Ангельская месть
Шрифт:
Я знал, что пойду за Марией, когда она ушла. Что я буду делать, когда она меня поймает? Понятия не имею.
Поэтому, когда Франческа попросила меня оказать ответную услугу и убедиться, что ее маленькая подруга благополучно вернется домой, как я мог отказать?
Я усмехнулся этой иронии.
Безопасно.
Она была воплощением опасности, заключенной в объективно красивой женщине. Но я был слишком захвачен её глазами и шрамом, пересекавшим ее бровь до самой щеки, чтобы обращать на это внимание.
Я оказался прав, когда, последовав за ней на улицу, она чуть не убила какого-то случайного парня. Он спорил с девушкой в конце переулка клуба, и когда он впал в ярость, мне ничего не оставалось, как вмешаться. Я едва успел оттолкнуть парня от девушки, как Мария набросилась на него, впечатав его в холодный бетон и показав своё истинное лицо.
Меня охватило облегчение, когда я увидел, как мои воспоминания возвращаются к жизни.
По крайней мере, я не сошёл с ума – пока. Если эта игра в кошки-мышки не собиралась свести меня с ума, то она точно сведёт.
Казалось, никто не имел ни малейшего представления, кем она была на самом деле, и я не мог не задаться вопросом, кто же ее нынешняя цель.
Может, это я. Тогда понятно, что она здесь делала. Может, это была просто долгая игра, чтобы наконец-то меня поймать: подружиться с моим близким окружением, сделать вид, что не помнит меня, а потом – бац! Я мёртв.
Когда она наконец отказалась от этого жалкого подобия мужчины, она выпрямилась и повернулась ко мне, не замечая брызг крови на своем лице.
Я двинулся к ней, но остановился.
Её глаза снова околдовали меня. Казалось, я никогда не смогу взглянуть этой женщине в лицо, не впадая в чёртов транс. Зелёный цвет пронзал мне грудь, а золотые искорки вокруг ее зрачков затмевали всё остальное вокруг.
Я понятия не имел, что происходит с моим мозгом. Я знал лишь, что мы больше не в переулке. Не было ни ночи, ни дня; просто было. И мы были одни. Ни сирен, ни машин, ни шума шин. Никого больше. Только мы.
Моё тело двигалось само собой, и прежде чем я успел опомниться, мы уже стояли в нескольких дюймах друг от друга. Настолько близко, что могли коснуться друг друга. Настолько близко, что она могла вонзить мне нож в ребра.
И вот так снова заиграла музыка города, и мы снова оказались в переулке за ночным клубом Франчески. Меня охватило незнакомое чувство разочарования, но я с трудом совладал с ним.
Это было хорошо, это было необходимо. Это напомнило мне, кем она была на самом деле. Это вытащило меня из канавы. Это было как ведро холодной воды, которое вернуло мне здравый смысл.
Я прищурился, решив больше не позволять ей отвлекать меня.
Но затем она облизнула губы, и мой взгляд невольно последовал за ней.
Вот так просто она втянула меня обратно.
Я подошёл ближе; не смог бы остановиться, даже
Мы были слишком близки для двух людей, желающих убить друг друга.
И все же… она не отстранялась.
Может быть, она не отступала, потому что это означало бы, что я выиграл эту маленькую игру-противостояние, которую мы только начали. В какие ещё игры она могла бы со мной играть?
Должно быть, она была дьяволом, а не ангелом, потому что моё тело горело от близости. Должно быть, небо прояснилось специально для неё, потому что крошечный осколок горел прямо на её лице, багряно сверкая в лунном свете.
Я был прав.
Она довела меня до крайности.
Потому что, как бы безумно это ни звучало, кровь только заставила ее глаза вылезти из орбит.
Осознание того, что это что-то чужое, меня тут же взбесило. Я вытер ее тыльной стороной ладони. Гораздо лучше.
Ее глаза заискрились. Неужели она думала выстрелить мне в голову?
На первый взгляд, она казалась безмятежной. Холодный фасад её напоминал сирену, но я знал, что под ним таится море красной, кипящей ярости.
Ее глаза встретились с моими.
Она что, притворялась, что не знает меня? Нет. Она была прямолинейна. Она бы сказала, как рада снова меня видеть, а потом попыталась бы задушить меня цепочкой своей сумочки перед всем клубом. Не было бы никаких объяснений, почему именно она забыла меня...
Но затем ее глаза вспыхнули, и я каким-то образом сразу все понял, осознание поразило меня с силой движущегося поезда.
Женщина подумала, что я, черт возьми, умер.
Глава 27
Зак
Настоящее
Два года назад она пыталась лишить меня жизни. Вчера вечером мне следовало лишить её жизни. Но что я сделал вместо этого? Вызвал ей такси и заплатил за него.
Мне надо дать чертов Оскар.
Я никогда не умел лгать – не потому, что не мог, даже если бы очень хотел, а потому, что мне это никогда не требовалось. Если нужно было перерезать кому-то горло, я это делал. Без колебаний и затягивания. Возможно, это был первый раз, когда я не убил кого-то в течение тридцати минут.
— Итак, что ты о ней знаешь?
Тревор откинулся на спинку дивана, вероятно, недоумевая, почему я так много хочу узнать о Марии. — Мария Перес. Двадцать. Иммигрантка из Пуэрто-Рико. Из Бронкса. Воспитывалась в приёмной семье. Не училась в колледже. Хорошие друзья Кали, Наталья и Франческа. Работает в Renato.