Античный Чароплёт. Том 4

Аллесий

— Всего десяток секунд прошел, — я засмеялся, — а ты меня уже раздел. Нехорошо так поступать магистру Гильдии.

— Эй! Сражайся серьезно! — Мешен явно слегка опешил от такого эффекта собственного заклинания. Сделав несколько шагов вперед, я махнул руками, вызывая кольцо уплотнившегося воздуха. Он отбросил от меня кислотный туман подобно хорошему пинку, разгоняющему стайку блудливых собак.

— Ладно, — я кивнул. На моем теле появилась туника, которую я перевязал поясом, возникшем в руках. Зрители-маги удивленно ахнули. Некоторые из них. И правда — без заклинаний, без пассов, вообще безо всякого даже самого крохотного дуновения маны — я призвал одежду. Не сотворил даже: ткани были настоящими. Лениво переминаясь с ноги на ногу, я бросил вперед Огненное копье.

Проблема

Мешена была в том, что бой затягивать у меня желания не было. Как и красоваться. Поэтому следом за копьем полетела гроздь алых капель, которые практически никто из присутствующих не узнал. Тем более — в таком исполнении. Надо признать, что творение великого Арзы было моими любимыми чарами, отчего я наловчился их применять столь разнообразно… Оригинальный Дождь Разочарования — это равномерный плотный поток капель энтропии, который сносит за пару мгновений или чуть больше практически любой набор защит. Словно луковицу чистит. Я же мало того, что мог кидаться этим заклинанием в виде горстей, веером или ещё как, но даже довел его до такого извращенского вида как Облако Отчаяния. Но боюсь, пока что ещё рановато показывать такие козыри. Меня всей Гильдией попробуют прихлопнуть… Может быть.

Всевозможные формы магической энтропии я собирал в книгу по стабильности чар. В виртуальную книгу в отдельный структурированный раздел, позволявший за счет особенностей виртуального хранилища знаний легко себя редактировать. Развитие способности виртуальной книги было на таком уровне, что я смог сотворить заклинание для самого себя. Оно могло всего лишь выжигать видную только мне структуру текста на поверхность. Но… Я мог легко теперь работать с информацией и переносить её на физические носители. Это очень ценно в плане взаимодействия моего личного хранилища чар с физическим миром. И именно этот “шедевр”, книгу стабильности чар, собираемуй в особом разделе, я собирался предъявить Гильдии на соискание звания магистра. Почему именно такое? Потому что это был более чем серьезный труд. Можно сказать — фантастический. Про стабильность чар; методы противодействия разрушению, анализа потоков маны, её трансформаций; исследования капель разочарования, их видов и особенностей, ведь я мог в больших пределах менять их свойства. Наконец, сами заклинания: Дождь Разочарования, модифицированный мной, Облако Отчаяния, Хлыст Горечи и проектируемый мной в данный момент Ливень Досады. Последнее — массовая дрянь, которую я пока не доработал. И применить было негде и сложно, ведь объем энергии для него требовался запредельный. Это “замечательное” заклинание, исходя из названия, должно было на большой местности вызвать дождь из капель разочарования, более того, через время над поверхностью образовывалось бы марево, имеющее свойства Облака Отчаяния. Армии нежити, допеллей, дальнобойные заклинания и магические щиты, стационарные защиты, артефакты, портальные полотна… Наслав такие чары на страну, можно было попросту лишить её магии, разрушив буквально все магическое, что в ней было. Кроме магов, конечно. Хлыст Горечи же — замечательные чары, которые позволяли трансформировать материю энтропии в форму хлыста. Держалась форма, правда, недолго. Чем больше проходило времени, тем больше воли требовалось, чтобы контролировать эту штуковину. Минута-две, я думаю, предел практически любого. Большинство же магов едва ли смогут нанести хотя бы пару ударов. Но зато и защиты от этой жути попросту не было. Обладая всеми поражающими и режущими свойствами водяного хлыста, эта дрянь вполне могла бы убить неготового к такому противника, окутайся он практически любыми щитами. Кроме кокона абсолютной защиты и ещё некоторых специфичных вариантов. Ну и физических щитов вроде земляного вала или ледяной скорлупы, если только они будут материальными, а не сотворенными.

Почему я передавал такое Гильдии? А почему нет? Во-первых, это гарантированный путь стать магистром. Тем более, что вскоре я собирался продемонстрировать эффективность всех этих чар. Прямо сейчас против Руж-аха и вообще — на ближайших дуэлях я не собирался применять их. В Гильдии меня помнят как телепортера, знающего телесный С’мшит, а значит — быстрого, умеющего ставить щиты… Пусть так и остается. Пока. Во-вторых же, я уверен, этот мой томик попросту похоронят в архивах. Когда архимаги и магистры поймут, что за кучу испражнений я вывалил на страницы книги, а писать я хочу именно книгу, а не свиток… Ооо! Они точно не пустят такое в массы. Может быть —

выучат сами. Может быть, будут передавать знание о том, что такая гадость существует, ученикам и потомкам, но мастерам это точно доступно не будет. А династии типа магистр-магистр-магистр на самом деле не так уж и часты. Многие имеют поколение-два подряд мастеров, а не магистров. Или вообще появляется бездарность, которая не прыгает выше подмастерья. Так что широкого распространения мой труд точно не получит, что мне и нужно.

Бой между тем продолжался. С хлопком и небольшим взрывом снежинок, потоком холодного воздуха, буквально выбросившим из ниоткуда на пространство вокруг мага множество мелких капель, с Мешена слетели, схлопнувшись, все щиты. Я покачал головой. Мужчина носил две Личных Защиты. Будь их три, его бы могло и оглушить. А так — только ошеломлен и порезы от льда получил. Ледяной Доспех от набросил сразу после Огненного Копья, чтобы отразить его. Ну… бывает. Я, сложив знак “быстро”, уже несся вперед. Главная проблема Мешена была не в том, что он не успевал отреагировать, главная проблема в том, что позади него вперед несся уже другой я. И ауры везде были настоящими. Он успел лишь пару раз повертеть головой, пытаясь понять, от кого защищаться. И в конце концов отпрыгнул назад, в развороте активируя чары металлического меча. Тонкое лезвие, вибрирующее и режущее с легкостью даже камень, вошло в живот, насаживая мое тело до упора на себя. До крепко держащей воплощенную чарами сталь руки.

— Сюрприз, — на боль было почти плевать. Перед развеиванием зеркальный двойник попросту взорвался. Маг ещё пытался что-то предпринять, летя спиной вперед. Он даже смог набросить на себя личную защиту, принявшую взрыв на себя. И укутаться новым Ледяным Доспехом тоже успел, но сошедшая с рук волна Звукового Резонанса буквально раскрошила землю передо мной. Несчастный молодой магистр вынужден был принять всю мощь заклинания на себя, упав сломанной куклой в ледяное крошево слетевшего с него доспеха.

— Победителем признаю Тиглата! — Звучный голос Шамшудина перекрыл гомон толпы. Кто-то из целителей уже спешил к телу. Но я и сам, подойдя, бросил чары Малого Исцеления. Мешен’Руж-Ах зашевелился и, сориентировавшись, тоже использовал целительные чары.

— Тиглат, ты его победил! Наверное, это грустно, когда магистра так отделывает мастер? — Чернокожий телекинетик, подходя, буквально лучился счастьем.

— Я выполню наш уговор, — Руж-Ах раздраженно покосился на Шамшудина и, не говоря больше ни слова, пошел прочь. Кажется, кушит только что испортил мне всякие отношения с этим магом. Но не беда. Главное, чего я хотел, уже было получено. А отношений мне ещё портить — не испортить. Я собирался раздавать долги. Много долгов.

— Хороший бой вышел. Эти старики, — кушит кивнул на некоторых магов позади, — будут говорить, что все это неправильно и что так не сражаются… Но что на дуэли, что в бою либо ты, либо тебя. И нашего “друга” Мешена отделал именно ты, — он улыбался во все тридцать два белых зуба.

— Я тоже так думаю. Выпьешь со мной вина? Пива?

— Я строю большой зиккурат Шамашу в разливе Евфрата, где берёт свое начало Аратху. Илькум платят все, — кушит покрутил рукой в воздухе. — И должен скоро прибыть на стройку. Летать удобно. Эн попросил меня отнести его просьбу в Гильдию, а я всегда рад прогуляться по улочкам Вавилона.

— Жаль… — Я огорчился. — Знаешь, ненавижу куклусов, но с тех пор, как они разрушили Вавилон, здесь стало куда больше высоких зданий и тени. Что не может не радовать.

— Это правда! Ладно, не сожрет же эту стройку Хумбаба! Пропустим пару кувшинов пива! Лучшее пиво Вавилона, я уверен, не уступит божественной амброзии! Говорят: кто имеет друга — тот сам чей-то друг.

— Это дело! Я угощаю, — так два мага отправились в ближайший питейный дом обсуждать последние новости и сплетни.

— …Да, Мешен рассказывал, что Галивия стала архимагом. Я удивился сразу: она ведь была библиотекарем…

— Видящая, — Шамшудин пожал плечами, словно бы это все объясняло. Ну хотя да — объясняло. — Кстати, ты помнишь нашего друга Креола?

— Креола? Конечно. А что?

— Не так давно мы с ним путешествовали в Куш. Ты никогда не поверишь, что он сумел совершить.

— Ну?

— Много ли, дорогой друг Тиглат, ты знаешь магистров, сумевших применить Длань Шамаша? — Заговорчески заговорил кушит. Я аж подавился пивом, которое в тот момент медленно цедил.