Антуриум
Шрифт:
В дверях стоял Айзек, направляя на беглянку пистолет. Позади него стояли Хью и двое охранников. Келли зажмурилась в ожидании выстрела, который оборвет ее жизнь. Но Айзек подошел к ней, грубо схватил за волосы и швырнул в направлении выхода.
— В соседнюю ее, там свободно. Привяжите и ждите меня, я скоро подойду.
Телохранители послушно схватили Маргаритку под руки, потащив в соседнюю комнату. Келли лишь обреченно заскулила. Айзек подошел к новенькой.
— За каждый проступок последует соответствующее наказание. Запомни и намотай на ус, если хочешь жить.
Босс
— Не закрывай. Пусть слышит. — Айзек целенаправленно двинулся по коридору.
Соседняя комната была точно такой же. Такая же кровать, стул, глухие стены. Охранники грубо повалили Келли на кровать и пристегнули наручниками. Девушка резко вскочила и отползла назад, упершись спиной в железное изголовье. Айзек не заставил себя долго ждать. Совсем скоро он появился в дверях, демонстративно крутя на пальце большие строительные ножницы. За ним следовал оператор, держа наготове камеру.
Увидев его злобный оскал, Келли глухо заревела. Босс подошел к кровати и, сев, резко дернул Маргаритку за щиколоку, пододвинув к себе и заставляя лечь на спину.
— Держите ноги.
Охранники схватили ее под коленки, каждый со своей стороны и крепко сжали, не давая ей возможности дернуться. Айзек довольно оскалился, ткнув ножницами девушке в самое чувствительное место. Он аккуратно раздвинул лезвиями кожные складки, подцепил пальцами одну из малых губ и оттянул, пропустив ее между лезвиями инструмента. Келли истерически зарыдала:
— Не надо! Пожалуйста! Я больше не буду сбегать! Я сделаю что хотите! Не делай этого! Умоляю!
Айзек довольно оскалился и подождал, когда пленница закончит свои мольбы. Она подняла на него глаза, в которых промелькнула слабая надежда. Босс надавил на кольца ножниц, сводя их вместе. Нежные ткани послушно разошлись под смыкающимися лезвиями. Келли взвыла. Айзек с наслаждением смотрел на ее страдания. Он продолжал резать тонкую чувствительную плоть медленно, отделяя ее практически под корень, давая возможность жертве прочувствовать каждый сантиметр надреза. Пронзительный крик разнесся эхом по всему коридору. Бросив на пол отрезанный кусочек, он проделал то же и со второй малой губой. Под конец Келли уже могла только хрипло хватать губами воздух, сорвав голос. Айзек зажал между лезвиями инструмента клитор девчонки и та обреченно выгнулась. Но босс убрал ножницы весело цокнув.
— А эту штуку мы оставим! Она нам еще пригодится!
Главарь встал, стряхнув с рук и ножниц кровь и направился к выходу, жестом показав подчиненным, чтобы те последовали за ним. В дверях его остановил Хью, мельком глянув на сжавшуюся в комок рыдающую и истекающую кровью Маргаритку.
— Врача позвать?
— Она ему бошку проломила. Звони Гейлу, пусть выезжает немедленно.
Блондин снова заглянул в комнату, смотря на Маргаритку и окровавленные простыни под ней.
— Оставь так. Ничего с ней не случится. А к этой позови Фокса, пусть работает. — Айзек указал пальцем в сторону комнаты с новенькой и пошел вдоль по коридору.
Келли лежала на кровати, поджав к себе коленки. Кровь уже не текла, раны запеклись. Стыд и обида комом засели в горле. Спустя примерно час в комнату
— Ну что, опять? Не дала мне отдохнуть в мой законный выходной. Выдернула прям с дня рождения племянника, — парень натягивал перчатки с явным раздражением в голосе, — Да еще и стажера моего отмудохала. Толковый, между прочим, парнишка. Хотя бы не такой олух, как второй, который не в состоянии закрыть за собой дверь. У него сотрясение, швы придется накладывать.
Парень подошел к пленнице, присев на кровать и грубо разведя ее ноги в стороны, бегло осмотрел повреждения.
— Опять штопать придется… — Парень недовольно вздохнул и отошел к двери, крикнув провожатых. — Уложите ее на каталку и отвезите в медпункт. И ради бога, не забудьте пристегнуть, чтобы она еще какой-нибудь номер не выкинула! Мне надо парнем заняться. — Док стянул перчатки и удалился.
Отвязали Келли только когда Док пришел ее латать. После всех его манипуляций она просто сидела на кушетке, забившись в угол иногда всхлипывая и прерывисто вдыхая. Только сейчас ей начало казаться, что врач перестал на нее злиться — он наконец-то заговорил.
— Послушай меня, если хочешь дожить до конца, ты должна перестать себя так вести. Просто подчинись. Ты же хочешь домой! Тебе осталось совсем чуть-чуть — просто потерпи!
— Да какая разница! Вы же меня все равно убьете!
Келли снова захлюпала носом, пытаясь сдержать выступающие на глазах слезы.
— Келли… — врач назвал ее по имени для пущей убедительности и продолжил настойчивым тоном, не отрываясь от подготовки очередных доз препаратов, которые собирался ей вколоть, — заказчик ясно дал понять, что не хочет твоей смерти. Но если ты будешь продолжать выкидывать такие номера, то нет гарантии, что Айзек не психанет, не забьет на его волю болт и не пристрелит тебя. Просто потерпи, и сможешь вернуться домой!
Девушка зарыдала, в истерике отвечая на его наставления.
— Он не просто унизил и отрезал от меня куски ТАМ! Он еще снял это на видео, чтобы продать таким же мразям. Чтобы они сидели на своей загородной вилле и дрочили глядя на это! Ты правда думаешь, что после всего этого он меня отпустит?
— Послушай! — врач взял стул, пододвинул к кушетке и присел напротив пленницы, — если ты подчинишься, то все будет хорошо. Тебя правда вернут домой. Но если продолжишь… То в следующий раз это могут быть пальцы или грудь. Ты что же, хочешь чтобы Айзек медленно отрезал от тебя по кусочку, чтобы ты поняла? Просто делай то, что они говорят.
Келли зарыдала и закрыла руками глаза.
— Что я должна дела-а-ть?
Гейл пододвинулся ближе.
— Помнишь ту девушку? Айзек хочет чтобы ты… как бы это сказать… разогрела ее.
— Что-о-о? — Келли ошарашено протянула, подняв на врача красные глаза.
— Ну разогрела, поласкала языком, поработала руками. В твоем случае одной, — Гейл мельком взглянул на ее руку в гипсе, — Тебе объяснят что делать.
— Что? Чтобы я..? Вы хотите, чтобы я сделала то же с ней… Что эти ублюдки со мной? Вы хотите, чтобы я издевалась над этой бедной девочкой. Да она же ребенок еще совсем! — Келли возмущенно вскрикнула, не переставая рыдать.