Антимир
Шрифт:
Кустарный аналог ружья Вернера.
Пояснила Ия.
С высокой степенью вероятности доспехи также созданы для охоты на эхелитов и имеют защитное покрытие.
– Тут я и зыву!
– не переставал скалить зубы старик.
– Удобно... Особенно с таким арсеналом.
– Дааа, - согласился Кацуми.
– А это тебе зачем?
– среди всей коллекции наибольший интерес вызывал средневековый мушкет.
– Как зацем? В гадость стлелять, много бываю на гланице.
Заходить в микроавтобус я не
– Подожди немного, нужно сходить за напарницей. Только не уезжай, я быстро. Хорошо?
– Неее, - запел японец, - куда спесыть?
Пушистый мокрый снег обещал скоро растаять. С веток срывались крупные капли, изредка падали пышные снежные лопухи. Отойдя подальше от дороги, я побежал, стараясь не упустить из виду оставленные Рысью следы.
– Ну где ты там? Чего спишь?
– с чувством рявкнул я.
Ия тут же высветила их голубой окантовкой. Ориентироваться стало легче.
Через канал ментальной связи пришло размытое сообщение. На самом краю допустимого диапазона появилась Самира. Расправив шесть крыльев, птица мчалась к лесу в поисках своего хозяина.
– Сами, девочка!
– отозвался я.
Ее радости не было границ.
– Ия, Самире опасно здесь находиться? Как ее уберечь?
Целесообразно отдать приказ оставаться в районе леса. Приближаться к городу рискованно. Обнаружить в диких зарослях одинокого семурга будет непросто, а лесная фауна послужит стабильной кормовой базой.
– Одноликий сможет ее отследить?
Возможности местного божества ограничены его, отчасти, эфирной природой.
– Да? А как же он тогда увидел зверя на границе своих земель?
Данные о вторжении на подконтрольную ему территорию получены непосредственно от тебя, в тот момент, когда ты подключился к информационному пространству Аолона. Это позволило установить барьер на пути чужака. Однако подобная процедура требует огромных энергетических затрат, вследствие чего крайне редко применяется на практике, только в крайних или особо важных случаях.
– Ничего себе!
– удивился я, - то есть, защитить меня он посчитал важным делом?
Поступки высших существ тяжело поддаются анализу по причине недостаточного количества сведений. Возможно дело в тебе, но, вероятнее всего, это связано с особым вниманием к твоему провожатому.
– Точно, Кэмерин! Как же я сам не догадался?
Полный цикл трансформации завершится через восемь часов пятьдесят две минуты. После чего интеллектуальные возможности значительно...
– Заткнись!
Я отдал команду Самире оставаться в пределах лесного массива, держаться подальше от дорог и человеческих поселений, судя по карте, их здесь имелось предостаточно, а также не ввязываться ни в какие конфликты и
– Побудь пока здесь, наберись сил, подрасти немного. Как только ситуация прояснится, я за тобой вернусь.
Ориентиром для встречи я назначил развалины храма, приказав птице находиться вокруг него в радиусе действия ментальной связи. На каждое мое распоряжение Самира отвечала бурей восторгов и неподдельной радостью, точно верный пес.
– Вот и хорошо, вот и умница.
Деревья расступились, и я оказался на широкой просеке, отмеченной на карте как Великий Железный путь. Через лес пролегало железнодорожное полотно со ржавыми рельсами внушительного размера, притом выложены они были в восемь рядов. Какой поезд перемещался по ним оставалось только гадать. Возможно целый город или передвижная крепость на атомной тяге. Но, судя по налету ржавчины, появлялся он в здешних краях крайне редко.
До развалин оставалось рукой подать. С противоположной стороны просеки над деревьями возвышалась верхушка храма, сложенная из серых пирамидальных блоков. Следы на снегу вели прямиком к нему, девушка перепрыгивала через рельсы, как через небольшие заборы. Я последовал ее примеру и снова углубился в заросли. Впереди между могучими стволами замаячили каменные стены.
Строение выглядело заброшенным, притом не менее, чем сто лет назад. Со всех сторон наступал лес, взламывая корнями фундамент, вваливаясь бурной растительностью в частые проломы. Круглые колонны у входа треснули, поросли мхом, гранитная облицовка осыпалась. Здание напоминало четырехгранную пирамиду с открытым конусом. Внутрь из-за отсутствия цельной вершины проникал свет. Обшарпанные лестницы вели с этажа на этаж, а на самом верху имелась открытая площадка, окруженная треугольными плитами. Оттуда доносились голоса. Один грудной, бархатный, незнакомый, другой принадлежал Кэмерин. Стараясь не шуметь, я направился по ступеням вверх.
– Да... шла...го...чайно... в ...ашне лифта...
– говорила девушка.
– Ничто не происходит случайно, - донесся раскатистый ответ, а дальше голос заговорил на чужом языке.
– ...рошо, - ответила Кэмерин.
– ... так ...ного ...людала ...а ним.
– Он догадывается?
– ...маю да, но ...сли ...му ...то ничем не... грожает...
Снова непонятная речь с гремящими интонациями. Рысь ответила тем же, до меня долетали отдельные фразы, но разобрать я ничего не мог.
– Ия, что они говорят? Можешь перевести?
Провожу анализ лингвистической структуры.
Прилетело в ответ.
Среди живых языков родственных диалектов не выявлено.
Ищу среди мертвых...
В существующих словарях данное наречие отсутствует.
Отдельные речевые конструкции напоминают праязык первых машин.
Секундная пауза, после чего Ия выдала заключение.
Перевод невозможен!
Я поднялся еще выше.