Антимасон
Шрифт:
«Это – весьма кстати!», – успел подумать Смирнов и, распахнув входную дверь, с широкой улыбкой вошёл в пристрой.
Как он и ожидал, в хозяйской комнате возле Евдокии Михайловны вальяжно сидели и что-то пили из маленьких чашечек разгорячённые после бани Анна и Степан.
Они радушно встретили бодро поздоровавшегося с ними Сергея и, расспросив вкратце об итогах его картофельной «командировки», предложили ему немедленно, пока она ещё не остыла, помыться в их хорошо натопленной бане.
И, поскольку, с их слов, его
Сергей, естественно, не возражал против этого временного изменения привычного графика помывки и обрадовано поблагодарил Евдокию Михайловну и её родственников за это предложение.
После картофельной эпопеи ему самому хотелось побыстрее вымыться и, наконец-то, привести себя в надлежащий порядок.
Кинув вещи, бывшие с ним на «картошке», на стул в своей комнате и захватив с собой полотенце, чистое бельё и спортивные штаны с футболкой он незамедлительно направился в сторону бани.
Там было очень жарко, и принявшийся париться Сергей испытывал настоящее блаженство, периодически хлеща себя берёзовым веником по телу и окатываясь холодной водой из большого ковша.
Казалось, что он никогда не покинет этот оазис счастья, но, не прошло и двадцати минут после его прихода, как ему внезапно захотелось побыстрее выскочить на свежий воздух – в широкий и прохладный предбанник.
Смирнов уже собирался подняться с лавки, сидя на которой он только что мылся, как вдруг открылась входная дверь, и в баню из предбанника вошла абсолютно нагая Зинка.
Её мощная широкобёдрая фигура с впечатляющими округлостями там, где им и положено быть, и крепкими, привыкшими к длительным физическим нагрузкам, ногами на миг заслонила собой весь дверной проём, а жгучий взгляд больших тёмно карих глаз, явно выделявшихся на её круглом миловидном лице, в ту же секунду, как рентген, просветил насквозь так и не успевшего подняться с лавки студента.
Бесстыжая Зинка громко хохотнула, глянув на нелепо замершего в своей позе Сергея, и, тряхнув тёмными волосами, как ни в чём не бывало, деловито прошла к соседней лавке.
– Чего застыл, сосед? Голых баб, что ли, до сих пор не видел? Так ты, мальчишечка, меня не бойся – не съем! Опоздала я ноне слегка, а тебя тут же, видишь ли, вперёд моей очереди и пустили… Я, конечно, без претензий, но нынче некогда мне ждать. Дела у меня ещё на сегодня есть, пока мой муженёк в деревне с дочкой обитает… Понятно? – с задорным смехом выпалила Зинка, демонстративно раскорячившись на банной лавке и приступая к намыливанию своего тела.
– А какие дела тебя ждут? Амурные, что ли? – неожиданно для самого себя ответил вопросом на вопрос Сергей, всё это время безрезультатно пытавшийся прикрыться своей мочалкой.
– О-о! А ты, я вижу, парень не из робких… Что же тогда
– А что… можно? – внезапно осмелел Сергей.
– Ау, студентик, не борзей! Я старше тебя лет на десять, если не больше. Хотя… впрочем… дерзай, мальчишечка! Может, что-нибудь, и тебе обломится, – продолжала задорно хохотать Зинка.
Сергей решительно поднялся с лавки, но, вместо того, чтобы, как и хотел, стремительно направиться в предбанник, сам не зная почему, медленно подошёл к дразнящей его женщине.
– Остынь, сосед! Лучше веником по моей спине поработай! – веселясь и ложась животом на лавку, попросила его соседка.
Смирнов, как заворожённый, молча взял подготовленный ею веник и начал несильно хлестать Зинку по её слегка широковатой для женщин спине, упругим ягодицам и мощным крепким ногам.
Соседка лишь довольно охала и кокетливо просила его добавить ещё. Так продолжалось около пяти минут.
Затем Сергей резко отложил веник в сторону и осторожно провёл рукой по Зинкиной спине от основания шеи до начала копчика.
В ответ на это соседка спокойно и быстро отвела его руку от своего тела и, приподнявшись рывком, вновь прочно уселась на лавке.
– Вот что, мальчишечка! Спасибо тебе, конечно, за то, что попарил меня на славу, но на сегодня хватит экспериментов. Я думаю, что тебе пора уже к себе. А мне, вот, можно ещё немного и задержаться! Да, и наши хозяева бани могут что то заподозрить… Так что, пока! – буднично-приказным тоном произнесла Зинка.
– Пока! – внезапно охрипшим голосом ответил ей Сергей и, чтобы хоть немного унять охватившее его возбуждение, вылил на себя целый ушат холодной воды.
Стремительно выйдя из жаркой бани в прохладный предбанник, он энергично вытерся полотенцем и, быстро одевшись в принесённую с собой одежду, скорым шагом направился к дому.
Там Сергей бесстрастным голосом сказал всем о том, что прекрасно вымылся, ещё раз горячо поблагодарил Евдокию Михайловну и её родственников за разрешение посещать их «банное учреждение» и безразличным тоном сообщил о том, что только что встреченная им во дворе Зинка уже пошла в баню ему на смену.
Затем он не спеша прошёл к себе в комнату и, едва прикрыв за собой дверь, дал полную волю обуревавшим его чувствам.
Сергей – вчерашний школьник и сегодняшний студент – ещё никогда до этого не находился рядом с обнажённой женщиной. Поэтому охватившее в бане волнение никак не отпускало его, и он, чтобы немного успокоиться, принялся бесцельно ходить туда-сюда вокруг небольшого круглого стола, находившегося в самом центре его небольшой комнаты.