Арбин
Шрифт:
– А что мне ей сказать под прицелом камер? Говорю, как есть. Черт его знает, моего начальника. И все на этом, - грубо обрывает Марат и взглядом приказывает подниматься на второй этаж.
– Не нужно ей такие вещи говорить! – не унимается Инга.
Она направилась к нам.
– А ты вообще не вмешивайся, женщина! – рыкнул Марат на нее, - чего, решили меня вдвоем к стенке подпереть?! Сейчас каждая получит! А ну пошла в комнату, я сказал! – рыкнул Марат, подгоняя меня наверх, - а ты иди готовь, женщина! Вам только дай волю, бабам… И да! Ты сегодня
Опустив голову, я взбежала по ступенькам и нырнула в комнату, принесшую мне столько боли и отчаяния, что возвращаться сюда было сродни смерти!
Хлопнув дверью, я прислонилась к ней спиной и застыла. Кинула взгляд на прикроватный столик – часы показывали шесть вечера, а Арбин, скорее всего, только сейчас уехал на работу из-за моих поисков.
Но не это привлекло мое внимание.
А розы. Длинные и пышные розы бордового цвета с такими же длинными стеблями и острыми шипами – они в хаотичном порядке были расположены на всей кровати, а их длина ведь могла поравняться с моим ростом. Я застыла, но от боли в голове меня мучил всего один вопрос: «Куда мне лечь?».
Затем я вспомнила об обещании Арбина скоро вернуться, а потому быстро приняла душ и переоделась в чистые вещи, которые откуда-то постоянно брались. Нужно признать: это чудовище обеспечило меня всем необходимым, однако лучше он от этого не становился. Хотя едва ли ему нужно было мое признание… верно? Или к чему тогда были эти розы на постели?
После душа я миновала кровать и хотела выйти из своей спальни к Инге, но тут же напоролась на Марата. Он вопросительно перевел на меня взгляд.
– Я хочу поесть, - выдавила я, откидывая мокрые рыжие волосы с лица.
– Арбин приказал не выпускать. Ужинать будешь с ним, - я молча вернулась в свою комнату, не удостоив взглядом своего надзирателя.
Вот оно как – стражу прямо под дверь.
Я расчесала и привела в порядок мокрые волосы, а примерно через полчаса услышала хлопок двери. Ну все, это бешеный Арбинский вернулся. Я вот чуяла пятой точкой, что он мчался сюда на всех порах. Проходит время, и я действительно слышу посторонние шумы сначала на кухне, а затем на лестнице.
Вскоре мужчина стоит на пороге комнаты и ловит меня своими янтарными глазами.
– Даже не пыталась бежать снова? – хмыкнул он, закрывая за собой дверь.
– Не пыталась, Марат не разрешил. Ну, я подожду чуть. Не время еще, - остро произношу я.
– Неудачная шутка, моя милая. Всего один выстрел, а Марат уже мертв по твоей вине, - с этими словами Арбинский вынимает пистолет и скидывает с себя пиджак.
Я сглотнула и промолчала, медленно наблюдая за тем, как мужчина кидает верхнюю одежду на стул и проходит мимо меня в ванную.
– Врача вызывали? – спрашивает он, когда я подхожу к ванной и начинаю наблюдать за ним.
Что, если бы не было таких обстоятельств? Могу ли я представить себя рядом с этим мужчиной – жестоким, опасным, приносящим боль? Что, если
Был бы он для меня Артемом, а не Арбином?..
Вот Арбинский умывается холодной водой. Быстро, резко, надменно. С силой сдергивает с вешалки кристально белое полотенце. Вытирает лицо и вопросительно оглядывается на меня.
– Я чувствую себя лучше. Марго придет сегодня?
– Нет. С завтрашнего дня она снова будет тебя лечить. И все заново, потому что ты дохрена времени пролежала на бетонном полу, - не без злости произносит Арбин, цепляя меня своим взглядом, - поначалу это выглядело смешно. Это самая неудачная попытка побега, которую я только мог представить, лиса!
Я коснулась своих домашних штанов и рубахи и застыла в нерешительности. Спросить или нет?
Арбин выжидающе смотрит на меня. Понимает, что я хочу спросить. Вижу, что понимает.
Все-таки перевожу взгляд на розы и произношу с хрипотцой:
– Ради чего эти розы здесь? Неужели ими ты решил искупить свою вину?
Артем замер. Просто остановился посередине ванны, словно вкопанный, и долго-долго выжигал во мне дыру одним своим взглядом, пока не заговорил:
– Я не знаю, зачем они здесь, - искренне произносит он, - я просто никогда не дарил цветы. Я дарю деньги, но едва ли мои деньги интересуют тебя.
Я вздрагиваю от стука в дверь:
– Артем Алексеевич, вы просили меня подойти? – в комнату заходит Инга, тут же охая при виде роз.
– Да, - сдержанно отвечает Арбин, не разделяя удивления домработницы, - найди подходящую вазу. Я помогу тебе собрать их.
Без слов женщина быстро выходит из спальни, а через несколько минут они с Арбином принесли огромную вазу. Ваза была под стать этим прекрасным длинным цветам. Арбин принялся собирать розы с кровати, а через какое-то время я услышала его начинающиеся чертыханья. Он укололся о шипы, что не укрылось и от взгляда Инги.
– Я перенесу их в вазу сама, - подхожу я к кровати, - а вам бы за неопытностью к цветам лучше вообще не приближаться, Артем, - не без колкости произношу я, намекая на его подход к романтике и людям в целом.
– Твой язык подобен этим шипам. Тебе так не кажется?
– слышу я ответную реплику не без доли сарказма и встречаю непонимающий взгляд Инги.
Я тоже не могу понять причину хорошего настроения Арбина, но что-то мне подсказывало, что не к добру это. Мое время расплаты еще придет, внутри было отчего-то тревожно…
Вскоре Инга принесла нам ужин в спальню и уехала домой, а я поняла, что чувствую себя действительно намного лучше. Голова уже не болела, но есть хотелось нестерпимо…
После ужина Арбин отнес подносы, потушил свет и включил какой-то фильм, выжидающе посмотрев на меня. Что-либо говорить мне не требовалось, особенно после прищура его внимательных глаз - я сдвинулась с края кровати и легла под одеяло. Мы молчали, и вскоре я уснула под звуки новостей. О моей попытке побега никто из нас более не обмолвился ни словом.