Антиджихад

Байкалов Альберт

– Пожалуйста, хорошенько подумайте, – Антон понимал, бывший фельдшер сейчас под впечатлением услышанного, и его мысли работают совершенно в другом направлении. Наверняка к утру что-то вспомнит. Но сидеть с Полынцевым здесь ночь – слишком большая роскошь.

Неожиданно лицо Асауляка оживилось. Некоторое время он сосредоточенно о чем-то размышлял, потом всем корпусом развернулся к Антону:

– Скажите честно, последнее время он работал в секретной службе?

Антон, переглянувшись с Полынцевым, молча кивнул.

– Тогда его могли узнать!

– Кто? – Антон напрягся.

– Был такой случай, – пенсионер прищурился,

напрягая память, – в начале февраля девяносто пятого мы стояли в нескольких километрах от Шали. Прибежал мальчуган, из местных, и стал слезно просить спасти отца. Тогда одичавшие собаки сбились в стаи и нападали даже на людей. Вот и его папаша пострадал. Как раз работы почти не было, решили помочь. Во дворе нас встретили два молчаливых и угрюмых хлопца в новеньких спортивных костюмах – старшие сыновья пострадавшего. Оба здоровенные, лет под тридцать. Гулид тогда намекнул мне, что наверняка боевики. Тогда они все из Грозного расползлись. Вот и эти, видимо, домой вернулись. Все время, пока шла операция, оба во дворе просидели. И взгляд такой у одного был, – старик вздохнул, – ну, в общем, неприятный. Видно было, что терпят они наше присутствие. Однако, когда все закончили, один из них нам в благодарность еще и живности подкинул.

– Фамилию помните?

– Чью? – не понял Антона пенсионер.

– Ну, того деда, что лечили.

– Откуда? – он усмехнулся. – Мы и не спрашивали.

– А номер дома? Название улицы?

Вместо ответа пенсионер покачал головой.

– Хорошо, – Антон вздохнул, – ну, а узнать его сможете?

– Вы предлагаете мне лететь в Шали? – на полном серьезе спросил Асауляк.

– Нет, – Антон улыбнулся. – Есть другой вариант, – он тронул за плечо Полынцева. – Разверни ноутбук.

Установив на столе кейс из легкого сплава, Полынь открыл крышку и, развернув ноутбук монитором к пенсионеру, встал за его спиной. Антон тоже поднялся со своего места.

– Вот подробная карта Шали, – пощелкав клавиатурой, пояснил Антон, – где этот дом?

– Въезжали отсюда, – задумчиво проговорил Асауляк, указав пальцем на одну из дорог. – Дом где-то на этой улице.

– Хорошо, – Антон выделил этот сектор и увеличил. – Хорошенько подумайте.

Он посмотрел на Асауляка.

Наморщив лоб, тот беззвучно шевелил губами. Неожиданно его лицо просветлело.

– С правой стороны, четвертый по счету. На нем и номер был – девятый!

– Ну что, – облегченно вздохнув, Антон посмотрел на Полынцева, – осталось напрячь Линева, чтобы он связался со своими коллегами в Чечне, и те установили, кто там живет.

– А самое главное, кто и где находится.

– Точно!

* * *

Первым из подъезда гостиницы выскочил невысокого роста круглолицый парень. Оглядевшись по сторонам, он махнул рукой, и наружу выволокли Ису с заломленными назад руками.

Следом вышел Сарсур Махуль. В сопровождении двоих мужчин он, как ни в чем не бывало, направился к своему лимузину.

Круглолицый, заглянув в салон, посторонился, пропуская двоих верзил, тащивших Ису.

Дрон занял место слева от дверей, напротив него Джин. Когда в проеме появилась голова Исы, они схватили его за плечи и втянули внутрь. Облегченно вздохнув, оставшиеся снаружи парни отряхнули руки и по очереди забрались следом.

– Упертая тварь, – сказал один из них.

– Зря обижаешь нашего брата, – пробурчал

Джин.

Глаза парней еще не привыкли к полумраку. Один из них ощутил на шее буксирный трос, который накинул на него Джин, второго же, схватив руками за голову, Дрон несколько раз приложил виском о металлический кронштейн крепления сиденья. В этот момент круглолицый, воспринявший возню в салоне как закономерное сопротивление Исы, спокойно открыл переднюю дверь и уселся рядом с Шамилем.

– Все-таки хорошо, когда на улице яркое солнце, а стекла темные, – с этими словами Шамиль локтем двинул круглолицего в лицо, затем, пригнув за шею, воткнул ему в горло обыкновенную отвертку, которую нашел перед этим в бардачке, и с силой дернул ее на себя.

Крик, перешедший в громкое шипенье, заполнил тесное пространство салона. Парень попытался схватить руку Шамана и резко дернулся. В этот момент из раны хлынула струя горячей крови.

– Труповозка, – поморщился Дрон, помогая перетаскивать тело круглолицего через спинку сиденья назад. Делать это уже пришлось на ходу. Шамиль выехал на трассу и, развернувшись в сторону аэропорта, гнал, насколько это позволяли дорожные знаки.

– Джин, – когда все уже было окончено, а трупы уложены штабелем между сиденьями, окликнул чеченца Дрон. – Тебе, как самому чистому, сейчас придется идти в магазин. В такой одежде нас в лучшем случае за мясников примут. Шаман и вовсе весь в крови.

– Да и сумки надо взять с каким-нибудь барахлом.

– Хорошо, – кивнул чеченец.

Спустя некоторое время, загнав микроавтобус на задний, заваленный разного рода коробками и ящиками двор огромного супермаркета, они в течение получаса приводили свой внешний вид в порядок, а затем, закрыв машину, направились к шоссе ловить такси. До ближайшего рейса на Москву оставалось чуть меньше часа. Загранпаспорт Исы оказался в кармане у круглолицего. Теперь им ничто не мешало покинуть страну.

«Мерседес» с обозначенными на нем шашечками словно поджидал их у выхода из переулка.

– Может, слежка была? – неожиданно выдвинул предположение Дрон.

– Как уезжал Сарсур, я видел лично, – покачал головой Джин. – А возле гостиницы мы изучили каждый квадратный метр. Кроме микроавтобуса и машины араба, других подозрительных автомобилей не было.

Они все-таки решили воспользоваться «мерином».

Водителю было достаточно только сказать по-английски «аэропорт», и он тут же, кивнув, выехал на проезжую часть. Ему было лет пятьдесят. Большие натруженные руки, абсолютно лысая голова, кожа на которой была коричневой. Внешность вполне обыкновенная для трудяги, который всю жизнь провел за рулем.

На выезде из города машина замедлила ход. Здесь образовался затор. Грузовики, легковушки и даже мотоциклы едва тащились. Кондиционеры в салоне работали на полную мощность, и поэтому спецназовцев жара не особо беспокоила, но с затягиваемым снаружи воздухом в салон попадали выхлопные газы, отчего стали слезиться глаза.

Неожиданно к ним примешался какой-то специфический запах. Тут же стала ясна причина медленного движения. Впереди, в нескольких сотнях метров, стоял развернутый поперек дороги лимузин Сарсура. Небольшой автобус, в который он врезался, дымил. Левое колесо было полностью сгоревшим. Рядом стояла пожарная машина, чуть дальше – карета «Скорой помощи». Пожарные сматывали шланг. Один из них что-то объяснял полицейскому.