Аннабель. Терновые истории
Шрифт:
Злость и бессилие накрыли с головой и требовали назвать имя виновного, чтобы собрать доказательную базу, довести дело до суда, выиграть процесс и как следует…
— Дорогой, я заварю тебе свой успокаивающий чай, — пообещала тетушка, явно понимая мое настроение и перебивая нехорошие мысли. — И велю накрыть стол в гостиной. Там шикарный камин. Помнишь, как ты любил проводить время рядом с живым огнем в вашем старом поместье? Треск поленьев, уютное тепло…
Я помнил. Как и вечную занятость родителей. За то тетушка Василианна всегда была рядом: гуляла со
— Согласен на чай и камин, — сдался я, посмотрев на тетушку.
И беспокойство исчезло из ее голубых глаз.
5
Аннабель
Дом скрипел, напоминая стонущего от хронических болячек старика.
Проснувшись сегодня утром, я лежала в постели и долго слушала его «жалобы», с отчаянием признавая то, о чем столько говорили мне другие. Родовое гнездо Тёрнов умирает.
Я слышала дом, но не понимала, чем могу помочь.
Так вышло, что мама и отец погибли в аварии, и дар знающих проснулся в нас с сестрами. Сильнее всего он должен был проявиться в старшей — Ирэне, но она очень пострадала — сидела на заднем сидении магобиля, когда в родителей врезались. В итоге дар избрал следующей «главой» меня. Это было сложное время. Узнать в пятнадцать лет, что папы и мамы не стало — страшно. А уж понимание того, кто именно заменит их в Глубинках, совсем меня добило. Ведь старшие рода не могут покидать «гнездо» надолго, иначе оно умирало. Энергия дома подпитывала силу Тёрнов только если один из нас оставался с ним навсегда. Такова была цена силы.
И не только у знающих.
В наших местах было много родовитых семей с древней магией в крови. Видящие, артефакторы, звездочеты, кузнецы… Только гонения, устроенные на одаренных много лет назад, сильно проредили наши ряды. Молодежь стремилась в большие города, ближе к столице и хорошим заработкам. А многие старики, оставшиеся в Глубинках, доживали свой век, понимая — дар уйдет вместе с ними. Ведь дом умирает без хозяина.
В моем доме хозяйка была. Но…
Я не могла дать родовому гнезду надежды на хороший исход. Потому что больше не верила в любовь. И не верила мужчинам. Оуэн Сиал — мой жених — уехал из Глубинок год назад. Он — второй сын лучшего в городке одаренного артефактора — повез на продажу несколько важных заказов. И не вернулся.
Отписался через месяц.
Его письмо было очень коротким. «Прости меня, Аннабель. Я люблю тебя, но не хочу становиться частью твоего дома. Это слишком большая жертва. Если ты приедешь, то увидишь, какая здесь Жизнь! Дар — это еще не все, Аннабель. Я подарю тебе весь мир и обещаю сделать счастливой. Только выбери меня».
Он не хотел жертвовать своими интересами, но предлагал принести жертву мне. Отказаться
Сначала я очень на него злилась. Потом… рассматривала вариант действительно сбежать и много плакала. А следом дом начал стареть.
Буквально за пару месяцев краска на нем облупилась, полы стали невыносимо скрипеть, прохудились и загудели трубы, начала протекать крыша… И я осталась, запретив себе верить в любовь. Потом уехала Ирэна. Ее пригласила наша дальняя родственница по отцу. Сестре предложили поработать в качестве компаньонки. К тому моменту оставшиеся от родителей деньги были израсходованы на обучение Тианы — нашей младшенькой, как раз учившейся в лицее для благородных девиц…
После отъезда всегда позитивно настроенной Ирэны, мне показалось, будто и я сама постарела. Как наш дом. Будто мне больше не двадцать два года, а минимум сотня.
Я ходила, ела, пила, помогала людям и животным, но словно бы таяла. Угасала. Тетка Марианна — двоюродная сестра моей мамы, взявшая в свое время на себя заботу о нас с сестрами — несколько раз порывалась мне погадать. Но я запрещала. Заглядывать в будущее было страшно. Да и Оуэна я давно разлюбила, так что не понимала, о чем именно спрашивать у судьбы.
Но недавно все изменилось. Я проснулась с ощущением приближающегося счастья. Это был совершенно обычный день, но солнце казалось мне ярче, небо светлее, пение птиц красивее, а аромат цветов душистей… Тогда, к вечеру, мне привезли Варю. Баснословно дорогую козу — подарок от благодарной клиентки, излечившейся в Глубинках от болезни. Животное оказалось с отвратительным характером и сильным даром — влипать в неприятности. А еще она не давала молока. Совсем.
Тара — беременная супруга мясника, приходящая ко мне в качестве помощницы по дому — осмотрела Варю и вынесла новомодный диагноз. Стресс.
— Это скотина из-за переезда нервничает, — кивала женщина со знанием дела. — Надо ждать. Она уже взрослая и рожавшая. Так что помогут только время и забота. Или сразу можем того…
Тара провела большим пальцем по шее и подмигнула так, что мы с Варей попятились одновременно.
Пришлось заботиться и ждать. И, как ни странно, Варины приключения помогли мне самой. Волнение и ответственность за другое живое существо очень взбодрили.
Вот только дом продолжал скрипеть и разваливаться, не собираясь разделять мою радость от обретения козы. Вари ему явно было недостаточно.
— Анни! — Услышала я с первого этажа. — Ты проснулась? Спускайся. Я приготовила завтрак и жду свой отвар!
Улыбнувшись, я надела первое попавшееся платье и, быстро скрутив волосы на затылке, пошла встречать помощницу.
Тара — пухленькая, кругленькая и румяненькая — стояла у большого кухонного стола и уплетала кабачковые оладьи. Запах еды заставил меня поторопиться.
— Доброе утро, — улыбнулась я. — Сейчас будет отвар. Ты давно здесь?
— Часа два, — ответила Тара, погладив внушительный животик.