Апокалипсис
Шрифт:
К поселению кровников вышли после обеда. На разведку отправились лучше следопыты и охотники. И вот они начали возвращаться.
– Что узнали?
Матубай был мрачен. Этот поход показал, что они слишком расслабились, привыкнув ходить на охоту за слабой добычей. Люди забыли, что такое настоящий лес Гааг - Ра. Из семи бригад и ста сорока человек в строю осталось только девяносто семь. Если бы не последняя встреча со стаей летающих тварей,
Охотники стали рассказывать что видели. Гамюка их не перебивал, но был мрачен, как и Матубай. Ему все это не нравилось.
– Дым из печей. Люди вооружены, но ходят без опаски. На лес не оглядываются.
– Боевых дронов немного. Всего десять. Мы легко их уничтожим снарядами из реактивных гранатометов.
Выслушав разведчиков, Матубай обратился к своему лучшему человеку.
– А ты что скажешь, Гамюка?
– Не нравится мне это. В прошлый раз, здесь было больше дронов, чем есть сейчас. И людей больше. Где люди? Где дети? Что-то не так, Матубай. Думаю, они нас ждут.
В воздухе повисло напряженное молчание. Гора задумался.
Тишину нарушил один из охотников.
– Чушь, - возразил он Гамюке.
– Мы бы заметили засаду. Не знаю, что ты тут делал три месяца, пока тебя не было, но хватку ты потерял, старый друг. Уже боишься стариков и детей? Где твоя гордость?
– Заткнулись все, - приказал Матубай злым голосом.
Гамюке он доверял. И верил его предчувствиям.
Вот она казалось, деревня, чьи люди посмели плюнуть ему в лицо. Еще один шаг и она будет в его руках. Но чутье твердило Матубаю что надо уходить, что это ловушка и он сделал свой выбор.
– Уходим.
Гамюка посмотрел в небо и спокойно сказал.
– Поздно.
***
Когда меня остановили на выходе из двигательного отсека и попросили ответить на важный вопрос, я только пожал плечами и выслушал незнакомую девушку, гадая, кто она такая.
Вопрос ее звучал так.
– Вы не знаете, что будет, если вычесть квадратный корень из облака, будет ли в этом случае эффективна теория Дарвина
Пытаясь осознать, что она мне сказала, я неожиданно понял кто она такая. Эта молодая женщина - Роза, жена Константина, которую вернули к жизни, превратив вычислитель обратно в человека.
Когда мама сказала мне, что она будет странной и за ней нужно приглядывать, она приуменьшила величину проблемы.
Молодая девушка лет двадцати пяти или семи, потеряв ко мне интерес, и не дождавшись от меня внятного ответа, стала рассматривать рисунок оставленный ржавчиной на переборке позади неё.
Я стал осматривать Розу внимательней.
Босая, ботинок на ногах не было. Легкомысленные шортики. Руки с кривовато окрашенными в разные цвета ногтями. Яркая кофточка и колтун из волос на голове, который пытались привести в порядок, но у них плохо это получилось и проблему решили множеством неподходящих друг другу по внешнему виду заколок. Не ошибусь, если скажу, что одевал жену и помогал ей привести себя в порядок Костя.
– Вот ты где!
Запыхавшись, в коридор забежала Алиса, а за ней по пятам еще две девочки. Одна чуть постарше, а другая ровесница моей названой дочери. Все были чем-то перемазаны.
Алиса счастливо мне улыбнулась, и помахала рукой, здороваясь.
– Привет, папа, дядя, Иван.
– И тебе привет, егоза. Девочки.
Они несмело мне улыбнулись.
– Куда ты ушла?
– Стала выговаривать Розе дочка Наташи, взяв ее за ладошку и стремительно уводя от стены, на которую та смотрела.
– Я только отвернулась, а тебя нет. Знаешь, как я испугалась? Мама бы расстроилась, если бы я тебя потеряла. И дядя Костя, который попросил присмотреть за тобой, тоже бы обиделся. А ведь он обещал научить меня делать леденцы в форме петушков на палочке, а ты так себя ведешь.
Алиса общалась с Розой, словно с маленькой девочкой или ровесницей.
Я пошел за ними. Поднявшись на две палубы выше, девочки привели меня на кухню, где работали наши повара. Гремела посуда, что-то жарили, кого-то распекали за забывчивость и отсутствие очищенной картошки.
– Слава богу, - перекрестилась одна из женщин поваров, увидев, как мы зашли.
Другие с сочувствием покачали головами.
– Идем, Роза. Не стой.
<