Angelo Caduto

Скариани Аделина

— Ну вот, ты снова прервал мою медитацию, — обиженным тоном пролепетала девушка, зажигая сигару.

Анита присмотрелась к её лицу внимательнее, уже предполагая, что она увидит. Так все и было. Она снова видит себя.

— Медитация? — голос мужчины звучал хриплым и безжизненным. — Да ты всего лишь конченая шлюха.

— То же мне, Америку открыл, — пожала плечами брюнетка и, сделав затяжку, сигарой зажгла три черные свечки. — Мне нужно медитировать, чтобы увидеть будущее.

— Марианна, тебе нужно кончать с этим.

— Это еще почему? Если Бог дал мне способности, нужно ими пользоваться.

Девушка

развернулась к мужчине и в это мгновение в неё плеснули водой. Тушь растеклась по щекам, ядовито-зеленые глаза сузились, пристально смотря, как мужчина отходит назад и роняет бутылку на пол.

— Прости, прости, — взмолился мужчина.

— Это была святая вода? — с сарказмом спросила она.

— Я думал, что ты…

— Бес? — ядовито произнесла Марианна. — Ну как видишь ведьма не сгорела в адском пламени.

— Пойми, Марианна, раньше твои силы помогали во благо, ты могла исцелять, а сейчас… ты убила человека.

— Он порезал горло моей проститутке, — парировала она, театрально закатив глаза.
– Око за око. Закон талиона. Успокойся, я не буду ходить по улицам и херачить людей.

— Дело не в этом, брось свой бордель, и поехали со мной, начнем новую жизнь.

— Как я могу бросить своих девочек, мой бордель самый престижный в Париже, а в наши-то 60-е годы, сейчас такой трудно найти.

Повисла пауза. Девушка, лишь пожав плечами, скинула со своих плеч халатик, поманив мужчину пальчиком. Блондин осторожными шагами приближался, позволяя брюнетке обнять себя. И шаловливые ручки пошли в ход. Но раздался выстрел. Марианна замерла, выпучив глаза, из уголка губ скатилась струйка крови. Она отошла на несколько шагов, замертво падая на шелковые простыни. В её груди зияла дыра от пули, откуда потоком струилась алая кровь.

— Шлюхе место в аду, — сквозь слезы прохрипел мужчины и выстрелил себе в голову.

Анита зажмурила глаза, все еще чувствуя запах пороха и крови. Тихая музыка смолкала, уступая место звону колоколов. Девушка распахнула изумрудные очи. Вновь белое бескрайнее пространство с величественными колонами. По бескрайней долине скитались люди в черных мантиях, чьи лица скрывали капюшоны. Они проходили мимо столпившейся толпы, откуда доносились истошные крики. Анита на ватных ногах приближалась к ним. Фигуры расступились, открывая взору двух палачей в черных мантиях, что склонились над девушкой, что так яростно кричала от боли. Каждый из них держал по одному черному крылу, вырывая их из спины несчастной, не обращая внимания на мольбы прекратить пытку.

— Приближается час последнего суда.

— Настанет время сделать выбор.

Голоса разносились эхом. Анита сделала несколько шагов назад, боясь увидеть лицо девушки, та визжала как резанная, повторяя одну и ту же фразу: «Я не хочу в ад».

Анита распахнула изумрудные очи, сердце билось как бешенное, отдаваясь стуком в висках. Она тяжело дышала, стреляя глазами по потолку. До её лба дотронулись, и она как от огня отдёрнулась в сторону.

— Спокойно, женщина.

— Занзас?

Повернув голову, она увидела Занзаса. Мужчина, локтем упершись в матрац, приподняв правую бровь, удивленно рассматривал её.

— Ты орала как резанная минут пять: «Не хочу в ад».

Брюнетка вжалась в подушку, натягивая одеяло до подбородка.

— Страшный сон просто.

— Будущее?

— Нет,

прошлое… — растерянным голосом ответила она.

Ничего не понимая, мафиози тяжело вздохнул и хотел уже встать, но в его плечи крепко вцепились тонкие пальчиками. Анита обняла его со спины, положив голову на плечо, крепко прижавшись.

— Можешь со мной немного полежать…

Занзас закатил глаза, уже собираясь накричать на неё и отцепить от себя, но зараза невесомо поцеловала его в плечо, поднимаясь губами выше к шее, щекоча своим дыханием.

— Хотя бы 5 минут…

— Ладно, 3 минуты, — Занзас сдался, заваливаясь обратно на спину, выставив руку в сторону.

Анита медленно улеглась на его грудь, прижавшись к теплому торсу. Тонкими пальчиками водя по его накаченной груди, слегка щекоча кожу. Она постепенно погружалась обратно в сон, слушая его биение сердца, его порывистое дыхание. Она уснула. Занзас проверил, легонько толкнув её в плечо. Никакой реакции. Можно выбираться. Работа не ждет. Нужно решать проблему. Свалившуюся проблему, от которой не уйти. Даже страшно представить каким магнитом для неприятностей может быть эта хрупкая фарфоровая кукла с длинным языком. Занзас уже привык, что она спит под боком, постоянно пинаясь. Первые дни он мучительно боролся с желанием пристрелить её, но вместо этого будил её и жестко трахал. Все равно сон отбивает, пусть расплачивается. Теперь еще и кричать во сне начала, может кляп в рот засовывать? Будет весьма мило смотреться. И снова что-то ворчит во сне. Босс, выбравшись из плена, окинул её недовольным взглядом. Она же завалилась на его сторону, на его подушку, по всей кровати. Но вместо того, чтобы разбудить её одним ударом по спине, поцеловал её в затылок. Потом поругает. Как-нибудь потом.

Сегодня мусор расшумелся, как никогда. Занзас уже битый час пытался сосредоточиться на отчетах, но, как назло, за дверью постоянно кто-то проносился с криками. Похоже, все слишком соскучились по дому за столь долгое отсутствие. Хотя больше всего Босса Варии отвлекала чертова фотография, мельтешившая перед глазами. Он понятия не имел что теперь делать. Как и сказал проклятый аркаболено, нужно принять решение. Правильное решение. Как для Босса Варии.

За дверью снова раздался шум, противное «ши-ши-ши» совсем неподалеку. Дверь открылась, и в кабинет ворвалась Анита, бежавшая со всех ног. Занзас краем глаза успел заметить, что на её голове сверкала диадема, девушка спряталась за кресло. У двери притормозил Бел, держа в руке веер из стилетов, вот только маниакальная лыба сползла с его лица, как только он заметил нагло улыбающуюся Аниту за креслом Босса и разгневанный взгляд Занзаса.

— Б-босс, мне тут…

— Мусор, испарись.

— Но моя диадема…

— Если не исчезнешь, эта диадема окажется у тебя в заднице.

Этот аргумент подействовал. Раздосадованный Бел, повесив голову, покинул кабинет. Анита, довольная собой, поправила диадему, выходя из-за кресла.

«Детский сад», — фыркнул про себя мужчина.

— Ты тоже испарись, мне работать нужно.

Анита цокнула языком и, бросив пристальный взгляд на мужчину, перевела его на стол. Занзас попытался как можно незаметнее спрятать фотографию под папку, но Анита как назло заметила то, что не нужно было.