Аннамания
Шрифт:
Мы дошли до водопада, которым заканчивается река, спустились вниз по склону. Чтобы переправиться на другую сторону ручья, нужно идти по камням, проложенным в воде. Они покрыты скользкой тиной. Можно, конечно, пойти другим путем, но придется делать большой крюк.
– Давай руку. Ты можешь упасть. – говорю я.
– Я сама. Я сто раз ходила здесь в детстве.
– Хорошо. – какая же она упрямая.
Я иду первый, она на расстоянии двух шагов от меня. Уже собираясь ступить на берег, слышу всплеск воды и меня окатывает дождем брызг.
– Ты в порядке? – спрашиваю я, изо всех сил стараясь не засмеяться.
– Да. – отвечает она, спотыкаясь на каждом шагу. Я подаю ей руку с берега и тяну на себя, сжимая ее мокрую ладонь.
На берегу Аня выпрямляется и закидывает намокшие концы волос за спину. Ее футболка стала прозрачной от воды и прилипла к телу. Я смотрю на ее грудь. Она замечает это, и я отворачиваюсь на сто восемьдесят градусов. Я стягиваю свою футболку и подаю ей, не оборачиваясь. Чувствую, как у меня встает. Каждый раз, когда я остаюсь с ней наедине, случается что-то подобное. Может она специально это делает? Нет, вряд ли.
– Надень мою футболку. Она должна подойти по длине. – говорю я и думаю о том, что Аня сейчас разденется до гола прямо у меня за спиной. Черт! Нужно подумать о чем-то другом, иначе она заметит мой стояк. Я перемножаю в уме трехзначные числа. Слышу, как она расстегивает молнию на своих шортах, забываю числа.
– Ты поранилась? – спрашиваю я, не поворачиваясь. Отлично. Таблеток у меня с собой нет. Теперь нужно контролировать еще одно желание, связанное с ней.
– Да, наверное, порезалась о камень в воде. Ты можешь повернуться. – говорит она.
Я поворачиваюсь, вижу маленький порез у нее под коленкой, а она видит то, с чем не справилась математика. Она опускает глаза и ее щеки краснеют. Я хочу ее еще больше. Нужно что-то сделать с ее раной.
– Мне придется испортить твое новое платье. – говорю я, сжимаю одной рукой ее плечо, а второй резко дергаю рукав. Ткань отрывается прямо по шву.
– Зачем? Это всего лишь царапина. – говорит Анна.
– Чтобы пыль не попала. – отвечаю я и сажусь перед ней на колени. Разрываю рукав в полоску и смотрю не рану. Несколько секунд ничего не могу сделать. Мои руки с повязкой застыли в воздухе. Я чувствую, что клыки удлиняются.
– Ты боишься крови? – спрашивает Аня. Она наклоняется и проводит тыльной стороной ладони по ране, стирая кровь. Несколько капель воды с ее волос падают мне на плечи. Я прихожу в себя.
– Нет. Просто думал, как лучше перевязать. – отвечаю я и быстро прячу порез за повязкой, пока очередная капля крови не испытала на себе силу земной гравитации.
Так уже лучше. Но мне все равно нужны таблетки.
Аня возвращается к воде и смывает кровь с ладони.
– Зайдем ко мне. Здесь недалеко. Тебе нужно высушить вещи. – говорю я, пока она не повернулась в мою сторону. Клыки ей точно видеть нельзя.
– Да, в таком виде я домой не пойду.
По дороге
Мы зашли в дом, я проводил Аню на второй этаж в уже знакомую ей спальню. Открыл дверь на балкон и показал сушилку, где она может развесить свои вещи. Я достал из шкафа чистую белую футболку и подал ей, чтобы она надела ее, после того, как примет душ.
– Я пока сделаю кофе. – говорю я и выхожу из комнаты. Сразу же бегу к холодильнику, достаю банку таблеток, высыпаю на ладонь четыре штуки, кидаю их в рот и запиваю водой. Через минуту мои клыки становятся нормальной длины.
Пока не было Анны, я сварил кофе, нашел перекись водорода, стерильные салфетки и пластырь, поставил все это на журнальный столик перед диваном, сел ждать.
Аня появилась на лестнице. Она шагала осторожно, потому что эта футболка была немного короче той, у которой я оторвал рукав.
– Садись сюда. – я встаю с дивана и показываю ей на выступающую часть дивана. Она медленно садится на край, сжимая ноги и натянув пониже футболку. Ее щеки снова горят красным. Она поднимает на меня глаза. От этого взгляда чувствую электрический импульс, который прошибает меня сверху-вниз. Я опускаюсь на пол перед ней. Повязку с ноги она уже сняла. Я капаю перекисью на рану и вытираю салфеткой стекающие вниз розовые капли.
Ее дыхание учащается и сердце бьется очень быстро. Я беру пластырь, снимаю защитную пленку и прикладываю его к порезу, прижимая ладонью. В это мгновенье Аня пропускает вдох. Она тоже меня хочет. И на этот раз никаких наркотиков или алкоголя.
Моя ладонь не отрывается от ее ноги, поднимается выше. Я поднимаю глаза. Ее губы приоткрыты, а ресницы слегка опущены. Она отпускает футболку. Я веду ладонью по ее бедру, приподнимаясь с пола. Когда дохожу до края футболки, Аня закусывает нижнюю губу.
На этот раз я точно не смогу остановиться. Я толкаю ее на диван, впиваюсь в ее губы, слышу приглушенный стон, когда касаюсь ее языка. Она обнимает меня ногами. Мне кажется, что я могу кончить, просто целуя ее. Я нахожу руками ее руки, и мы переплетаемся пальцами.
Пошли все на хрен. Она – моя.
Моя правая рука освобождается от ее пальцев и скользит вниз по телу. Я поднимаю задравшуюся на ней футболку еще выше и стягиваю свои шорты. На мгновенье отрываюсь от ее губ. Ее глаза прямо напротив моих.
– Только не останавливайся. – нетерпеливо шепчет она.
– Я и не смогу.
Я растворяюсь в ее глазах и вхожу в нее. Аня выгибается мне навстречу, ее зрачки расширяются, и она громко стонет, заглушая мой стон. Я полностью заполняю ее, чувствуя каждым миллиметром члена. Мы смотрим друг другу в глаза, когда я двигаюсь внутри нее. Ощущения такие, как будто сливаются не только наши тела, но и наши души. Я немного ускоряю темп. Аня обнимает меня за спину. Я хочу сказать ей, как сильно люблю ее.