Антикиллер
Шрифт:
Он профессионально занимался охраной особо важных персон больше двадцати лет, работал вначале в среднем круге, потом в ближнем, последние годы обеспечивал дальний радиус.
Его смешили рекламы многочисленных фирм, готовящих частных телохранителей и обещающих выучить их снайперской стрельбе и эффективному рукопашному бою. Потому что задача личного (ближнего круга) телохранителя состоит вовсе не в том, чтобы драться и отстреливаться. Его единственная обязанность – прикрыть собой охраняемый объект и принять предназначенную
И средний круг, находясь в гуще толпы, практически лишен возможности применять оружие – тут расчет на физическую силу и знание особых боевых приемов – для вытеснения, «перевода в горизонт» и захвата этого достаточно. Ну а вылезет вдруг ствол или выкатится граната – задача та же – грудью, как на амбразуру!
Лишь дальний круг обладает полной свободой действий, у них и «снайперки», и «беретты», и другие хитрые штучки. Именно от дальнего круга зависит, чтобы в непосредственной близости от особо важной персоны не происходили какие-либо эксцессы и их товарищам не приходилось принимать в себя ножи и пули.
Первые два дня Фиников разъезжал на машине Управления ФСК с молчаливым, будто лишенным языка водителем, по основным магистралям Тиходонска, выбирая путь для президентского кортежа.
Город тянулся вдоль реки, из аэропорта к нему вела всего одна трасса, на восточном въезде она расходилась – можно выбирать из трех дорог. Одна явно не подходила, так как проходила через трущобные кварталы старого частного сектора и состояла из одних ям и колдобин. Именно эту улицу Фиников приказал привести в порядок, понимая, что жители полностью одобрят такую дезинформационную акцию.
В толстой записной книжке, с которой он никогда не расставался, отмечались путепроводы, заборы, высокие насыпи, стройплощадки, канализационные люки. Уже сейчас он намечал рубеж для оцепления силами местной милиции, рубеж для ОМОНа, рубеж для «Альфы», прикидывая расположение своих людей, снайперов, определителей оружия и взрывчатки. Подсчитывал, сколько надо будет выставить контрразведчиков и военных в штатском для разбавления толпы встречающих.
Ему очень не понравилась законсервированная стройка в двухстах метрах от шоссе – девятиэтажное здание длиной в квартал с бесчисленными квадратами будущих окон и балконных дверей. Приказав водителю остановиться, Фиников извлек из портфеля мощную подзорную трубу, раздвинул и навел на бетонный каркас, медленно осматривая этаж за этажом.
Лучшее место для снайпера – на пятом, вон в том проеме... Подзорная труба, резко вскинутая вверх, поймала отблеск, который тут же исчез.
– Что за черт!
Просто так ничего в природе не отблескивает, тем более там, где наиболее удобно расположиться снайперу. Или бинокль, или оптика прицела! Нет, для прицела рановато, скорее такая же подзорная труба, ведь сейчас идет только подготовка к спектаклю...
– Оружие есть?
Водитель не понял, что вопрос
– Откуда? Тревоги ж не объявляли... Фиников вытащил из портфеля маленький плоский пистолетик.
– Держи. Обращаться умеешь?
– Чего хитрого, у шефа такой – ПСМ.
Водителю явно не хотелось выходить из машины, но приказ он выполнил.
– Мало ли что там могло сверкнуть... Может, мальчишки с зеркалом балуют! Может, лист стекла или железка какая...
– Не ной! – пристрожил Фиников. – Вперед! Ты по этой лестнице, я – по той!
– Да кто там может быть, – продолжал ныть водитель, с опаской приближаясь к лестнице.
Наверху находился Мастер. Он тоже проводил рекогносцировку. Девятиэтажная бетонная коробка недостроенного здания сразу же наводила на мысль о возможной засаде, а потому для настоящей засады не годилась. Зато идеально подходила для ее имитации. Именно сюда он собирался уложить Свистуна со старой испытанной «снайперкой» самого Мастера.
Наибольший отрезок трассы открывался с широкого балконного проема пятого этажа. И траектория пули будет наиболее пологой. Свистун все, равно не попадет, да ему и не дадут попасть, но необходимо выдержать полное правдоподобие.
Мастер занял выгодную позицию и принялся рассматривать улицу сквозь оптический прибор, напоминающий снайперский прицел и сочетающий свойства дальномера и определителя угловых поправок.
Просматривая через трехкратный окуляр лежащую внизу улицу, Мастер вдруг наткнулся на внезапно остановившуюся черную «волгу» и тут же встретился взглядом с человеком, уставившим на него подзорную трубу. Он отпрянул назад, но, судя по реакции незнакомца, понял сразу две вещи: вопервых, это не случайный зевака, а во-вторых, он засек его и собирается задержать.
Аккуратно сунув приборчик в мягкий замшевый футляр, Мастер спрятал его в специальный, обшитый ватой карман под мышкой и быстро двинулся наверх. Оглянувшись, он убедился, что оставляет на слое белесой пыли отчетливые следы туфель.
Задержавшись на миг, Мастер достал из кармана два мешочка с завязками на горловине, вдел в них ноги и закрепил веревками чуть выше щиколоток. Теперь он мог передвигаться практически незаметно: бесформенные белые отпечатки сливались со следами мела, известки и бетонной пыли.
Уходить можно было по одной из двух лестниц, но по каждой поднимался преследователь. Следовало определить – кто из них менее опасен...
Мастеру сразу не понравился круглоголовый крепыш, прыгающий через несколько ступеней и явно имеющий значительный опыт в достижении поставленных целей. Второй шел с явной неохотой, боязливо держал на отлете маленький пистолет, нервно оглядывался и явно не умел определять наиболее опасное направление и фиксировать на нем внимание. Это должно было стоить ему жизни.