Ангелмасса

Зан Тимоти

На лице Спикера отразился целый ряд эмоций — облегчение оттого, что Форсайт в конечном итоге не собирается устроить сцену; раздражение его бесцеремонным вмешательством в ход ритуала, о котором он даже не потрудился предупредить заранее, и столь же явное неудовольствие тем, что он, Спикер, хотя и имеет формальное право отказать, но не может сделать этого, не выставив себя перед коллегами высокомерным, туполобым упрямцем.

— Ваша просьба расходится с традициями, — проворчал он. — Но если Сенат позволит, я тоже не стану

возражать. — Он посмотрел на Роньона и Пирбазари. — Подойдите сюда.

Пирбазари подтолкнул Роньона, и они вдвоем приблизились к креслу Спикера. Форсайт с тревогой заметил, что Роньон выглядит еще более взвинченным, чем минуту назад. Спикер кивнул — сначала Герольду, потом этим двоим:

— Приступайте.

Пирбазари кивнул в ответ, повернулся к Герольду и взял из коробочки подвеску с ангелом. Мгновение он держал ее в руках, потом с подобающим почтением передал Роньону. Гигант взял подвеску с таким видом, словно она была горячая. Он посмотрел на Форсайта, провел языком по губам, шагнул вперед…

И вдруг подвеска вывалилась из его дрогнувших пальцев.

Роньон упал на колени, прежде чем кто-либо из присутствующих успел хотя бы открыть рот. Его огромные руки зашарили по полу и наконец нащупали подвеску. Он рывком поднялся на ноги, сжав в ладони цепочку и кристалл. Его лицо было искажено страхом. Форсайт ободряюще улыбнулся ему и едва заметно кивнул; все еще дрожа, Роньон распутал цепочку и осторожно надел на шею Форсайта. Форсайт выпрямился и вновь улыбнулся; Роньон торопливо отодвинулся и встал рядом с Пирбазари.

Подвеска оказалась неожиданно тяжелой; она давила на грудь и оттягивала шею. Форсайт подумал, что ему придется долго привыкать к ней.

— Благодарю вас, — сказал Спикер, величественно кивая Роньону и Пирбазари. Он повернулся к Форсайту. Судя по выражению его лица, происшествие вызывало у Спикера скорее иронию, чем гнев. — А теперь, — добавил он, — я приветствую вас, Сенатор Форсайт.

— Спасибо, сэр, — пробормотал Форсайт под звук аплодисментов. Прикоснувшись к ладони Спикера, он подошел к Роньону и Пирбазари и повел их за собой к своему месту за столом.

Его мучили угрызения вины, и казалось, что этот упрек исходит от отвергнутого ангела.

— …А это ваш кабинет, — сказал молодой клерк. Он открыл дверь и отступил в сторону, пропуская Форсайта.

— Вижу. — Форсайт кивнул, вытягивая шею и заглядывая внутрь. Как и все прочие помещения комплекса — приемная, главный рабочий зал с рядами столов и окружавшими его личных комнат служащих, — кабинет был полностью меблирован и оснащен техникой; оставалось лишь доставить сюда свои вещи и несколько коробок с записями. — Моя коммуникационная система в порядке? — спросил он клерка.

— Да, сэр, ее подключили еще вчера вечером, — ответил тот. — Полный доступ к компьютерам и архивам.

— Отлично. — Форсайт оглянулся

на Роньона и Пирбазари, стоявших в нескольких шагах позади. Уловив выражение лица Роньона, он еще раз посмотрел на него… — На сегодня все, — сказал он клерку. — Благодарю вас.

— Не за что, Верховный Сенатор, — сказал клерк. — Если вам что-нибудь потребуется, я к вашим услугам. — Склонив голову в точно выверенном почтительном поклоне, он пересек главный рабочий зал и ушел.

Форсайт поймал взгляд Пирбазари.

— Войдите в систему, Зар, — распорядился он. — Получите последние сведения, прибывшие скиттером с Лорелеи, и быстро рассортируйте их. Я хочу выяснить, что там происходит.

— Слушаюсь, сэр. — Пирбазари с военной четкостью развернулся кругом и отправился в свою комнату.

Форсайт посмотрел на Роньона, вскинув бровь.

«Входи, — знаком велел он ему. — Мне нужно поговорить с тобой».

Жестом пригласив Роньона в свой новый кабинет, он закрыл за собой дверь и усадил помощника в кресло, обращенное к столу. Гигант опустился в него и замер в такой позе, словно был готов провалиться сквозь подушки.

Форсайт обошел стол и уселся.

«Я лишь хотел сказать тебе, что ты отлично справился сегодня утром».

«Спасибо», — отозвался Роньон, но ни в его глазах, ни в движениях пальцев не чувствовалось воодушевления.

«Ты чем-то расстроен, — заметил Форсайт. — Не хочешь рассказать, чем именно?»

Роньон опустил глаза к полу.

«Я совершил дурной поступок», — медленными жестами показал он, избегая смотреть на Форсайта.

«Ни в коем случае, — возразил Форсайт, чуть наклонившись над столом, чтобы помощник мог уловить движения его пальцев боковым зрением. — Что в нем плохого?»

Роньон вновь вскинул глаза; на его лице отразились боль и неуверенность.

«Я почувствовал себя так, как будто лгу».

Форсайт выпятил губы.

«Мы уже говорили об этом, — напомнил он. — Нам преподнесли очень необычный, бесценный подарок, и наш долг — сберечь его. Понимаешь?»

Роньон опять уронил голову.

«Кажется, да».

«Коли так, — продолжал Форсайт, — разве можно найти лучший способ сохранить ангела, чем спрятать его от людей, которые захотят его украсть?»

Роньон пожал плечами; ссутуленной позой он напомнил Форсайту черепаху, которая втягивает голову в панцирь.

«Не знаю, — ответил он наконец. — Я знаю только, что это было похоже на обман».

«Понимаю, — попытался успокоить его Форсайт. — Но вспомни все то, о чем я тебе говорил. Тогда ты поймешь, что это лучший способ сберечь ангела».

«Хорошо. — Роньон потер кончик носа. — Хорошо. Думаю, сейчас пора отдать его вам».

Он нащупал в кармане подвеску с ангелом и начал ее вынимать.

«Оставь его там, где сидишь, — быстро зажестикулировал Форсайт. — Под подушкой кресла он будет в сохранности».