Архиджинн
Шрифт:
Я, решив, что бой надо заканчивать не просто немедленно, а еще вчера, рванул к Тахему, вытащив свой посох. Преобразовав руку в антимагическую, я легко разрушил щит Тьмы, а острие посоха вонзилось в грудь серому колдуну. Закапала кровь, на удивление немного.
– Да кто ты такой? – выдохнул дряхлый старик, кашляя сизой кровью, в то время, как его душа поглощалась. Сопротивлялся он к слову хорошо. Но, недостаточно хорошо.
– Джинн, - одними губами ответил я, окончательно засовывая душу
На трибунах царило молчание. Тело и закаменевшее кресло Тахема я сжал в один монолит и сжег дотла. Креол и Алкеалол глядят на меня с уважением. Остальные члены Совета Двенадцати с опаской. Ну кроме одной.
Взгляд со стороны Совет Двенадцати.
– Я хочу его! – громко выразила своё мнение Асмодея Грозная с вожделением наблюдая за происходящим на арене. Её глазные зубы выдвинулись вперед, а алые буркала зажглись неистовым желанием.
– Сестрица, ты совсем ум потеряла!?- впервые накричал на неё Бестельглосуд Хаос. Несмотря ни на что он продолжал оставаться во главе Совета Двенадцати, но поделать с новичками ничего не мог. Каждый из них был банально сильнее, а сила в мире колдунов решала почти все. Руаха Карга стояла подле сына и зыркала недобрым взглядом на Креола, Хубаксиса и Алкеалола. Не нужно быть менталистом, чтобы понять, о чем думает эта женщина.
– Я вообще не понимаю, почему мы слушаемся какого-то белого плаща? – подошла Турсея Росомаха к тучному колдуну. Бестельглосуд закатил глаза и ответил:
– Турсея, ты ведь чувствовала ауру этих троих?
Женщина неуверенно кивнула. Как тут не почувствовать. Такая силища. Такая мощь, даже сам Бестельглосуд Хаос уступает любому из этой троицы.
– Каждый из них сильнее меня. Особенно тот черноволосый и тот, кто на арене убил Тахема, - указал он пальцем на означенных.
– А этот? – кивнула Турсея на Алкеалола, что хранил зловещее молчание, поигрывая жезлом в сторону кучки серых колдунов.
– Этот тоже силен, - отмахнулся Бестельглосуд, - Да еще они смогли как-то убить маршала Астрамария, нашего союзника из Лэнга.
– Дядюшка Бестельглосуд. А может не будем ссориться с ними? Я чувствую от них силу и боюсь её.
– Да ты трус, Йоганц. Тоже мне член Совета Двенадцати. Как можно бояться стать сильнее?
– презрительно бросила в его сторону Асмодея, вожделенно рассматривающая невысокую фигуру, облаченную в серый плащ и неторопливо шагающую в их сторону.
– Сестрица, попрошу, - с угрозой выпалил Бестельглосуд, вытащив кипарисовый посох. По правую руку от него встал Яджун и на его пальцах засияли
– Ой-ой-ой, как мне страшно, - оскалилась Асмодея и в её руках зажглись черные сферы, а со спины раскрылись большие крылья, придавая ей сходство с огромной летучей мышью, - Не забывай, «владыка» Бестельглосуд, что я не просто так на четвертом месте в Совете, а ты Яджун, кажется, сейчас твоя очередь топать на арену и твой противник тот, кто умудрился убить Астрамария. Давай, давай.
Яджун Испепелитель покраснел еще больше и в его руках искры превратились в полноценные шары огня. Будучи на третьем месте в Совете, он был доволен своим положением, и терпеть не мог, что кто-то ниже его по рангу так издевался над ним. Даже Асанте Шторм, великий гидромант, не особо желал встретиться с Яджуном в бою, несмотря на противоположную от пироманта стихию.
– Я долго ждать буду, тупица? – раздался голос Креола с арены, а его посох буквально извивался от нетерпения.
– Сейчас я покажу тебе, проходимец, кто я такой, - воскликнул Яджун и оставил брата наедине с Асмодеей. Та к слову убрала свои заклятия, переключив внимание на вернувшуюся с арены фигуру Хубаксиса. Тот сел рядом с Алкеалолом и завел непринужденный разговор с Муроком Вивисектором на тему биомагии.
Тем временем на арене начался бой двух колдунов запредельного уровня. Огромные массы огня плавили все, что только может плавиться, а ответные заклятия заставляли великого пироманта отпрыгивать и отлетать от их создателя. Креол же решив потягаться с Яджуном в его родной стихии давил силой пироманта. Фееричный и страшный поединок заставили арену просесть глубоко вниз. Жар пробивался сквозь любые защитные поля, заставляя потеть зрителей, включая колдунов, что пришли поглазеть на бои серых плащей.
В конце концов, Креол смог додавить Яджуна и его душа отправилась в посох, а тело в утиль. Креол не желал, чтобы кто-нибудь из некромантов поднял его потом. Не то, чтобы Креол боялся Яджуна, но осторожность превыше всего.
– Ты, - ткнул пальцем Алкеалол в Бестельглосуда, - идешь со мной на арену.
– Владыка Алкеалол, быть может мы сможем договориться, - протянул Бестельглосуд, все же беря в руки посох.
– Ты служишь Лэнгу, мне нет причин оставлять тебя в живых, - ответил Алкеалол.
Бой продлился на удивление быстро. Буквально минуту. Алкеалол быстро убил Бестелглосуда. Тот успел кинуть пару боевых заклятий, и все. Алкеалол обезглавил Хаоса и затянул его душу в свой жезл.
Конец Взгляда со стороны. Совет Двенадцати.
– Итак, дорогие. Сегодня мы убили четверых из вашей кодлы, у вас есть возможность не только остаться в живых, но и принести немалую пользу этому государству, - возвестил я, наблюдая, как Креол и Алкеалол надевают серые плащи. К слову материал весьма удобен и приятен на ощупь.