Арбитр
Шрифт:
Через несколько минут показался генерал-майор Шевченко. Старик вполне успешно отыгрывал полную безмятежность. Следом начали прибывать посетители.
Первым зашёл командир Сил Специальных Операций — генерал-майор Арнаутов. Весь какой-то квадратный мужик с оплывшим лицом.
— А, Станислав, день добрый. Чего не на Знаменке собрались? — бросил он, завидев Шевченко.
— Палыч, дак без официоза сегодня. Никифор вон хочет отчёт предоставить об операции прошедшей. Межведомственное сотрудничество понадобится.
— Операции, — хмыкнул
Шевченко развёл руками.
Следом пожаловал Начальник Генштаба Василевский и его первый заместитель Демидов. Два возрастных, но крепких офицера. Один генерал армии, второй — генерал-полковник. Они поручкались с Шевченко и сели вместе за дальний стол, о чём-то тихо переговариваясь.
Почти синхронно в помещение ступили Руководитель Главного Управления Генштаба Захарченко и его Первый заместитель Церковский. Парочка прямиком со страниц рассказа Чехова «Толстый и тонкий». Это ведомство я до сего дня знал исключительно под названием ГРУ.
Через несколько минут добрался тот, кто вызывал у меня особый интерес — Командир Национального Центра Управления Обороной — генерал-полковник Филимонов. Красномордый и обильно потеющий товарищ. Мой интерес был продиктован тем, что его ведомство отвечало за управление, координацию и контроль полётов авиации Вооружённых Сил. Он, как никто знал, всё про эвакуационный рейс, что чуть не сбили.
Не хватало ещё пятерых, если верить списку, что мне дали. Наконец, показались и они. Начальник Главного Оперативного Управления Генштаба — генерал-лейтенант Свиридов. Болезненного вида мужчина, будто до сих пор не оправившийся от онкологии. Директор Службы Внешней Разведки — Акопян — смуглый живчик и его Первый заместитель — Гончаров — седовласый поджарый мужчина с водянистыми, какими-то бесцветными глазами.
Последним вступил Директор Федеральной Службы Безопасности — генерал армии Прокофьев — начальник Шевченко.
Свет в комнате слегка приглушили, а на дисплее показались кадры со спутника. Слово взял Никифор.
— Ну что, господа, приступим?
Глава 34
— Как вы знаете, вчера ночью прошла операция в Будапеште, — произнёс Никифор
— Из новостей не вылезаете, Бонды доморощенные, — прочитал я по губам Василевского, Начальника Генштаба.
Его первый зам беззвучно усмехнулся.
Дисплей за спиной полковника показал конспиративную квартиру на спутниковом снимке сразу в нескольких итерациях. До моего прихода, в момент атаки и сгоревшие руины после эвакуации, оцепленные полицией.
— Перед нашим агентом ставилось две цели: допросить агентов противника и при вмешательстве альфа-цели, задействованной в атаках на наши секретные объекты, произвести его задержание. Первая цель была достигнута.
По рядам пробежали шепотки.
— Каким образом удалось расколоть их так быстро? — негромко спросил Руководитель ГРУ Захарченко.
—
Ого, а внутриведомственная секретность процветает. Выходит, про меня и мои возможности стараются не распространяться. Чтобы не увели такой желанный актив из-под носа?
— Ну-ну, — покачал головой Церковский — зам Захарченко.
Явно не поверил.
— Что касается второй задачи. Альфа-цель действительно вмешалась. Устранила местного директора оперцентра до того, как допрос окончили. Далее произошло боестолкновение. Агент отбил атаку, поверг её в бегство, уничтожил объект и начал преследование.
Словечки-то какие. «Поверг». Будто я Татаро-монгольское Иго развернул. Как же складно стелет Фадеев. Из короткой утренней беседы полноценный отчёт составил.
— Тот живчик не прикончил вашего бойца? — удивлённо протянул Гончаров — Первый Зам Директора СВР.
— А почему это тебя так удивляет, Лев? — вмешался Директор ФСБ Прокофьев. — Есть у нас квалифицированные кадры.
— Ну что вы, Константин Романович, — сощурил бесцветные глаза Гончаров. — Кто-то же должен был остановить поганца.
— Никифор, прости, что перебиваю, — откашлялся Директор СВР Акопян. — Чем именно сожгли здание? Напалм? Белый фосфор? Термит? Больно следы нехарактерные на фото. Огонь не распространился на соседние постройки, хотя его явно не тушили.
— Агент говорит, что использовал заготовку янки против них же. Видимо, приберегли её, как последнее средство для защиты информации и сокрытия следов. А уж, что они там намешали... — он пожал плечами.
— Неаккуратно сработал, агент, неаккуратно, — пожурил Командир ССО Арнаутов. — Нахрена он на трамвае укатить пытался?
— Степан Павлович, позвольте я закончу доклад, — отозвался Никифор. — Альфа-цель в ходе побега воспользовалась трамваем. Поэтому агент и последовал за ним. В ходе этого и предыдущего столкновения удалось выяснить наличие у противника продвинутого камуфляжа. Это объясняет наши проблемы с его идентификацией.
— Поделитесь информацией с нашими умниками? — обратился Захарченко к Прокофьеву. — Надо установить, что это за технология такая, чтобы и камеры, и датчики позволяла обходить.
Директор ФСБ после секундной заминки кивнул. Никифор убедился, что его слушают, и продолжил:
— В итоге альфа-цели удалось скрыться, поставив под угрозу жизни гражданских, находящихся в трамвае.
— То есть ваш агент позволил противнику сбежать из-за мирняка? Что за салагу отправили на такое ответственное задание? — впервые заговорил молчавший доселе Командир Национального Центра Управления Обороной. — У нас тут биологическое оружие украли, а он даёт ублюдку уйти, — припечатал Филимонов.
— Борис... — осуждающе глянул на него Начальник Главного Оперативного Управления Генштаба Свиридов.