Антагонист
Шрифт:
Наверное, это оказало на меня куда большее влияние, чем хотелось бы. Ведь и попав в новый мир, я быстро пришёл к чему-то подобному. Радость от перерождения и восхищение магией быстро прошли, оставив после себя только горькое послевкусие. Зато, мне ещё в детстве стало понятно, что люди здесь практически такие же, как и в прошлом мире. А значит, и делают они всё то же самое… В этом плане, имперцы мало отличались от привычных мне землян, разве что оказались более жёсткие и жестокие, но и менее лицемерные, при этом всём.
Когда моя новая родина отправлялась на захват чужих территорий, никто даже не пытался прикрываться высокими моральными принципами. Не рассказывали про жутких
Так что, попав в новый мир, я очень быстро вернулся к своему старому состоянию. Состоянию созерцательного равнодушия. И хоть иногда строил какие-то планы на будущее, но не пытался делать ничего особого. Ведь я всегда знал, что что-то изменить, банально, невозможно. Я просто проводил разные расчёты на уровне подсознания и понимал — вероятность успеха слишком мала…
А потом появился Зиг. Не просто «главный герой», а живое воплощение моей неправоты. Раз за разом он творил невозможное, то, что, как я считал, бывает только в глупых книжках. То, что просто нереально встретить в настоящей жизни. Он злил меня, раздражал, изредка даже приводил в ярость. Потому что сам факт его существования, означал, что я всегда ошибался. Что я выбрал неправильный путь. Что можно пытаться жить полной жизнью и не оказаться раздавленным суровой реальностью. Неправильный путь не только в это жизни, но и в прошлой… Я словно каждый день слышал где-то на заднем фоне тихий шёпот: «Ты мог всё изменить, но даже не стал пытаться!».
Наверное, именно поэтому я зашевелился в первый момент. Не потому что, хотел занять его место, а потому что хотел доказать самому себе, что всегда был прав. Что не может в настоящей жизни быть «главных героев», и никакая «сюжетная броня» не спасает от окружающего тебя мира. От его жестоких и суровых законов, которые перемалывают в своих жерновах сотни тысяч людей каждый день.
Но правильно ли это? Этого ли я на самом деле хочу? Продолжать злиться и упиваться беспомощностью, как своей, так и окружающих? А в случае успеха, если докажу себе что всегда был прав, снова закрыться в скорлупу и отгородиться от мира? Определённо нет!
Как там сказал отец? «Ты ведь никогда не хотел денег и власти». Да чёрта с два! Ещё как хотел, просто знал, что это почти невозможно. Нельзя просто биться головой об стену и надеяться на чудо. Вероятность слишком мала! Я всегда понимал, что когда пробуешь, почти гарантированно проигрываешь. Что нельзя влезть в уже существующий рынок и быстро разбогатеть. Что устоявшуюся систему власти почти нереально разрушить, если она держится на жестокости и праве сильного. Даже говоря самому себе, что каждая неудача может принести полезный опыт, я никогда не мог поверить в чудо. И именно поэтому так злился от вида Зига, который постоянно совершал для себя «чудеса».
Но так не может продолжаться вечно. Пора признаться хотя бы самому себе. Сам тот факт, что я оказался в этом мире, уже невозможен. Вероятность ноль целых, хрен десятых, так сказать. И всё же, вот он я, сижу здесь. Да даже моя четвёртая сферы была получена только потому, что я смог совершить то, что считал
А мои отношения с Ником и Сандрой? Да ведь я наконец-то смог поверить, что с ними и правда можно подружиться. Не последнюю роль, конечно, сыграла открытость и искренность этих двоих, ведь брат с сестрой тоже смогли мне довериться. Они выгодно отличались от привычных имперцев, зачастую довольно расчётливых и жестоких.
Так что, пора, наконец, принять и свою новую почти невозможную жизнь и свои простые, но вполне понятные желания. Я вновь посмотрел на предка и произнёс:
— Ты не прав. Я хочу многого. Хочу денег и власти. Хочу быть сильным. Хочу, чтобы другие смотрели на меня с восхищением. Хочу иметь возможность менять мир и делать его лучше, добрее и безопаснее. Хочу быть заметным, а не просто спокойно жить. Я знаю, что тебе такое не нравится. Понимаю, что ты боишься повторения истории многолетней давности, но нельзя всегда трястись от страха. И, боюсь, то, что я скажу дальше, тебе тоже сильно не понравится. Я принял решение, и в этом году собираюсь участвовать в военных играх. Пора доказать всем и самому себе, что я не просто приложение к своему отцу. Я являюсь полноценной и самостоятельной личностью. В том числе, в плане собственной силы!
Глава 10
Отец и правда был категорически… не в восторге от моей идеи. Он долго и нудно пытался доказать что мы и так прекрасно живём и всё хорошо, а лезть в первый ряд совсем не надо, ведь тогда сразу привлечём лишнее внимание и нахватаем новых проблем. И это ведь я ему ещё не рассказал про свои мысли по поводу расширения нашей фирмы, там вообще было бы неизвестно что. Одним словом разговор закончился ничем.
Правда, мало было сказать, что я чего-то хочу, надо было ещё и как-то этого добиться. То, что предок не будет использовать свои возможности, чтобы меня продвинуть, сомнения не вызывало. Да я и сам хотел пойти другим путём, доказав всем окружающим и самому себе, что уже что-то из себя представляю. Ведь раньше даже не задумывался о том, про что упомянула Катерина. Я уже сейчас сильнее значительной части имперцев, да и всех людей в мире, если говорить начистоту. И это при всех моих жалобах на то, что медленно продвигаюсь в развитие.
Одним словом, теперь у меня была более конкретная и близкая цель, так что я снова налёг на тренировки. Кажется, в последнее время только тем и занимаюсь, что постоянно на них налегаю…
Увы, прямо сейчас ни мой уровень контроля, ни запас энергии, ни зона воздействия совершенно не дотягивали до уровня участников игр. И это требовалось исправить в самые кратчайшие сроки. Если увеличение моего запаса или расширение зоны оставалось проблематичным, поскольку я всё ещё с трудом мог «толкать гору», то вот повышать контроль было намного проще.
Вспоминался один интересный момент из прошлого мира. Среднестатистический человек может сосредоточиться в своей голове только на трёх объекта одновременно, можно было немного схитрить и использовать сложные многосоставные структуры, но тоже всего три. Крайне малый процент живущих мог удержать в своём сознании пять вещей, и это сильно расширяло их возможности.
Собственно, для начала, я решил стремиться к увеличению именно этой цифры — количества вещей, которые я могу одновременно держать в своей голове. Пока что моим максимумом была четвёрка. Зато, параллельно смог довести до ума защиту, научившись делать её настолько динамической, что она стала значительно крепче за счёт множества слоёв и, в кои-то веки, не мешала двигаться. В общем, прогресс был и меня это радовало.