Апофеоз
Шрифт:
Солнце ярко освещало пляж. Почти безлюдный – только у склонившейся к воде пальмы копошилась стайка детей. Бриар невольно улыбнулся, размышляя о многотысячной толпе, что наверняка уже собралась в окрестностях портала. И многомиллионной – смотрящей сейчас в проекристаллы.
Сам он портировался в совсем другую часть острова. Саргарита невелика, но и просто точкой на карте ее не назовешь. Почти сто вспашек в ширину и больше ста двадцати в длину. Вполне поместится маленькая страна.
А климат и природа здесь такие райские, что лишь из-за удаленности от остальных земель Саргарита
– Дядя, а ты волшебник? – окликнула его смуглая девочка в травяной юбке. Она говорила не на парифатском, но Бриар понимал все языки мира.
– Волшебник, - улыбнулся он. – Как узнала?
– Тебя тут не было, а потом ты просто появился. А люди приходят.
– Или приплывают, - добавил подошедший мальчик. – На очень больших лодках.
– Действительно, несложно догадаться, - согласился Бриар. – Вы тут живете?
– Ага. Мы из народа Дельфина. Вон там наши хижины.
– Я знаю вашего вождя, - кивнул Бриар. – Мы с ним пили пиво в прошлую луну.
– Это моя бабушка его варила, - похвасталась девочка. – Бабушка варит лучшее пиво в мире.
– Несомненно, - согласился Бриар.
– Когда я вырасту, то тоже буду варить лучшее пиво в мире. Бабушка меня научит.
– Хочешь хлебный плод? – предложил мальчик, протягивая Бриару шишковатую дыньку. – Ты принес какие-нибудь подарки?
От плода волшебник вежливо отказался, а в поисках подарков демонстративно вывернул карманы... и те оказались пусты. Волшебник сделал вид, что задумался, а потом просветлел лицом.
– Я знаю, что вам подарить, - произнес он. – Только отойдите подальше, пожалуйста. Я тут немного поколдую.
Дети отошли ровно на три шага. Бриар внимательно на них посмотрел, и они сделали еще по шагу. Но не более того.
– Ладно, - вздохнул Бриар, поднимаясь в воздух.
Он перенес себя вверх на целую вспашку. Потом сдвинулся еще и в сторону океана. Теперь перед ним была вся Саргарита – с ее зелеными холмами, с густыми зарослями, с развалинами древнего храма, что воздвигли еще до Ледника...
Бриар выбрал небольшую мелководную лагуну. Убедившись, что внизу достаточно места, а глубина не слишком велика, он расправил листок с криабалом, откашлялся и прочел:
– Секеторон истакара марида! Зукита эхет агад! Ирпадак огок! Армеда хиара та остора танака! Урзагат аркинт ор га пиат эсетек! Зумирак! Зумирак! Асатак! Истара озикаторо! Эскатара ирминга ирминда астараба но! Зокотор танака зирахот заир!
Бриар Всемогущий мог применить это заклинание и просто так, своими силами. Но эта акция была для него очень важным моментом. Он хотел не только продемонстрировать свою мощь всему миру, но и убедиться, что криабалы действительно способны... на очень многое. Способны творить такие чудеса, на которые редко достает умений даже у самых великих волшебников.
И скромный лист бумаги сработал превосходно. Воздух под Бриаром сгустился, волны расступились, разверзлась огромная черная трещина... и
Огромный демон. Почти в двадцать человеческих ростов, похожий на мясистый вулкан. Вместо кратера у чудовища была клыкастая пасть, ее опоясывали трубки с глазами, а дальше шли только наплывающие жировые складки. Не было ни рук, ни ног, ни крыльев, ни щупальцев... но вода вокруг него сама собой вздыбилась и поднялась столбами. Уставившись на Бриара всеми своими глазами, демон проревел:
– КТО ПРИЗВАЛ ТЕМНОГО ГОСПОДИНА?!
– Салют тебе, Гламмгольдриг! – весело крикнул волшебник, пряча криабал в карман. – Кажется, мы еще не знакомы!
Демон внимательно на него уставился. Потом издал рокочущий звук, уменьшился раза в четыре... и взлетел. За долю секунды он поднялся на целую вспашку, обернул к Бриару свою пасть-кратер и коротко бросил:
– Умри.
Ничего не произошло.
Бриар хмыкнул и открыл рот, чтобы дать объяснения, но Гламмгольдриг не собирался его слушать. Верховный владыка Паргорона, всесильный Желудок Древнейшего почти никогда не бывал призываем смертными. А тех немногих, кому это все-таки удавалось, он обычно уничтожал сразу же, ибо не терпел амикошонства.
Желавшие иметь с ним дело должны были являться сами. Ползти на брюхе и униженно умолять о милости.
А не призывать к себе, словно собачонку!
– Умри! – чуть громче повторил Гламмгольдриг и прибавил в этот раз разящий импульс.
Любого другого разметало бы на первочастицы. Но Бриар остался цел и невредим, только чуть вздрогнул. Пока Гламмгольдриг не повторил попытку, волшебник торопливо произнес:
– Позволь объяснить! Ты не сможешь причинить мне вред! Я не стал возиться с печатями, клетками, кругами и всеми этими примочками, потому что это унизительно для нас обоих! Я просто заложил дополнительное условие в само заклинание... и ты не сможешь причинить мне вред, Гламмгольдриг!
– УМРИ!!! – страшно заревел демон, изменяя положение в пространстве и набрасываясь на Бриара сверху.
Его пасть-кратер сомкнулась на голове волшебника... но не смогла закрыться. Чудовище давило всей своей космической мощью и скрежетало зубами, точно банальный зверь... но ничего не могло сделать.
– Да не сможешь, говорю же, - уже устало произнес Бриар. – Ну правда, я не вру.
– Ладно, - оставил попытки Гламмгольдриг и уменьшился еще сильнее. Теперь он был больше Бриара всего вдвое. – Повтори, кто ты такой. Я... не могу тебя определить. Кто ты есть?
– Я Бриар Всемогущий. А еще я тот, кто может навечно тебя заточить... и даже убить. Не сочти за угрозу, я просто сразу предупреждаю о такой возможности.
– Убить меня?! Ты?! Не слишком ли ты много мнишь о себе?!
– Давай проверим, если сомневаешься. Но я бы не стал.
Гламмгольдриг задумался. Они с Бриаром по-прежнему парили в воздухе, и для обоих это было так же естественно, как стоять на земле. Ни тот, ни другой словно не замечали, что под ними целая вспашка пустоты.
– Ты очень могущественный чародей, - признал наконец демон. – Говори, зачем призвал. Ради чего ты оторвал Темного Господина от трапезы?