Angelo Caduto
Шрифт:
Иллюзионист, покачав головой, отогнал семпая от кровати и, поправив одеяло, уже хотел уйти. Но Анита что-то начала бормотать во сне, на лице снова отразилось страдание. Фран наклонился ниже, подставляя ухо, чтобы попытаться различить слова, которые она хочет произнести.
— Помоги мне, Мукуро…
Фран застыл, несмотря на меланхоличное выражение лица, его глаза немного расширились, а брови изогнулись. Он тут же отскочил от кровати и, позволив себе маленькую дерзость, протолкнул Бела на выход.
— Нам
Бел даже возразить не успел, насколько все произошло неожиданно. Когда они выходили, в комнату как раз вернулся Луссурия, пригрозив им пальчиком, что они зашли без разрешения. Хранитель Солнца прошел к кровати и, выжав полотенце, хотел положить его на лоб, но бедняга выронил его, услышав голос Босса за спиной:
— Какого хрена она все еще не пришла в себя?
— Босс, — Луссурия повернулся.
В дверном проеме стоял Занзас, скрестив руки облокотившись о косяк, и прожигал хранителя недовольным взглядом.
— Уже 3 день, в прошлый раз она пришла в себя на второй день.
— Ох, я понятия не имею, что с ней, — попытался найти оправдание Солнце Варии, — моя коробочка не помогает, у неё нет физических повреждений, просто высокая температура. Она должна проснуться.
Занзаса явно такой ответ не удовлетворил, он недовольно хмыкнул и прошел внутрь комнаты.
Луссурия, протерев лицо пленницы, поспешил удалиться, аргументировав тем, что ему еще нужно идти на задание. Дверь закрылась. В комнате остались только он и она. Босс Варии медленно приблизился к кровати, окинув взором спящую Аниту. Она дрожала, брови то и дело хмурились, губы кривились от боли. Мафиози остановился у изголовья.
— Бабий мусор, от тебя одни проблемы, — прорычал мужчина.
Казалось, будто девушка услышала его голос. Выражение её лица поменялось, словно ей стало немного легче.
— Какого хрена надо было лечить акульи отбросы, без тебя бы справился, — продолжил монолог Занзас, облокотившись о стену.
— Только попробуй сдохнуть. Я что, зря потратил на тебя время и нервные клетки? — со стороны это напоминало нравоучение, как будто отец отчитывает свою дочь, застав ее с сигаретой в зубах.
— Зан...зас, — простонала Анита.
Мужчина отстранился от стены и повернулся к лежавшей девушке, она пыталась открыть глаза, но у неё не было сил.
— П-прости…за... неприятности, — выдавила она из себя, задрожав сильнее.
Лицо в страшных муках снова стало спокойным, видимо, она заснула.
Мужчина хмыкнул, на лице проскользнула кривая усмешка, он протянул руку к её лицу, но остановился, едва дотронувшись до неё пальцами, словно забывшись. Он одернул руку, как будто его обожгли языки пламени.
— Глупая, — кинув напоследок, Занзас
— Просто… слышать твой голос.
Анита задышала тяжелее, голоса в подсознании отступили. Но теперь она слышала звуки, окружающие её в комнате. Первое, что донеслось до неё — голоса Бела и Франа в дверях, едва одна фраза. Но потом, потом она услышала голос Занзаса, так отчетливо, как будто он находился рядом с ней.
«Наверное, сон», — подумала она.
Но голос становился отчетливей, он ругал её. Анита про себя усмехнулась, ну и пусть ругает, она даже этому немного рада. Так хотелось ответить, но губы отказывались шевелиться.
«Прости за неприятности. Я ходячая проблема. Даже от моих способностей только проблемы. Я все помню. Адская боль в спине, невесомость, кровь, Скуало. Сначала я думала, что это сон, очень странный сон, но это страшная реальность. Я не знаю, кто я, хотя теперь я не знаю, что я такое. Но сейчас я просто хочу ощущать твое присутствие, это придает смысл… Просто… слышать твой голос».
Но голос, как внезапно появился, так внезапно и исчез. И снова она одна. Наедине с адским жаром. Гнетущая тишина, поглощающая её. Снова боль. Её трясёт. Сил бороться нет. Да и смысл, но что-то пошло не так. Она почувствовала, как на её плечо легла сильная ладонь, больно сжимая, возвращая обратно в реальность.
— Мусор, прекрати дрожать, меня это раздражает, — прохрипел грубый голос Босса.
«Это игра моего воображения», — твердила сама себе девушка. — «Мои галлюцинации».
Ей хотелось улыбнуться. Но вместо этого было больно.
— Я же сказал: прекрати, — повторил он чуть грубее. Это был приказ.
И словно под давлением беспрекословного приказа, Анита перестала дрожать. Дыхание стало ровным, было уже не так страшно. И плевать, что реальность это или снова бред, главное — она чувствует его тепло, слышит его голос. Просто чувствует его присутствие.
— Так-то лучше, — она слышала усмешку в этой фразе. И вот тяжесть на плече исчезла. Послышались отдаляющиеся шаги, она снова проваливалась на этот раз в сон, где не было ни боли, ни страданий.
====== Глава 12. Happy Birthday. ======
В замке Варии стояла подозрительная тишина. Слишком подозрительная для этого места. Настолько тихо, что даже было слышно эхо шагов молодого иллюзиониста. Фран, завернув за угол, стряхнул с шапки осколки, попутно вытирая с неё остатки виски. Тяжело вздохнув, паренек отправился в гостиную, в которой стояло гробовое молчание, несмотря на то, что она была заполнена хранителям. Луссурия, увидев возвращение лягушонка, подлетел к нему, начиная допрос: