Анна Фаер
Шрифт:
– Вообще другим.
– Как ты?
Мстислав почему-то сильно удивился, а потом радостно улыбнулся. Да, он тоже наверняка улыбается только тогда, когда ему хочется.
– Как я?
– Да,- растеряно произнесла я.
– А разве я другой?
– Конечно, вы вообще не похожи. Ты в десять раз интереснее этого зануды. Он ведь даже ничего рассказать о себе не мог.
Мстислав улыбнулся ещё ярче.
– Ты чего так радуешься? – спросила я.
– Просто всем всегда кажется, что я
– А на самом деле?
– Внешне только немного. А так мы разные.
– Это хорошо.
– Нет, это плохо. Я бы хотел быть, как он. Он ведь во всём лучше меня, везде первый.
– Он? Не может этого быть! Знаешь, ты как минимум истории рассказываешь интереснее. Да и должны быть у Макса свои недостатки и заморочки. Он же кофе литрами хлещет!
– Ну, да, заморочек у него хватает. Чего только стоят его глупые страхи!
– Страхи?
– Ага. Представь себе, он боится белых кроликов! Они не просто ему не нравятся, он их действительно боится,- Мстислав заулыбался.
– Однажды мы были в цирке, и там было что-то типо маленького зверинца. Вот там его за палец и укусил белый кролик. С тех самых пор он их и боится.
– Трусишка.
– И снова не угадала. На самом деле он иногда бывает даже очень храбрым.
– Разве? Я у него однажды седой волос нашла!
– Нет, он на самом деле иногда бывает очень храбрым. Вот эта история была не так уж и давно. Он ждал с Кирой папу на улице, когда тот был в магазине.
– О, это храбро,- перебила я.
– Нет, ты дослушай. Так там откуда-то появилась огромная собака. Я не знаю, бешеная ли она была, но она хотела броситься на Киру. Так Макс её загородил. Помню, как ему ещё кололи уколы целый месяц из-за этой собаки. У него до сих пор на руке шрам есть.
– А ему идут всякие шрамы.
– Ему просто везёт с этим. Вот из-за той собаки у него шрам в виде серпа остался.
– Как месяц? – тотчас оживилась я.
– Как месяц.
– О, это же так здорово!
– У него всегда всё как-то классно получается. У него даже есть родимое пятно в виде сердечка.
– Разве? Я что-то не видела.
– И никогда не увидишь. Хотя…
– Так, где оно? Я хочу посмотреть!
– Ну, тебе придётся очень постараться,- он загадочно улыбнулся.
– На заднице что ли?
– Именно!
Я расхохоталась, но на душе грустный осадок остался. Я очень хотела посмотреть на это родимое пятно.
Мы с Мстиславом замолчали. Он стал смотреть в окно. Там Кира бегала за Фаером, а потом Фаер бегал за Кирой. Им было весело, а нам почему-то нет. Я тогда ещё подумала, как же хорошо Кире. Маленьким детям очень хорошо живётся. В детстве мы живём, когда становимся подростками – боремся за жизнь, а став взрослыми, мы просто существуем.
–
– Грустно стало.
– Из-за чего? Всё ведь хорошо,- соврала я.
– Да, всё хорошо. Но раньше было лучше. Я скучаю по старым временам, скучаю по старому Максу, по Алексу, по маме и по старому дому.
Плохи дела, друзья. Очень плохи. Хуже внезапной меланхолии, может быть только внезапная ностальгия. А у Мстислава именно она.
– Дети вчерашнего дня, которыми были мы, не дают мне покоя,- сказал он, а я почувствовала, как он отдаляется от всего мира.
Мне захотелось его хоть как-то подбодрить.
– Слушай, чего ты закис? Ведь ничего сильно не изменилось с тех пор. Я всё-таки уверена, что Макс всегда был таким, какой он сейчас. Несколько хороших историй ничего не меняют.
Но на самом деле они ещё как всё меняют! Теперь, когда я узнала больше, Макс мне стал казаться чуточку лучше.
– Меняют,- в такт моим мыслям сказал Мстислав. – Макс раньше был совсем другим. Я знаю. Кому, как не мне, это знать? Всё началось, когда он поругался с Алексом…
– Каким ещё Алексом? – не поняла я.
– А он разве тебе не рассказывал?
– Нет, не говорил он не о каком Алексе.
– Это логично. Они сильно поругались, вот он и делает вид, что Алекса даже никогда и не знал.
– Так кто такой этот Алекс?
– Был когда-то лучшим другом Макса. Насколько я помню, только когда они дружили, Макс был по-настоящему счастлив. А потом… к чертям собачим всё потом покатилось. Я не знаю, что там у них произошло, но они друг друга просто возненавидели. Тогда Макс и начал меняться. Стал замкнутым, молчаливым. Стал таким, какой он сейчас.
Я не видела этого Алекса, я даже не знала о его существовании пять минут назад, но сейчас он стал мне врагом. Тех, кто хоть немного расстроил моих друзей, я сразу же вписываю в воображаемый список кровных врагов. Алекс пускай будет на первом месте.
– Так это всё из-за Алекса,- задумчиво сказала я.
– Не только из-за него.
– Кто ещё? Кого мне ещё записать в свои враги? Кто его ещё расстроил?
– Поменьше вопросов.
– Так, что ещё произошло?
– Смерть мамы на него тоже очень сильно повлияла.
– У него умерла мама?
– У нас.
Меня будто током ударило. Вас било когда-нибудь током? Если ударит по-настоящему сильно, то даже пошевелиться будет сложно. Так вот меня сейчас чем-то подобным ударило. Ну, скажите мне, как себя вести в подобных ситуациях. Почему никто не знает?
– Извини,- выдавила из себя я.
– Нет, ничего. Могла бы не извиняться, ты же не виновата.
– А давно это случилось?
– Шесть лет назад.
– Она, наверное, было очень хорошей…