и плеснул в бокал.

— То и значит, приятель, что до встречи с этой девчонкой, ты вообще ни разу от плана не отходил. А чтоб над тобой эмоции верх брали, так вообще такого не припомню… Чёрт, я гордился тобой, приятель! В какую тряпку ты превращаешься? Сколько раз за последние два дня у тебя крышу сносило? — Тим тяжело вздохнул. — Серьёзно, Ари. Кончай с этим. Попей таблеток каких… потому что если о том, как ты лажаешь узнает твой учитель, сам знаешь, что будет…