Анна Фаер
Шрифт:
Наверное, только ещё через час я зевнула, и стала аккуратно выбираться из ванной. По мне стекала вода, а полотенца нигде не было.
– Спускайте воду. Я довольна, было весело,- а потом я зевнула и сказала устало: - Пойду, принесу вам полотенчико.
У себя в комнате я сняла промокшее бельё, укуталась в мягкое полотенце и села на край кровати. Что-то не так. Ну, конечно же, что-то не так! Я сегодня едва не умерла. А ещё я сегодня почти голая плескалась в ванне вместе с этими двумя. Конечно, что-то не так!
Облачившись в супер-уютную
– Когда положите своё бельё, то поставьте на сушку,- сказала я и вышла из ванной.
Через пару минут появились парни в одних только белых полотенцах, повязанных на поясе.
– Мы голышом спать будем? – спросил Дима.
– А почему бы и нет? Вас, чёрт возьми, уже ничего не должно смущать,- как-то странно улыбаясь, ответила я.
Скоро мы втроём уже снова были в гостиной. Я сидела на крае дивана и наблюдала за тем, как Дима усердно что-то объяснял Максу. Кажется, он доказывал, что не любить корочку на пицце просто невозможно, но в моей уставшей голове вращалась лишь одна мысль. Очень глупая навязчивая мысль.
У Макса на попе должно быть родимое пятно, помните? В виде сердечка. Я всегда в этом сомневалась, а сейчас на нём одно только полотенце, сам он стоит ко мне спиной, и это просто идеальный момент, чтобы проверить. Если я не сделаю это сейчас, то, возможно, у меня никогда больше не будет такого шанса.
Я тихо, совершенно бесшумно подошла к Максу со спины и с каменным лицом резко спустила с него полотенце. Ага! Это просто удивительно! Тёмное пятнышко в форме сердечка! Да, такое ровное сердечко даже нарисовать было бы сложно!
– Ты совсем спятила?
Я только хохотала.
– Я должна была проверить родимое пятно! – едва смогла объяснить я.
Единственное, о чём я не подумала, - это Дима. Он всё-таки, в отличие от меня, стоял спереди Макса, а не сзади. Да, о Диме, который сейчас стоял с широко открытыми глазами, я не подумала, этот момент я упустила. Надеюсь, у него не будет какой-нибудь психологической травмы.
Но, в любом случае, Дима выглядел очень шокированным.
– Макс тебя так впечатлил? – спросила я сквозь непрекращающийся смех.
– Ещё как впечатлил,- ответил Дима, а потом залился краской, когда понял, как же сильно это фраза, должно быть, прозвучала в моей ненормальной голове.
Я упала на диван, стала хохотать ещё сильнее и закрывать, покрасневшее лицо руками.
Чёрт возьми, как же всё-таки хорошо жить! Как хорошо попадать в неловкие ситуации! Как хорошо иметь родимые пятна и шрамы, оставленные дружескими зубами! Как хорошо, когда ты мог бы умереть, а ты жив! Как хорошо, когда шаг, который разделял жизнь от смерти, так и остался не сделанным!
Жить чертовски хорошо!
========== Часть 22 ==========
Я стояла у школы, нервно всматривалась в место, где улица резко
Правда, я ждала Алекса в одиночестве. Видите ли, Макс и Дима решили, что им обязательно нужно остаться на факультативе. Ну, знаете ли, мне этот предмет был нужен так же, как и им, но я ведь ушла! И ведь я почти смогла подбить Диму сбежать со мной, но Макс…
– Я здесь! – крикнула я, размахивая рукой, когда увидела вдали Алекса.
– А остальные? – спросил он, когда мы с ним сравнялись.
– Они потом подойдут! Ну, что? Ты опять куришь? Ты много куришь! Слишком много!
– А ты соскучилась,- он усмехнулся.
И это была правда, я ужасно по нему соскучилась. На какое-то время он пропал, а теперь так неожиданно появился, к тому же ещё с каким-то важным делом.
Мы медленно пошли по улочке, ведущий от школы к центру города. Алекс выпускал сигаретный дым в небо и уклончиво отвечал на мои расспросы. Мы шли очень медленно и лениво.
– Давай идти дворами! – предложила я.
– С чего бы вдруг?
– Я ведь сейчас должна быть на уроке.
– И? Я сейчас должен быть на лекции.
Я заулыбалась нелепо, а потом, сообразив, что нужно всё-таки настаивать на своём, сказала:
– Нет! Мы пойдём дворами! Я не хочу встретить кого-нибудь из школы!
– Кого ты встретишь? Дети на уроках сидят, учителя тоже.
Об этом я не подумала. Но мне уже было неважно. Я просто хотела настоять на своём.
– Мы идём окольными путями, понял?
– Ладно-ладно, как скажешь,- он поднял руки, словно сдался мне в плен.
Конечно же, он сдался.
Мы шли через дворы, Алекс читал вслух похабщину, которой были исписаны стены некоторых домов. Я смеялась и жалела, что у нас нет с собой баллончика с краской или хотя бы простого маркера. Что? Во мне живёт маленький вандал, которому иногда нужно вырываться наружу.
Мы выбрались из плохих кварталов и шли теперь мимо красивых и аккуратных однотипных многоэтажек. Алекс всё говорил о том, что будет что-то грандиозное, но ничего точного он не говорил. Это меня злило, а он, замечая, как я злюсь, только подзадоривался.
– Смотри,- толкнул меня в бок Алекс и указал на качели, стоящие посреди пустого двора.
Я оглянулась. На качелях сидела девушка. Она сидела спиной ко мне, и единственное, на что я обратила внимание, - это цвет её волос. Ярко-рыжий. Очень красивый цвет, но в средневековье её сожгли бы на костре, это точно.
– И? Чего толкаешься? – спросила я у Алекса строго.
Я думала, он что-то интересное мне показать хочет, а тут…
– Так ведь она в тапочках,- шепнул он мне на самое ухо.