Аннамания

Каасс Кристина Александровна

Я позвонил Паше, попросил его приехать ко мне и купить таблеток. Название скинул ему сообщением.

Я открыл ему дверь. Он уставился на меня, а я забрал у него пакет. Съел сразу десять таблеток.

Паша молча наблюдает. Антон собирался снять ему внушение. Интересно, он это сделал?

– Влад, ты тоже вампир?

Да, сделал. Ну и хорошо.

– Да. Уже несколько часов.

– Видел свои глаза?

– А что с ними? – я подхожу к зеркалу. Как будто у меня цветные линзы стоят. Мои глаза были голубыми,

теперь они ярко-синие. Мне нравится.

– Как ты это сделал?

Я рассказал Паше, как все было. И про Аню с Антоном.

– Что собираешься делать?

– Сниму с Ани внушение.

– А если его нет?

– В каком смысле?

– Ну если Антон не делал ей внушение. Что, если она с ним по собственному желанию?

– Эй, ты вообще на чьей стороне?

– На твоей. Ты, кстати, сделаешь меня вампиром?

Ну конечно, нужно было это предвидеть. Паше нельзя становиться вампиром.

– Только не сейчас.

– Блин, вам что, жалко, что ли?

– Ты Антона тоже просил?

– Да. Он ответил примерно то же, что и ты. Вы с ним очень похожи.

– Ни хрена.

Антон.

Я сижу на кровати, облокотившись на подушку. Аня у меня на груди. Я обнимаю ее, а она прижимается ко мне. Мы смотрим «Ведьмака». Я читал книгу, Аня – нет, поэтому стараюсь воздерживаться от комментариев.

Аня смеется над какой-то шуткой. Я смотрел на родинки на ее ключице, поэтому прослушал.

– Мне кажется, что я до сих пор в коме. – говорю я.

– В смысле? – Аня приподнимается и смотрит мне в глаза.

– То, что происходит – игра моего мозга. На самом деле я лежу в больнице. Ни каких вампиров не существует, и ты не со мной. Если я очнусь, ты будешь замужем за Владом или за своим бывшим…

– Нет. Только не в этой вселенной. – Аня перекидывает через меня ногу и садится сверху. Она в одном белье. Она целует меня, и я ложу ладони на ее попу.

– Ты хочешь меня укусить? – спрашивает она, перекинув волосы на одну сторону.

– Да, но я же говорил, что не буду этого делать. У меня есть таблетки. Тебе нечего бояться. – говорю я.

– Я не боюсь. Я хочу этого. – она улыбается и слегка двигает бедрами. Мне снятся вещие сны.

– Я не хочу, чтобы тебе было больно.

– А ты, как врачи, скажу, что больно не будет. Просто комарик укусит. – она нежно гладит мою кожу своими тонкими пальчиками. Разве я могу ей отказать? Я уже чувствую, как мои клыки удлиняются. Беру ее за талию, ложу на кровать.

– Ты уверенна? – ну вот. Она увидела клыки. Ее глаза расширились.

– Да.

Она тянет руки к моим плечам, приглашая в объятья. Я поддаюсь. Мой слух обостряется, я слышу биение ее сердца.

Она смотрит на меня такими доверчивыми глазами.

– Аня, тебе не будет больно, когда я укушу тебя.

Она заправляет волосы на одну сторону

и закрывает глаза.

Я наклоняюсь к ее шее, она обвивает меня руками. Мои клыки прорезают кожу и вену под ней. Кровь слабыми толчками вытекает из раны. Я прижимаюсь губами, не проронив ни капли.

У человека слишком узкий спектр чувств и слишком маленький запас подходящих слов, чтобы можно было описать, что я чувствую, когда пью ее кровь. Как я теперь смогу пить таблетки? Даже кровь брата не идет ни в какое сравнение. В ее крови я чувствую вкус желания, любви, жизни.

Аня кладет руку мне на затылок. Наверное, уже пора остановиться. Я слизываю кровь с ее кожи, быстро прокусываю себе запястье и прикладываю ей к губам. Снова провожу языком по шее. Кровь уже не течет. Аня отпускает мою руку. Я целую ее прежде, чем она успевает облизать губы.

Я точно вижу вещие сны. Ее кровь на моих губах, и моя на ее смешивается. Сейчас я готов поверить в миф о половинках. Она – для меня, а я – для нее. Этот смешанный вкус наших жизней – лучшее тому подтверждение.

Когда я отдаляюсь от ее губ, мои клыки уже почти спрятались.

Аня трогает свою шею. Раны на ней нет и даже крови не осталось.

– Вот видишь, все хорошо, а ты боялся. Тебе понравилось? – спрашивает она.

– Это почти так же приятно, как трахать тебя. – улыбаюсь я.

Она смеется. Я целую ее в щеку, спускаюсь ниже, стягиваю с нее голубые прозрачные полоски, которые называют трусами, развожу ее ноги в стороны и целую там, пока она не кончает, сжимая меня ногами и выгибаясь.

Она засыпает в моих объятьях, а я, зарывшись носом в ее волосы.

Влад.

Мне нужно с ней встретиться. Только как? Она ведь не захочет.

Со мной не захочет, а вот с подругой точно не откажется.

Я подъехал к дому Рины, остановил машину под балконом (ее квартира на втором этаже), посигналил. Конечно, можно было написать ей, но мне не нужно, чтобы она успела поделиться новостью с Аней.

Рина высунулась в окно. Я помахал ей рукой, и она вышла на балкон. Крикнул, что мне нужно с ней поговорить. Она спустилась и села ко мне в машину.

– Привет.

– Привет.

– У тебя телефон с собой? – спрашиваю я.

– Нет, а зачем?

Она смотрит мне в глаза.

– Ты что, в линзах?

Я сосредотачиваюсь и делаю ей внушение.

– Позвони Ане и договорись с ней встретиться. Не говори, что я попросил. Скажи, что тебе нужно поделиться с ней какой-нибудь бабской новостью, которую непременно нужно обсудить лично. И чем быстрее, тем лучше. Скажешь, что встречаетесь у тебя. Позвонишь мне, когда узнаешь, во сколько она будет здесь. И глаза у меня нормальные. Такие, как всегда. И все остальное нормально. Просто она не хочет меня видеть, а ты поможешь мне с ней встретиться.