Античный Чароплёт. Том 4
Шрифт:
— Разговаривай уважительней. Я больше не буду делать предупреждений, — машу рукой. Даже ругаться не хотелось. С кем? С пигалицей? Я и за этот-то жест уже чувствовал стыд перед самим собой. Додуматься же надо — ребенка охаживать магией. Нет, будь это моя ученица или кто-то официальный в Шумере, в Бхопаларе — еще да. Но здесь? Ставить на место кого?.. Вот эту вот соплюшку?.. Вон — уже смотрит испуганными глазами. Хлопает ресницами.
— Как… Как ты это сделал…
— За пределами общины, в которой ты живешь, есть множество видов и школ магии… Тайных практик. Я прекрасно владею множеством из них. Ваше учение просто одно из многих. И интересно мне. Поэтому я здесь. Вот и все. И если тебе нечем мне помочь, то отстань от меня. Я занят, — я отвернулся обратно к воде. Вокруг разлилась блаженная тишина. Вскоре послышался звук набирающейся
— Я… Могу посоветовать что-то… — на мой взгляд вполоборота Ливратмали замялась. Потом довольно решительно продолжила говорить: — Я могу поотвечать на вопросы… Если у тебя есть. А ты поотвечаешь на мои, — быстро добавила она на мою поднятую бровь.
— Какие, например?
— Что за другие школы, какие там практики, что…
— На какие вопросы ТЫ мне можешь ответить? — хо! От былой уверенности в своей правоте и следа не осталось. Ливратмали была таким типом людей, которые… Всегда правильные. Делают по правилам, гордятся этим. Не нарушают писанных и неписанных законов, следуют указаниям и получают от этого несказанное удовольствие. Почему она начала со мной этот разговор? Да я почти уверен, что просто раздражаю её! Не вписываюсь в картину мира, где талантливые должны учиться, а все остальные должны заниматься чем-то другим. И она даже вполне искренне, кажется, хотела меня в этом убедить. Наивно…
— Ну… На какие-нибудь… Что-то подсказать могу… — я покачал головой. Гальди достаточно трепетно относится к своим потомкам. В отличие от Абтармахана, у него есть что-то около десятка внуков. За эту небольшую выволочку он мне ничего и не скажет — у всех есть границы, которые не надо переступать. Но все же конкретно эту девчонку дед разбаловал. Надо было пороть. Хотя бы иногда. Хотя ладно… Честно говоря, социальная изоляция даже меня иногда утомляет. А она может мне действительно что-то рассказать. Те, кто только осваивают новое, чувствуют нюансы острее. Не всегда понимают, что делают, но всегда могут сказать и объяснить как-то так необычно, с каким-то таким нестандартным подходом со стороны, с которым не всегда попробует подойти профессионал, уже давно интуитивно выполняющий многие действия. И пусть учиться у ученика не стоит, но послушать его точку зрения на процесс иногда бывает интересно.
— Ладно… Хочешь, чтобы я рассказал тебе о мире? О чем конкретно? О Магии Слова моей родины — Империи Шумер? О ритуалах Троянского Круга магов? О мертвецах, восстающих из могилы? О демонах, живущих за гранью нашей реальности? О мудрецах Храма Тысячи Бхопаларского царства или о мудрых, но поверженных родах чародеев Индрахутары? Хочешь послушать об общине йогов западных ворот Царства? Так называют город Хараппу. Или, может, тебе интересны жрецы богов, которым поклоняются в землях змей и песка — великом государстве Те-Кемет, раскинувшимся по берегам могучего Нила?..
— Обо всем!.. Я хочу послушать обо всем этом! — глаза Ливратмали зажигались все больше и больше по мере моих слов. Она отставила в сторону кувшины и подошла ко мне, сев рядом на берегу. У девушки оказалась с собой пара лепешек в подшитой складке передника, а я не стал отказываться. Свежевыпеченный хлеб я умел ценить еще с детства.
Разговор нас тогда неожиданно увлек. Смыв легкий налет “гениальности”, девушка как будто сама стала свободнее, увлеченно рассказывая мне все, что я хотел узнать, и отвечая на мои вопросы максимально подробно и честно. Мои же повести о других странах и несколько демонстраций совсем иных школ волшебства буквально зажигали в ней настоящий огонь. В общине была относительная свобода, но только пока соблюдаешь строгую иерархию. И эта свобода была ровно до тех пор, пока ты находишься на земле общины. Покинуть местность было почти невозможно. Фактически, не находясь в системе достаточно высоко, покинуть общину человек мог только становясь изгнанником. Это если его сил вообще хватит уйти, потому что вздумай так сделать какой-то из младших учеников, его свои товарищи и остановят, собственно. Если же сил хватало — путь назад был открыт только тем, кто достигал большой силы, сравнимой с тем же Гальди. Таким просто нельзя было отказать, вздумай они вернуться. Так что уход — это шаг в неизвестность и крушение всего старого мира для большинства членов общины.
Замкнутость и изолированность кажутся в таком случае логичным укладом вещей. Но, говоря объективно,
Кто в иерархии старший — другой вопрос. Ключевых фактора было три: кто кем родился — из какой семьи; кто чего достиг — личная сила и репутация; кто кого старше — возраст априори дает некий авторитет. Так что система выходила со стороны кажущейся сложной, но все местные её прекрасно понимали и с детства ориентировались в обычаях и взаимоотношениях друг с другом.
Собственно, во многом из-за такого положения дел я тоже не мог ни с кем сойтись. Я был чужак. И точка на этом.
Когда мы с Ливратмали проговорили три с лишним часа, к берегам ручья явились несколько учеников, посланных на поиски. Девушка их прогнала. Следующим утром это вылилось в неприглядную сцену, когда сразу восемь человек попробовали меня избить. Первый раз такое происходило в этом месте… И в последний. Защищаясь, я спокойно ломал руки и ноги, калечил. Потом сам же и исцелил всех. Явившийся прояснить ситуацию Гальди провел воспитательную беседу с оболтусами. Смотрели на меня после этого волком, но руками-ногами больше не трогали. Лысый йог даже ухом не повел, узнав, что его внучка со мной тесно общается. Возможно, считал это для нее полезным. Инцидент имел неожиданные последствия. Наставники хотя бы прекратили смотреть на меня как на пустое место. Всем стало понятно, что не просто так моя персона тут находится, что я все же что-то могу.
Объяснения Ливратмали тоже дали кое-какие плоды. Дело в том, что все подходы, которыми я владел, были очень похожи, но при этом отличались в каких-то нюансах друг от друга, преследуя совсем разные цели практики в своей сути. Для примера… Йоги общины практиковали две основных техники — внутреннюю и внешнюю медитацию. Обе они в сущности своей, как мне казалось в начале, требовали управления и контроля маны. Внутренняя — внутри тела, внешняя — снаружи. В первом приближении оно так и было. Но только в первом. Дело в том, что шумерская традиция волшебства куда лучше в какой-то мере владела именно управлением внешними потоками маны. Наши техники медитации для поглощения маны из окружающей среды в целом были совершеннее йогических практик общинников, наши заклинания, которые мы выпускали во вне, требовали, опять же, более совершенного контроля маны.
Первоначально я высокомерно думал, что просто учусь отсталому магическому искусству, не забывая впрочем, что Энки говорил о йоге совсем иное. Но что было у меня перед глазами? Мне монотонно и муторно люди, не умеющие даже нормально ауры в большинстве своем видеть, показывали, как распылить вокруг облако своей маны, смешать ее с окружающими потоками сырого эфира и чувствовать их сознанием. Зачем? Какого маскима они это делают?.. Дальше как-то специфически развивают сенсорные ощущения в области пары метров? Очень затратно и не особо чувствительно. Или это для лучшего поглощения маны из окружающего мира? Сырой эфир, смешанный с собственной энергией, поглощался, конечно, полегче, но это все равно довольно бесполезное в плане КПД занятие. Управление этим облачком?.. Непонятно, опять же, зачем. Но в плане контроля потоков энергии я имел совсем иной опыт. Классическое упражнение боевых магов Шумера на эту тему могло дать миллион шагов форы вперед местному убожеству. Создаешь световой меч, отделяешь от ладони. Манопотери возрастают кубически при отдалении заклинания от тела. Учишься контролировать поток и сокращать потери. В дуэлях на световых мечах опытные маги могли с легкостью отделять оружие от рук… эпизодически. И управлять им на расстоянии до нескольких метров. Там такой контроль потока энергии, что местным подобная четкость и сложность и близко не снилась.