Антиквариат
Шрифт:
Расставаться с тем, что отложил сам, оказалось труднее всего – Толкиен, Фрэнк Херберт, Роджер Желязны. Стас ощутил, что отрывает кусок от самого себя, но решительно шлепнул эти книги в общую стопку.
А
– Что ты делаешь? – отчаянно выкрикнула Лара, когда он швырнул найденное в рубке наземь.
– Спасаю кое-кого от заразы, – ответил Стас. – Вы закончили?
– Да, – мрачно буркнул Антон.
– Тогда все на корабль, – Стас первым поднялся по трапу. В рубке подошел к оружейному хранилищу, набрал код доступа. Понаблюдал, как отъезжает в сторону бронированная крышка, и полез внутрь.
Ната отшатнулась, обнаружив командира с плазменным ружьем в руках.
– Ты сошел с ума! – губы Толика тряслись, глаза бегали.
– Нет, – Стас покачал головой. – Пока еще нет. Занимайте места, через десять минут мы стартуем…
– Зачем? Куда? – захлопала ресницами Лара.
– Домой. Мы нашли достаточно, чтобы окупить полет и пожить в свое удовольствие некоторое время, – Стас подошел к люку, прицелился. – А оставаться здесь смертельно опасно…
Сердце дрогнуло, но он
– Нееет! – гневный вопль вырвался сразу из четырех глоток.
– Да! – Стас повернулся, не опуская ружья. – Всем оставаться на местах!
– Зачем? Ну зачем? – спрашивала Лара, пока он шел к пилотскому креслу, закрывал люк и готовил корабль к взлету.
– Эти книги… – Стас нажимал сенсоры, вглядывался в появляющиеся на экране диаграммы, – они опаснее сотни солярных бомб! Они делают нас слабыми, порождают странные мысли, сомнения в том, что незыблемо в традициях Метрополии… Лучше обойтись без них!
Он выглянул в иллюминатор, посмотрел на пылающую груду бумаги, где в алом пламени корчились и рассеивались черным пеплом страницы, нажатием сенсора активировал защитный экран.
Изображение за иллюминатором размылось и исчезло.
– Старт, дамы и господа, – проговорил Стас, и «Гермес» прыгнул вверх, как огромный кузнечик.
Костер из смертельно опасного антиквариата остался внизу.