Апофения
Шрифт:
Александр Панчин
Апофения
Copyright 2014 Alexander Panchin
Smashwords Edition
Апофения — переживание, заключающееся в способности видеть структуру или взаимосвязи в случайных или бессмысленных данных. Термин был введён в 1958 году немецким нейропсихологом Клаусом Конрадом, который определил его как «немотивированное видение взаимосвязей», сопровождающееся
Все персонажи и ключевые события, описанные в данной новелле, являются вымышленными. Ввиду своего содержания новелла не рекомендуется никому. Данное произведение содержит материалы чувствительного характера для некоторых слоев религиозной общественности. Таким людям чтение особенно не рекомендуется.
Глава 1. Безголовые
— Я смогу выиграть это дело. Наверняка, — прошептал Гай, оглядывая зал. Сегодняшнее дело было необычным. Более того, оно было важной ступенью на юридической карьерной лестнице. Гай гордился собранными уликами: никаких сомнений в виновности обвиняемого не оставалось. «Он должен понести заслуженное наказание». И Гай собирался сделать все, что для этого потребуется.
— В иной стране за преднамеренное лишение жизни, лишение столь жестокое и хладнокровное, смертная казнь была бы незамедлительна. Но не вашему покорному слуге судить о мягкости законов нашего государства. И не мне судить о виновности подсудимого: на то здесь присутствуют уважаемые присяжные. Но именно мне сегодня выпала честь доказать всем собравшимся, что вина подсудимого не подлежит сомнению.
Гай повернулся к присяжным, затем к судье, выдерживая паузу. Тем временем технические сотрудники включили проектор, и на матовом экране за спиной прокурора появился первый слайд презентации. Прокурор взял в руки пульт управления и серебристую указку. В этот момент он с удовольствием поймал на себе испуганный взгляд подсудимого.
— Я начну с обзора доказательств вины подсудимого, а затем эксперты и свидетели пояснят детали. Известно, что далеко не все люди способны забирать чужие жизни, тем более столь жестоким образом. Эксперты криминалистического отдела составили психологический портрет обвиняемого. Как указано в отчетах, подсудимый имеет психологический тип серийного убийцы, является ярко выраженным социопатом. Но, разумеется, само по себе это не может служить доказательством вины подсудимого, а лишь указывает на возможный мотив преступления.
Гай щелкнул кнопкой и переключил слайд.
— На этом слайде представлены отпечатки ладоней и пальцев подсудимого. Анализ, проведенный экспертами, показывает, что эти отпечатки соответствуют отпечаткам преступника. На следующем слайде представлены люди, которые ясно видели, как подсудимый совершает свое злодеяние. Элли и Сильвия выступят сегодня в качестве свидетелей.
На слайде были представлены фотографии Сильвии, молодой девушки с вьющимися каштановыми волосами и ярко накрашенными глазами, и Элли, полноватой голубоглазой блондинки с пухлыми щеками и округлым лицом.
— Обвинение считает, что этих доказательств достаточно
Прокурор жестом пригласил девушку занять место на трибуне. На ступеньках он подал ей руку, и свидетельница робко приняла помощь.
— Поклянитесь на священном писании, что будете говорить правду и только правду, — потребовал судья.
Элли положила руку на коричневый том, лежащий перед ней.
— Клянусь, — сказала она тихим голосом.
— Расскажите суду все, что вы видели.
— Это был он! Мужчина, одетый в этот самый белый свитер. В его руке был нож… Я видела, как он блестел в его руке. Была темная ночь, но я разглядела все очень подробно. Его жертва лежала в комнате... Он отрубил ей голову. При этом он напевал себе под нос, будто совсем ничего не происходит. Это было так ужасно! Я закричала и…! Больше я ничего не помню.
Лицо подсудимого выражало искреннее удивление, шок. Гай торжествовал: «Подсудимый не знал, что его застали с поличным». Присяжные стали шумно переговариваться, и судье пришлось призвать публику к порядку, громко постучав по столу увесистым деревянным молотком.
— Ваш следующий свидетель, — обратился к Гаю судья.
— Сильвия, пожалуйста, расскажите, что видели Вы, — прокурор пригласил второго свидетеля. Голос Сильвии был мягким и слегка подрагивал от волнения.
— Холодный ветер дул мне в лицо, и я искала, где бы укрыться… я увидела небольшой деревянный дом, в окне которого горел свет. Я хотела подойти к дому. Но тут я увидела, как человек подходит к двери, открывает ее ключом и входит внутрь. Это была ночь преступления. Этот человек был он, — Сильвия раскрытой ладонью указала на обвиняемого.
— Когда он входил, в руках у него был нож. Мокрый от капель, этот нож сверкал в свете полной луны… Я застыла, мое сердце леденело от ужаса. Мне было очень страшно… Как он лишал жизни свою жертву, я не видела, но почувствовала, как ее невинная душа отправилась на тот свет. Бедняжка… За что он ее так?
Под конец она повернулась к судье: «я могу вернуться на свое место? На сегодня с меня хватит страшных воспоминаний о той печальной ночи». Судья утвердительно кивнул, и Сильвия вернулась на свое место, уступая трибуну Гаю.
— Итак, у нас имеются свидетели того, что подсудимый был на месте преступления, что у него в руках был нож — орудие преступления. Есть свидетель и самого преступления. Однако чтобы полностью устранить сомнения в том, что подсудимый действительно совершил преступление, что у него был мотив, к делу были подключены эксперты. Настала очередь твердых научных фактов, и я бы хотел пригласить сюда профессора, доктора наук, академика Павла Новака, — объявил прокурор.
В зале поднялся мужчина средних лет в приталенном черном пиджаке. У него была густая черная борода, а на носу большие очки с широкой закругленной оправой. Профессор вышел к трибуне и взял в руки пульт от проектора.