Анклав
Шрифт:
Мари-Тереза Б., 25 лет, машинистка
В: Что вам не нравится в инопланетянах?
О: Зубы.
В: Только зубы?
О: А! Вы, видимо, имеете в виду их голубой цвет? Конечно, это очень непривычно. Но не скажу, что бы это было некрасиво. Не более, во всяком случае, чем у негров. У тех, знаете, бывают такие красивые оттенки. Или у азиатов… Это не значит, естественно, что мне может понравиться человек такого рода…
В: Почему?
О: Ну, они же цветные, так ведь?
В:
О: А вот на вас эти острые зубы разве никакого впечатления не производят? Я читала, правда, в каком-то журнале, что это такие же зубы, как наши, только у них клыков больше, чем резцов. Так-то оно так, но когда они улыбаются…
В: Это действительно все, что вам в них не нравится?
О: Да! – Колеблется. – Нет, есть еще кое-что.
В: Что же?
О: Я не решаюсь.
В: Почему так?
О: Их надо уважать. По крайней мере, они так говорят. И в газетах об этом пишут. Мы должны быть им благодарны.
В: Но у вас есть какая-то задняя мысль?
О: Ладно. В конце концов, я такая же, как все. Вы были когданибудь в магазине или просто на улице, когда там появляется голубой? У всех возникает страх. Никто, конечно, этого не показывает, но все боятся.
В: Боятся чего, по-вашему?
О: Они такие странные. Такие отличные от нас. И хоть они предельно вежливы, все равно становится не по себе. И потом все эти слухи…
В: Какие слухи?
О: Будто вы не знаете! Все эти разговоры об исчезновениях, о похищениях… Говорят, что за шесть лет количество пропавших без вести возросло в пять раз. Что вроде бы они насильно увозят людей к себе в рабство… Но это же вздор какой-то!
В: Вы в это не верите?
О: Н-н… Нет!
В: Но, несмотря на все, вы боитесь?
О: Да.
Морис Н., без определенных занятий, отбывающий наказание
В: Почему вы убили инопланетянина?
О: Во-первых, я не один был. Там были еще Жан П., Фернан С. и Франсис А.
В: Их сейчас разыскивают. Вас же полиция схватила в тот момент, когда вы избивали лежащего инопланетянина железным прутом.
О: Он сам напросился. Сам напросился, сволочь голубая!
В: Почему вы его убили?
О: Их всех перебить надо! Если бы они сидели смирно, куда ни шло! Сидели бы в своих анклавах! Они же сами их создали! Ну и не выходите оттуда!.. А этот вваливается в «Дабл Скотч»…
В: «Дабл Скотч»?
О: Это же есть в моих показаниях. Не читали, что ль? Бар, где наша команда собирается. Ну, и эта сволочь появляется с ихней дурацкой присказкой… Знаете? «Мы любим людей»… Потом заказал выпивку у робота-официанта… А потом он нас оскорбил…
В: Свидетели заявляют, что вы его спровоцировали.
О: Ну, чего там, подзавели просто немного. Обычное дело «Я прямо заголубел», «Ни голуба не вижу», и все такое…
В: Свидетели отрицают,
О: Еще чего не хватало! Во-первых, никто с ним не заговаривал. Мы между собой смеялись. А уж слышать или не слышать – это его дело.
В: Он не сказал вам ни единого слова.
О: Он все время пялился на Этьенетту, которая слушала пленки на «Аутомьюзике». Что бы вы сделали на нашем месте?
В: По свидетельствам очевидцев, Этьенетта была одета весьма вызывающим образом.
О: Мы-то тут при чем, если сейчас мода на короткие юбки. Во всяком случае, голубому нечего было так на девушку смотреть. Так ему и было сказано. И тут он нас оскорбил!
И: А говорят, наоборот, он был настроен весьма миролюбиво. И, тем не менее, вы вытащили его на улицу и стали избивать.
О: Ну, Жан П. действительно схватил кирпич…
В: Почему у вас была к нему такая ненависть?
О: Это была голубая сволочь, вот и все! Пусть убираются, откуда пришли!
Лоранс М., 26 лет, косметичка
В: Вы имели дело с инопланетянами?
О: (Смущенно) Да.
В: У вас был… роман с кем-нибудь из них?
О: ...
В: Отвечайте без опаски. Все останется в тайне.
О: Ну что ж, в конце концов, я свободный человек. – Смех. – С другой стороны, у меня нет предрассудков. – Смех. – Милько был такой славный. В первые дни, во всяком случае.
В: Милько?
О: Я его так называла. Настоящее имя совершенно непроизносимо. А Милько звучит наиболее похоже.
В: Как вы с ним познакомились?
О: Он искал свое представительство, но ошибся и позвонил в мой салон. Я ему все любезно объяснила, и позже он вернулся. Вот и все.
В: У вас, значит, никакой вражды к инопланетянам не было?
О: Нет. Во всяком случае, тогда.
В: А теперь, значит есть.
О: Да.
В: А в чем причина?
О: Вряд ли я смогу дать точный ответ. Видимо, Милько открыл мне глаза. Раньше я не переносила людей, которые не переносили инопланетян. Я считала, что мы должны быть признательны им за все, что они сделали для человечества. Я специально появлялась на людях вместе с Милько, чтобы показать им, что они неправы. На самом же деле получалось так, что мне давали понять, что не права именно я.
В: По этой причине вы с ним и расстались?
О: Как раз нет. Общественное мнение меня мало волнует. У меня сложилось свое мнение о Милько.
В: Как это произошло?
О: Что касается моих встреч с ним, то вначале это был скорее просто вызов. Или, если хотите, я поступала так из идейных соображений. Чтобы убедить людей. А потом… – Смущенная улыбка. – Вы знаете, за исключением голубой кожи, инопланетяне не отличаются от других мужчин… Не знаю, как сказать… Мне неудобно…
В: Были ли у вас?.. Милько и вы?..