Антимир
Шрифт:
– Что?
– машинально переспросил я, тут же сообразив насколько глупо выгляжу. Ее искренность и откровенность обескураживали.
– А это тебе за шлюху!
– она влепила мне звонкую пощечину.
В глазах сверкнуло, ухо заложило, девушка, оттолкнув меня, побежала через лес к железной дороге.
– Кэмерин? Извини...
Я побежал за ней.
Со стороны просеки намело настоящие сугробы. Мы бежали, утопая по колено в снегу. Внезапно девушка остановилась, развернулась, я налетел на нее и, обнявшись, мы рухнули в снег. Оказавшись сверху, я тут же принялся целовать
– Гео...
– разорвав поцелуй, она перевернула меня на спину, схватив двумя руками за отворот плаща.
– Запомни, если ты предашь... Никогда... Никогда не делай этого... Войну нужно уважать... А я - это и есть война!
– Я уже понял это!
– снова обнял ее. Мы покатились по снегу.
Что мелкие застежки на шелковых кружевах в сравнении с высокопрочными квазиметаллическими доспехами! Отправив Ию в спящий режим и не прекращая целовать Кэмерин, я пытался найти скрытые замки. Одной рукой она небрежно помогала мне... Кто знает, возможно в прошлой жизни у меня было много женщин, но все они бесследно стерты из памяти. Так что каждый поцелуй, каждое прикосновение я воспринимал как впервые.
В груди что-то пробудилось, разрастаясь пьянящим огнем, и я вдруг понял, что это эмпирическая синергия. Она словно электрический ток потекла по жилам, наполнила каждую клеточку и в конце концов выплеснулась наружу. Через поры, через объятья и поцелуи она проникала в Кэмерин, и девушка отвечала тем же... Мы слились с ней в одно целое, плавя горячими телами холодный снег.
Расстелив плащ рата, я потянул на него свою спутницу.
Так вот для чего он нужен, мелькнуло в мыслях перед тем, как мы с головой окунулись в океан квант-эмпирической любви.
Высоко в небе над тяжелыми тучами парила Самира. Я не видел ее, но чувствовал - верный гарм рядом.
– Побудь пока в лесу, - ментально подтвердил я давешний приказ.
Вдвоем с Рысью мы шли, перепрыгивая через гигантские рельсы.
– Здесь что-то еще ездит?
– Конечно, - ответила Кэмерин, - это Великий Железный Путь. Огромная железная дорога, построенная в самом конце эпохи безбожия... Ее создали не люди.
– А кто?
– Машины. В те времена... после окончания кибер-индустриализации, они обслуживали человечество.
– Кэмерин осеклась.
– Ты задаешь такие вопросы... Вас что, в космических городах ничему не учили?
– Учили, наверное... Дело в том, что у меня не лады с памятью.
Рысь бросила на меня испытывающий взгляд.
– Машины страдали гигантоманией?
– Может быть, - пожала она плечами, - сейчас это очень важный торговый путь. Он начинается в технозонах Китая. Там, глубоко под землей, многое еще сохранилось и продолжает работать... Затем через страны Сибири, где те же машины в бездонных шахтах добывают полезные ископаемые - руду, уголь, нефть, тянется до островных государств Британии. Большинство поселений, да и целые города расположены вдоль великого пути или поблизости от него.
– Ничего себе!
– подтолкнул свою спутницу
– А то, что передвигается по нему... это не совсем поезд. Скорее, город-государство, только на колесах. Он движется в полуавтоматическом режиме и населен кочевниками, ну, так по крайней мере, их называют. Потомки монголов. Вовремя смекнули что к чему и облюбовали его себе. Всеми цивилизованными сообществами он признается нейтральным и приносит своим хозяевам немалую прибыль. За целые столетия там сформировалась определенная культура, образ жизни, религия. Возможно есть и свои тайные цели. Они торгуют всем - ресурсами, людьми, оружием... Таков мир!
– Ясно. Слушай, а ты разве не могла связаться с Одноликим как-нибудь по другому? Обязательно нужно было лезть в развалины?
– Уже жалеешь, что пошел за мной?
– Что ты? Наоборот...
– Я остановился, повернул девушку к себе, взял ее за руку.
– Ты говорила, уникальные способности - они как дар, или как талант. Я думаю, на многое что есть в жизни стоит смотреть именно так. У каждого свой талант. Например, красота - это тоже талант. И встреченный тобою человек тоже может оказаться талантом. Попав сюда...я подумал - все, кранты, ад, дьявольская тюрьма навечно... Но пока в этом мире существуют понимание... взаимовыручка, поцелуи, любовь в конце концов, клетка еще не закрыта, мышеловка не захлопнулась... а значит, у всех нас есть будущее.
Мы двинулись дальше.
– Забавный ты. Связаться с Одноликим можно и через инфопространство, - пояснила Кэмерин, - но в таком случае будь уверен, что ваша беседа станет достоянием общественности. И жрецы, и кланы, да и светские власти следят за всеми кто контактирует с ним... мало ли какие тайны ты решишь исповедать при встрече с богом. А руины - это старинный форпост. Когда-то давно, когда у Одноликого еще не хватало сил, такие сооружения использовались для перемещения на дальние рубежи. Теперь он другой, увеличил свое влияние, мощь, и надобность в подобных форпостах отпала. Но на месте старых алтарей, тот кто умеет, по прежнему может переговорить с Одноликим с глазу на глаз.
– А что это за язык, на котором вы общались?
– И его подслушал!
– возмутилась девушка.
– Я не специально...
– Универсальный язык вселенной. Если бы люди когда-нибудь повстречали пришельцев с других миров, они бы смогли понять друг друга. Это математика, трансформированная в речевые символы. На этом языке разговаривали первые машины.
– Да? Но я ничего не понял.
– Значит, не дано, - с улыбкой ответила Рысь, - он очень простой, только нужно понять систему счисления.
Издали ветер донес обрывки колокольного звона. Наверное, по моей физиономии несложно было догадаться, о чем я думаю.
– Древний монастырь, - пояснила девушка, - бьют в колокола - отгоняют чуму, как в старину во времена эпидемий.
– Помогает?
– Им да... тем, кто живет в нем, разгул эволюции нипочем.
– Иммунные?
– Кто их разберет. Не влияет и все... У них там все по другому, даже летоисчисление. Мы считаем от конца эпохи безбожия, а они...
– Какой же сейчас год?