Анютины глазки 2
Шрифт:
– Ефим с Анечкой ребёночком обзавелись, – ошарашенно пролепетала Тая.
– Пф! Тоже мне новость! Мы с Флором об этом уже три недели назад знали. Он меня учил ауры сканировать на предмет здоровья. Вот я и увидел, – пожал плечами Васил.
– И молчал? – нахмурился Ефим.
– А что не так-то? Это такая новость, что всё равно скоро все узнают, – легкомысленно рассмеялся юный маг, после чего состроил мордочку кота из мультика о Шреке и попросил: – Покормите меня, пожалуйста! Скоро Стаська прибежит и опять начнёт из меня жилы тянуть, коза неугомонная.
Тая увела
– Анечка, любовь моя… – подхватил меня на руки муж. – Тебе очень плохо?
– Знаешь, ради такого дела можно и потерпеть, – ответила я и, смутившись собственного запаха, оставшегося после приступа, хотела было отстраниться, но Ефим только крепче прижал меня к себе.
– Спасибо тебе, счастье моё.
Счастье. Вот оно, оказывается, какое: любимый мужчина, качающий на руках, а внутри только-только зародившаяся жизнь.
Глава 7
– Ефим, да пойми ты, что беременность – это не болезнь, а нормальное состояние для здоровой женщины! Спроси у Флора, пусть ещё он подтвердит, что нет никакой опасности ни для меня, ни для ребёнка. Или ты меня совершенно безответственной считаешь?
– Нет, конечно, но…
Гус своим поведением вдруг стал похож на неадекватную квочку. Кажется, будь его воля, он положил бы меня в коробочку и обложил розовой ватой, как хрупкую фарфоровую статуэтку, и не позволил бы даже ветерку на меня подуть. В зависимости от настроения – беременность те ещё эмоциональные качели – меня его чрезмерная забота то смешила, то раздражала, то умиляла. Сегодня я злилась.
– Пойми ты, упрямый человек, что двигаться в моём положении можно и нужно, а Храм не за тридевять земель, – пыталась я доказать мужу, но кто бы меня слушал.
Хочешь в Храм? Сколько угодно, но не пешком, а на магомобиле, и целителя в сопровождение возьмём.
– Объясни, Флора-то зачем за собой тащить? Ему что, заняться нечем?
По мнению Гуса, основное занятие Флора – наблюдение за моим здоровьем. Вдруг со мной что-то случится?
– Мне до родов ещё два месяца! Что может произойти?
Или с Флором, или никак.
Собиралась я в Храм с целью навестить жриц-отшельниц Дрию и Лиму и пообщаться с богиней. Девушки служили Цветочной деве тем, что по моему проекту облагораживали прилегающую территорию. И пусть внутри пока ещё не было надлежащей роскоши, но вокруг уже начал намечаться будущий парк во славу богини. Конечно же, все обитатели поместья помогали жрицам, но ежедневный уход за растениями был на их плечах. В свободное время девушки возились в своей маленькой лаборатории, варя, настаивая, делая вытяжки и смеси из трав, которых в округе росло в изобилии. Восстанавливали прежние рецепты, придумывали новые. Сами жрицы лекарскими средствами не торговали: или Флору передавали для нужд школы, или Гусу, когда он в города по делам ездил. Ефим там уже в лекарни сдавал, где с удовольствием принимали хорошо зарекомендовавшие себя зелья.
Поговорить же с богиней я хотела
Полночи обдумывала вопрос – не нарушит ли такое вмешательство природный баланс? – а к утру решила: лучше с богиней посоветоваться, чем изводить себя сомнениями. Хотела спокойно сходить, прогуляться, но нет: «Без присмотра лишнего шага не сделай!» Трясись теперь в магомобиле.
У, сатрап!
Демонстрируя свою страшную обиду, всю дорогу в машине я молчала. Даже с Флором не разговаривала. Хорошо, что он не только по дару целителя, но и по жизненной мудрости понимает меня и не тревожит без нужды, когда я в таком состоянии. А мне было о чём подумать.
С Пановыми мы переписывались нечасто, но регулярно. Узнав о моей беременности, Тика прислала эмоциональное письмо с искренними поздравлениями и пожеланиями. Правда, между строк читалось нечто похожее на зависть. Целители ещё в поместье определили, что как такового бесплодия у пары нет, но деток, о которых пара страстно мечтала, увы, так и не было.
Об этом я тоже хотела спросить богиню.
– Приехали! – объявил Ефим и предупредил меня: – Не торопись, я помогу тебе выйти.
Ну вот опять… Забота приятна, но когда даже дышать под присмотром, то удушает.
– Хоть с покровительницей могу без надзора пообщаться? – едва ли не простонала я.
– Доведу куда скажешь и подожду на улице, – без грамма раздражения, с лёгкой улыбкой ответил муж.
Мне даже немного стыдно стало. Он переживает, беспокоится, а я капризничаю, словно дитя малое.
– Интересное предложение, – выслушав меня, ответила Цветочная дева. – Я тоже леса больше люблю, но и травы нужны. Если засадим степь деревами, исчезнут тюльпаны и маки, что по весне цветут. Да и перекати-поле полезным быть может – из него целебные зелья готовят.
– Так я не всю степь озеленить предлагаю. Вот посмотри, прекраснейшая, – и я развернула заранее нарисованную схему, свёрнутую в свиток. Здесь места остаются и для полей распашных, и для моих плантаций кипрея; целинные земли оставим, чтобы было где зверушкам степным селиться и растения уникальные не извести.
Я водила пальцем по картинке, рассказывая, какие где деревья планирую высаживать.
– Прикажу лесовикам, сейчас самое время посадками заниматься, – наконец приняла решение Цветочная дева. Я было дёрнулась сказать, что помогу, прослежу и вообще, как же без меня-то, но богиня только ручкой-веточкой отмахнулась, обдав меня нежным цветочно-травяным ароматом: – Твоя забота дитя выносить, и не следует лишний раз магичить.
Если с Гусом я ещё бы поспорила, то противоречить высшим небесным сущностям… такое даже в голову не придёт.