Арбитр
Шрифт:
Сестра откинулась на спину дивана с оханьем и провела ладонью по лицу.
— Будто пломбу без наркоза ставили, — буркнула она.
— Держи, — я протянул ей стакан воды.
Леся тут же осушила его и пошла на кухню за добавкой.
— И что, я теперь эта, волшебница? Колдунья?
— Пользуясь терминологией Ниаттиса, всего лишь Подмастерье мага. До Мага, а тем более Магистра тебе пока далеко.
— Ну вот, — расстроилась она.
— На то, что у тебя заняло пять неприятных минут, у меня ушло почти два года. Хотя у меня и особой предрасположенности к магии не было, но всё же. В том
— Ладно-ладно, — замахала Леська руками, — я поняла, что мне очень повезло, любимый брат, — она состроила умильную рожицу. — Что дальше?
— Тебе придётся запомнить активационные слова четырёх заклинаний. Записывать на диктофон — слишком опасно. Сама видела прослушку. Запомнить и повторить максимально точно. Верное произношение — ключ к успеху. Сделаешь ошибку, заклинание либо не сработает, либо выйдет слабым подобием себя настоящего. Или того хуже, вместо одного эффекта, выдаст другой. Эльфийская грамматика вместе с фонетикой — та ещё головная боль.
— Ты прям профессор какой-то, — улыбнулась она. — Так и вижу тебя с указкой перед доской. Кстати, а зачем мне четыре заклинания?
— Одно защитное — Барьер. Его ты будешь активировать каждый раз перед сном. Продлится сутки. Защитит от случайной пули и всякого такого. Исцеление — тут, думаю, всё очевидно. Если, не дай Бог, пострадаешь, сможешь вылечить себя или кого-нибудь ещё. И два атакующих. Вспышка — в зависимости от количества вложенной энергии может, как ослепить, так и сжечь окружающих врагов. Если тебя зажмут в угол, бей Вспышкой, не раздумывая. Последнее — Ледяная игла. Заклинание не требует много маны, а у тебя в начале будут проблемы с её поглощением. Собственный резерв, как лужица. Придётся постепенно наращивать его. Так вот, эффективность у Ледяной иглы весьма неплохая. Танк не пробьёт, но любой бронежилет — запросто. К тому же никаких визуальных и звуковых спецэффектов. Бесшумное смертоносное заклинание. Очень его любили наёмные убийцы в Ниаттисе.
Моя лекция оставила сестру порядком ошеломлённой.
— Кроме того, для собственного развития тебе придётся ежедневно совершать следующий комплекс занятий...
— Не филонь, Стальнова.
— Как только я... — Леся попыталась восстановить сорванное дыхание, — научусь этой твоей Игле, в первую очередь воткну её... тебе в зад. Мучитель!
— Раз можешь жаловаться, можешь магичить. Вперёд.
Я оставил сестру с наказом продолжать практиковаться вне поля зрения охраны. Предлогом будут занятия йогой. Включит ролик погромче и вперёд. Хоть какое-то прикрытие.
А сам отправился на вечернее мероприятие. Шофёр отвёз меня к какому-то мрачному правительственному зданию. На парковке уже стоял в ожидании один из охранников Никифора. Быстро проводил к полковнику, который выглядел напряжённо.
— Если что-то пойдёт не так, ты не представляешь, какой
— Скандал будет нашей наименьшей проблемой, если вашу хренову бациллу выпустят в людном месте.
Фадеев тяжело вздохнул.
— Младший офицерский состав уже прибыл. Девять человек. С ними можно побеседовать тет-а-тет. Пойдём.
— А остальные?
— Старшие и высшие офицеры приглашены через полтора часа под предлогом брифинга о прошедшей операции.
— Их же планировали наедине допросить?
Никифор поджал губы.
— Начальство не хочет резких манёвров.
— Шевченко струсил, понятно.
— Нет, — качнул головой собеседник. — Станислав Владиславович обсуждал с главнокомандующим этот вопрос. Было предложено менее «инвазивное» воздействие.
— И как вы собираетесь при куче людей опрашивать ваших генералов?
— Я беру это на себя.
— Ладно. Давай вначале с этими товарищами закроем вопрос.
Мы дошли до помещения, которое до боли напоминало то, где меня содержали под арестом. Правда, здесь обстановка была не настолько угрожающая. Нечто среднее между комнатой для переговоров и камерой.
Я остался в смежном помещении наблюдать сквозь двустороннее зеркало, как Нификор по очереди беседует с вызванными офицерами. Всем им он задавал вопрос про Януса. По несколько раз в различных формулировках. Добавил он и от себя вопросы. Не слышали ли они о какой-либо утечке данных? Что им известно об атаке на Болшево-1? И так далее, и так далее.
Моё чутьё Арбитра молчало всю дорогу, лишь единожды подало сигнал, когда Фадеев спросил одного бравого молодчика про взятки. Тот уверенно отверг саму возможность подобного. Я подал условный сигнал, и вскоре капитана раскололи. Увы, никак не замешан в интересующем нас деле. Всего лишь берёт на лапу от одного частного банка, чтобы крышевать их перед коллегами.
— И то улов, — вздохнул Никифор, когда мы с этим закончили.
— Пескарик, а нам нужна щука.
Полковник отрывисто кивнул.
— Со списком участников успел ознакомиться?
— Да. Сколько до начала?
— Двенадцать минут. Пойдём, займёшь место заранее, чтоб не так примелькался.
Очередной долгий переход по зданию с головоломной планировкой, и вскоре мы вошли в лекционную аудиторию. Или нечто похожее на неё, если бы деньги вообще не были вопросом, судя по ремонту и обстановке. Трибуна с громадными дисплеями, несколько уходящих вверх рядов столов, портреты президента и министра военных дел на стене.
— Сиди здесь, — Никифор махнул рукой в угол комнаты, по правую руку от трибуны.
Там примостился небольшой стол с ноутбуком, на который почти не падал свет, позволяя тени скрывать моё лицо.
— По легенде ты ассистент-стенографист. Не привлекай к себе внимания. И да, если попытаешься приблизиться к офицерам... — он скривился, будто проглотил горькую пилюлю. — В общем, не надо.
Понятно, штурмовой отряд на готовности, снайперы держат палец на крючке, а под моим стулом триста грамм пластида. Да и стул вовсе не стул, а замаскированный надёжный особист Капитан Громыхайло. А вдруг сумасшедший Стальнов начнёт резать командование прямо посреди бела дня?