Анна

Александра Никитична Анненская… Это имя почти забыто, а между тем в конце XIX — начале XX века повести и рассказы Анненской пользовались широкой известностью у юного читателя. Но свидетельству современников, ее книги и переводы сыграли видную роль в умственном развитии русского общества и, как вспоминал В. Вересаев, ни один подросток из культурных семей «не рос в те годы без «Зимних вечеров». [1]

Александра Никитична Анненская (1840–1915), до замужества Ткачева, сестра известного участника народовольческого движения, публициста и критика Петра Никитича Ткачева, родилась в помещичьей семье. Детство ее прошло в деревне близ Великих Лук. Она рано лишилась отца и в одиннадцать лет вместе с матерью, младшей сестрой и братом переехала в Петербург. Там она окончила пансион и, зная хорошо французский и немецкий языки, сдала в шестнадцать лет в Петербургском университете экзамен на звание домашней учительницы. Началась ее самостоятельная жизнь: два года она работала в одной из народных воскресных школ, пыталась даже открыть свое учебное заведение, но не хватило денег.

В общественной жизни, в литературе, науке, искусстве наступала эпоха, которую современники наименовали «шестидесятыми годами». В эти годы все большую роль завоевывал возглавляемый Н. Некрасовым журнал «Современник». Огромной популярностью пользовались смелые блестящие статьи Н. Добролюбова, Д. Писарева. Шли страстные споры вокруг романов И. Тургенева, Н. Чернышевского. Замечательные открытия происходили в области математики, физики, медицины — достаточно назвать имена Н. Лобачевского, Н. Пирогова. Все они были сторонниками общественных преобразований, освобождения народа, свободы человеческой личности. В их представлении свобода личности — одно из условий благосостояния общества. Отсюда — их взгляды на образование и воспитание человека. Ратовали они за гармонию духовного и физического в человеке, за свободное развитие всех его склонностей. Но самым главным для них было воспитание в человеке добра, гуманности, патриотизма, любви к труду, честности, ответственности.

Все эти идеи находили самый живой отклик в деятельности молодой учительницы, все это западало в душу и оказывало влияние на ее дальнейшую литературную работу.

В начале 60-х годов произошли важные события и в личной судьбе Ани Ткачевой. Она поселилась в семье Анненских и стала домашней учительницей своих младших двоюродных братьев (их отец и ее мать были братом и сестрой). Один из ее учеников — Иннокентий Анненский стал впоследствии знаменитым поэтом и посвятил своей учительнице прекрасное стихотворение.

…Вы еще были Алиною…

Самые дружеские отношения сложились у Александры Никитичны со старшим братом, Николаем. Шумный, веселый юноша поразил свою кузину широтой и серьезностью интересов. Они много беседовали и гуляли вдвоем, и однажды Аня услышала, как отец Николая говорил матери: «Что за странная молодежь! Наш Николай целые часы гуляет наедине с молодой девушкой… и о чем они говорят: о воспитании детей, о каких-то книгах, а о любви ни слова!» [2] Смеясь, пересказала Аня этот разговор Николаю, пересказывала и удивлялась: как можно не понимать наслаждения умственной жизнью, отвлеченной мыслью…

Однако родители ошиблись: любовь постепенно проникла в души молодых людей и в 1866 году они поженились. В нескольких верстах от Петербурга нашелся старенький священник, который согласился их обвенчать, посмотрев сквозь пальцы на родственные отношения. Долгую совместную жизнь Анненские прожили в любви, согласии, уважении и бесконечной преданности друг другу, хотя

характерами были наделены прямо противоположными. Николай Федорович — неугомонный спорщик, «кипяток», славился неистощимым весельем, остроумием, общительностью. Замечательно образованный и одаренный человек, он был центром всех кружков, собраний и встреч.

Характерной чертой Александры Никитичны было спокойствие и выдержка. Уютная, небольшого роста, с круглым полным и добрым лицом и маленькими мягкими руками, она все делала тихо и неторопливо. Какой бы горячий спор ни поднимался, как бы ни «кипятился» Николай Федорович, она спокойно, тихо высказывала свое слово. За этим спокойствием, мягкостью, неторопливостью, скрывался, однако, характер твердый и мужественный: ни минуты не колеблясь, она следовала за мужем в ссылки, легко и терпеливо переносила тяготы и неудобства, выпадающие на долю жены арестанта или ссыльного. Именно она, как вспоминают современники, «очень просто и в то же время вполне уверенно развязывала узел, казавшийся неимоверно запутанным. Противоположная во многом мужу, она в то же время гармонично дополняла его». [3]

Сейчас с особенным интересом читаются записки А. Анненской «Из прошлых лет», ставшие свидетельством чуть ли не всей жизни ее и Николая Федоровича. Всюду на первом месте у нее Николай Федорович, о себе она почти ничего не пишет. И все же за каждым фактом, за каждым событием чувствуется, какая важная, а подчас и решающая роль в решениях мужа принадлежала ей. Когда казанский губернатор потребовал от Николая Федоровича подписки, что он не будет иметь никаких сношений с другими поднадзорными, эта акция настолько возмутила супругов, что, при поддержке Александры Никитичны, Николай Федорович ответил следующим образом:

«Если бы кто-нибудь потребовал от меня подписки, что я не буду разъезжать на белом слоне по Покровской улице, я ни за что не дал бы такой подписки, хотя, понятно, никогда не садился да и не сяду на слона, но все-таки подписку счел бы незаконным ограничением своих прав». [4] А когда в той же Казани Николаю Федоровичу неожиданно выпал шанс расстаться с судьбой поднадзорного и получить весьма выгодную должность — и все зависело от слова Александры Никитичны, — она поняла, что это дело не по сердцу мужу. Александра Никитична пренебрегла материальной выгодой, возможностью выбраться из нужды и надеждой совсем иначе растить ребенка. Какое удивление вызвал этот отказ у представителей казанского высшего общества и какую огромную радость у Николая Федоровича!

Но вернемся к тому времени, когда они только стали молодоженами. Жизнь у Анненских была скромной: да и что они могли — школьная учительница и корректор? Александра Никитична стала брать переводы с английского и французского. С 1869 по 1872 год была постоянной переводчицей при газете «Биржевые ведомости». Этот дополнительный заработок позволял посещать оперу, которую особенно любил Николай Федорович, а однажды они сумели даже отправиться в заграничное путешествие…

В конце 60-х — начале 70-х годов в кружках петербургской интеллигенции обсуждались различные общественные, литературные и политические вопросы; в частности, начиналось активное движение в пользу высшего женского образования. Этим делом особенно энергично занималась Александра Никитична: она принимала самое непосредственное участие в организации и деятельности Бестужевских курсов. Официальным учредителем этих курсов был профессор истории К. Бестужев-Рюмин (отсюда и курсы получили наименование Бестужевских). Они впервые давали возможность женщинам, получить высшее образование (сначала на словесном и физико-математическом факультетах, а потом и на юридическом). Окончившие Бестужевские курсы получали право преподавания в женских средних учебных заведениях. Почти все заседания по организации курсов проходили на квартире Анненских или в доме их друга, писателя Н. Михайловского.