Архитектор снов
Шрифт:
– Я не волнуюсь.
Подошел официант, поставил перед Майей огромную тарелку с шоколадным ломтем сдобы, разложил приборы, налил воды в стакан. Когда он, наконец, убрался, Карина заговорила.
– Нам нужна новая съемка. Мы не можем использовать материал с Меньшиковой.
Майя кивнула, понятное дело, конечно, не можем. Сестра достала из кармана визитку, протянула ее Майе. Та взглянула на нее и удивленно подняла брови.
– Антон Вольский… Твой бывший муж – кандидат на замену?
Карина усмехнулась.
– Нет, адрес на обратной
Майя перевернула визитку. Там было нацарапано:
«…переулок, дом 14, квартира 7. Зинаида. Варвара. Телефон…».
– Кто это? – спросила Майя, откладывая визитку и возвращаясь к своему десерту.
– Сложно сказать… Они недавно переехали в город, Зинаида, то ли жена какого-то архитектора, то ли сама художник, я не поняла, девочка – ее дочь. Марго их не знает, они сами нашли ее. Зинаида позвонила, сказала, ей посоветовали обратиться к Марго по поводу реставрации какой-то старинной клетки. Та сообщила, что давно этим не занимается, что она работает арт-директором в журнале, но может посмотреть и кого-нибудь посоветовать. Зинаида пригласила ее к себе. Марго приехала, была поражена квартирой, предложила сделать съемку для журнала. Зинаида оказалась не против, сказала, она тебя знает…
– Откуда? – проворчала Майя.
Карина не расслышала или сделала вид, что не слышит.
– …но предупредила, что должна посоветоваться с Варей. Если та будет против – ничего не выйдет.
– А сколько лет этой Варе?
– Лет шесть, семь.
Майя только подняла бровь. Она терпеть не могла детей, от мнения которых могло что-то зависеть. Теперь для того, чтобы получить разрешение на съемку, ей надо было прыгать козой по ковру, сюсюкать, унижаться и стараться понравиться. Карина с улыбкой наблюдала за ней.
– И, похоже, девочка немая, – добавила она.
Майя отложила вилку в сторону. Это было уже слишком.
– Что?!
– Встреться с ними, – невозмутимо продолжала Карина. – Марго говорит…
– «Марго, Марго…»– Майя забарабанила пальцами по столу. – Только и слышу: «Марго говорит, Марго советует!».
Сколько раз я просила эту сучку не посылать нас в Савельево? Так нет! Она как нарочно все съемки там устраивает. Теперь нашла какую-то немую на мою голову!
Она со злостью опять набросилась на сладкий пирог.
– Мало того, что я по ее милости потеряла свои часы, – Майя была несправедлива, но ей было все равно. – Теперь я должна общаться с какими-то маленькими девочками. Мое дело – снимать! Понимаешь? Делать фотографии. Я – фотограф, а не нянька.
Карина спокойно выслушала эту пламенную речь, жестом велела официанту подготовить счет и посмотрела на сестру.
– У тебя все лицо в шоколаде, – с трудом сдерживая улыбку, сказала она.
Майя еле сидела, отдуваясь под тяжестью стремительно уничтоженного десерта. На ее носу и щеках остались следы коричневой пудры.
– Сколько с меня? – просипела она.
Карина только махнула рукой. Взглянула в окно. Напротив на тротуаре она заметила высокого мужчину. Возможно,
Он стоял вполоборота, и Карина не могла как следует рассмотреть его лица, но он начал поворачиваться в ее сторону и она поймала себя на том, что ждет, когда, наконец, сможет увидеть его анфас. Она забыла о Майе, об обеде, об официанте и счете и, стиснув пальцы, почему-то с напряжением ждала этого момента. Еще немного, еще пара мгновений, вот, сейчас, сейчас…
Группа девушек-подростков, возникшая, словно из ниоткуда, встала между ней и мужчиной. Он исчез из виду, к столу подошел официант, положил счет. Карина отвернулась от окна и взялась за портмоне.
Майя, отдуваясь, искала деньги по карманам. Она не заметила никакого мужчины, только обратила внимание на то, что псы, до этого валявшиеся в траве, вдруг вскочили и, тревожно скуля и на кого-то оглядываясь, припустились наутек.
Когда со счетом было покончено, Карина выглянула в окно. За стеклом пробегали люди, проплывали автомобили и по небу спешили облака… Карина тряхнула головой, отгоняя неизвестно откуда набежавшую тревогу. Майя с удивлением посмотрела на сестру.
В кабинете Шоха
Распрощавшись с Кариной, она отправилась в участок. И вскоре, с повесткой в руках, уже шла унылыми коридорами унылого заведения в унылый кабинет следователя, некоего майора, с унылой фамилией Шох. Майя терпеть не могла подобные места – за облезлый линолеум на полах, за пыльные растения, рассованные по кашпо, за запах дешевого супа в коридорах, за вечную глупость, грубость и убожество. Все это Майя ненавидела так искренне, что даже не старалась скрывать своих чувств и с брезгливым выражением на лице приблизилась к нужной двери. На всякий случай она еще раз сверилась с бумажкой и, убедившись, что пришла по адресу, постучала. Стучала Майя во все двери всегда громко и уверенно. От этого часто оттуда ей отвечали, как сейчас. Мужской голос недовольно проворчал: «Войдите» – и Майя шагнула внутрь.
Кабинет следователя Шоха был так же убог, как все в этом здании. Желтый стол, пара стульев с оббитыми ножками, сиротливая полка, заполненная пыльными, явно никому не нужными папками, дешевая металлическая лампа и чудовищный шкаф из ДСП. Но Майя почти не обратила внимания на все это. Она глаз не могла отвести от окна, заставленного разнообразными комнатными растениями. На нем все сияло чистотой и свежестью. Казалось, в этом унылом помещении кто-то по ошибке установил изумрудный витраж, пропускавший сказочный свет из какого-то другого, более совершенного, чем наш, мира.