Антикиллер
Шрифт:
– Запомни, – не здороваясь сказал Рембо, – когда едем на «дело», очень важна точность. Опоздали на разборку – считаемся проигравшими: все на нас вешается. Раньше – тоже не надо: могут подумать, что подлянку затеваем, и сразу начнут мочить. Важно – минута в минуту. Ты понял?
– Понял, – сказал Рында.
– Минута в минуту! – строго повторил Рэмбо. – Нет хороших часов – купи. Нет денег – скажи, мы купим. Но не подведи – тогда разбор, и можешь головой ответить. Ты понял?
– Да понял я все, – раздраженно ответил
– Я не от себя говорю. Мне Баркас поручил. Это его слова. Повторять их больше никто не будет. Ты все хорошо понял? Если не понял – спроси.
– Точность главное. Я не буду опаздывать. Часы у меня хорошие, – послушно повторил Рында. Внезапно он понял: разговор очень важен, его начинают посвящать в правила бригады. Значит, доверяют и думают продвигать на следующую ступеньку.
– Я все хорошо понял.
– Молодец. Теперь дальше. Итальянца посадили, его бригада напустила в штаны. «Супермаркет» прибирают донецкие. Мы должны их убрать. Теперь это будет наша точка" Держись ближе ко мне и к Доске. Вы с Кентом на подхвате. Делайте то, что мы скажем.
Рында понял, что Кент – это незнакомый крепыш с железом под курткой.
– Ты все понял? Перепутать ничего нельзя.
– Как их «убирать»?
– Брать, сажать в тачку и везти куда надо. Будут сопротивляться – вырубать. Но без крови и тихо. Если они начнут стрелять, тогда и мы ответим, но осторожно, без лишних трупов. Ты понял, Кент?
– Понял.
– Почти приехали. Держимся вместе. Рыба пока ждет в машине. Если закрутится всерьез – выйдешь. Понял?
– Понял, Рэмбо, – кивнул водитель.
Рында лихорадочно размышлял, чтобы ничего не перепутать.
– А как мы их узнаем?
– Очень просто. Они такие же, как мы, только рожи незнакомые. И еще: они будут собирать бабки. Ясно?
– Ясно.
Пять машин подъехали к «Супермаркету» одновременно. Двадцать человек в спортивных костюмах двинулись к двум входам в рынок. Это было похоже на облаву. Собственно, это и была облава.
Стоявшие у входов служащие рынка, которые в штатном расписании именовались громким словом «контролер», а на самом деле являлись обычными продавцами входных билетов, без звука пропустили настоящих контролеров.
Пять четверок растворились в человеческом море: здесь толклись несколько тысяч человек.
Рэмбо и Доска шли впереди, Рында и Кент отставали на два шага. Спортивные костюмы первых двух бригадиров имели яркую расцветку и косые полоски на колене. Молодые были одеты в фирменные, но скромные одноцветные «адидасы». Опытный глаз мгновенно определял их разное положение на иерархической лестнице.
Четверка двигалась вдоль длинных рядов торгующих, внимательно глядя по сторонам. Рында ничего подозрительного не замечал и не мог представить, как в такой толчее можно обнаружить чужаков.
Но Рэмбо время от времени задавал продавцам вопросы, а те,
– Вот двое, – сказал наконец старший четверки.
Рында увидел, как высокий парень в спортивном костюме, пошептав что-то пожилой женщине, торгующей турецким ширпотребом, получил от нее несколько купюр. За ним в таком же наряде стоял крепыш с шеей и ушами борца и меланхолично жевал резинку.
– Берем, – скомандовал Рэмбо. – Ваш – длинный.
Метнувшись вперед, Рында схватил высокого за руку, взял на излом. Тот пытался ударить другой, но ее перехватил Кент.
– Тихо, сука, иначе нож получишь! – жарко выдохнул Рында в ухо чужака.
Тот сразу обмяк.
– Пошли!
Рэмбо и Доска на удивление быстро справились с «борцом».
Со стороны вряд ли кто-то мог разобраться в происходящем. Просто в плотной толпе вдруг возникла свалка, как в курятнике, когда гибкий и сильный хорек бросается на выбранную жертву. Все быстро закончилось, и четверо в спортивных костюмах выволокли ошарашенных и испуганных чужаков в таком же наряде, протащили к выходу и забросили в одну из ожидающих машин.
Мгновенно рядом оказался Баркас. Недобро щурясь, он ошмонал чужаков, вытащил смятые пачки денег, нож и свинчатку.
– Свяжите – и куда положено.
– Да вы что! – оскалился «борец»; первый испуг у него уже прошел и вернулась привычная нахрапистость и наглость. – Надо разбираться по понятиям! Что вы хватаете, будто менты? Смотрите, нас здесь много!
Бац! Кулак Баркаса врезался ему в нос, кровь обильно залила спортивный костюм.
– Какие понятия, сука! Я у тебя в Донецке рэкетирую или ты у меня в Тиходонске? Чья земля? К кому ты подошел? Кому долю заплатил? По понятиям тебя надо на нож ставить!
Он еще раз замахнулся, но сдержал руку.
– Ну, где твои дружбаны? Думаешь, я их боюсь? В рот я их делал!
Баркас засмеялся глумливым смехом.
– А вот и они! Полюбуйся!
Четверка Черепа волокла еще двух донецких. Лицо одного напоминало сырой бифштекс.
– Пику Дятлу засунул, пидор! – пояснил Череп. – Сразу, без разговоров, только подошли – раз! По самую рукоятку!
– А где пика? – спросил Баркас.
– Не вынимали. Дятел там лежит, «скорую» вызвали. Кровь наружу почти не течет...
– Жалко, нет пики. Я бы ему ее прямо здесь в сраку вогнал. Ну ничего, сочтемся... Еще есть?
– Несколько убежали. Вроде за подмогой.
– Ладно, подождем их подмогу. Где Кент?
– Здесь я, – отозвался крепыш. Они с Рындой накрепко связали своим подопечным руки тонким нейлоновым шпагатом.
– Остаешься. Рында отвезет их – и назад.
– Куда везти?
– Рыба знает.
Рында сел рядом с водителем и полуобернулся к чужакам, держа в проеме между спинками сидений нож, чтобы они его видели.