Апофения, Панчин Александр

Апофения

на обложку

Панчин Александр

Шрифт:

— Так ты же его еще больше запутал! Из всего, что ты говорил, он, наверно, только и понял, что ничего не понял!

— Похоже, я дал слабину, дал волю своим эмоциям. Я просто должен был перед кем-то высказаться.

— Так поговорил бы со мной!

«И почему эта мысль не пришла мне в голову? — задумался Эндрю, отводя взгляд от собеседницы. — Похоже, я, сам того не зная, страдаю от глупых стереотипов. А я-то

думал, что я лучше».

— Ты права. И что мне теперь делать? — спросил Эндрю после многозначительной паузы.

— Не сдаваться! Можно же еще что-то сделать! Война теперь прекратится? Если Макс ушел…

— Наивно это предполагать. Мы можем сообщить прессе, что Макс вознесся на небо каким-нибудь сгустком чистой энергии, пожертвовал собой, чтобы спасти нас от проклятья, которое сам и наслал на род людской. Люди любят такие истории, поверят охотно. Найдем пару свидетелей. Это даст кому-то утешенье. И искать Макса не будут. А если встретят, то подумают, что он воскрес. В наше время это почти клише. Но что касается войны, сдается мне, что колдовство Макса было лишь предлогом. Уж очень хочет Хаим нести идеалы Шариата по всему миру. Да и наше правительство не лучше. Ну и эпидемия оспы. Эпидемию это никак не остановит.

— Но можно же сделать новую вакцину?

— Потребуется много времени и средств.

— Но мы можем попробовать?

— У нас есть помещения, где можно устроить лабораторию, и учебники, сохранившиеся еще со времен полетов на луну и гражданских сверхзвуковых самолетов. Есть мой орден. Нас мало, но…

— Так надежда есть?

— Мы сделаем все, что в наших силах.

— Я тоже хочу помочь! Я не хочу оставаться в стороне!

— Знаешь что? А ведь это хорошая идея. Присоединяйся к нам.

— Правда? Можно? — Мэри радостно заулыбалась.

— Считай, что ты принята в команду. Татуировку хочешь? Тебе пойдет.

Мэри и Эндрю замолчали и взглянули в окно. Они смотрели, как в лучах солнца красовались живописные весенние пейзажи. Чистые реки. Густые леса. Скоро всего этого может не стать. А может быть, не станет людей. Не станет тех, кто способен насладиться этой красотой. Единственной настоящей магией.

Эпилог

Незадолго до священной войны.

— Мы доставили в столичную больницу контейнеры с препаратом, подготовленным Ковалем,

и можем начать распространение. Но у меня есть одно опасение, — главный уполномоченный по гомеопатии и целительству посмотрел на министра обороны.

— Говорите. Вы же главный эксперт по таким вопросам.

— Мы посмотрели, какие симптомы вызывает предоставленное средство. В месте укола возникает покраснение — след, отдаленно похожий на следы, которые оставляет на теле само проклятье. По всей видимости, это средство удовлетворяет основному принципу гомеопатии о лечении подобного подобным.

— Это же хорошо?

— Конечно! Это обнадеживает. Но это проклятье очень сильное. Может оказаться, что у препарата не хватит потенциала. Но у нас есть научно доказанный способ, позволяющий усилить действие любого гомеопатического средства. Я посовещался с коллегами, и мы решили, что это должно помочь.

— Что потребуется?

— Я думаю, что хватит тридцати последовательных разбавлений предоставленного средства один к ста по гомеопатической методике Ганемана. Это стандарт в нашей медицинской практике.

— Сделайте двести разбавлений. Хуже ведь не будет?

— Точно не навредит.

Благодарности

Автор выражает огромную благодарность Ксении Щербаковой, Галине Карповой и Елене Тищенко за неоценимую помощь в редактировании текста; Александру Тужикову, Юлии Кавериной, Евгении Дуевой и Игорю Самоходскому за ценные замечания; Марине Воловиковой за экспертную консультацию по астрологии; Андрею Салынскому и Светлане Чигиревой за вдохновение, которое помогло в создании образов некоторых персонажей; Екатерине Мироновой, беседы с которой исторически подтолкнули автора к написанию этой новеллы; Алене Роговой за иллюстрацию Чайника Рассела; Юрию Панчину за незаменимые идеи и замечания, а также за остальные иллюстрации.