Ангел
Шрифт:
Он чё, ваще не алё… Изучаю утырка поверх Фарэров и заправляю чёлку за ухо, открывая правый глаз. Кривой оскал стали заставил отшатнуться любознательного корейца.
— Щибаль! — нервно ругнувшись и оглядываясь через плечо, «покупатель» ускоряет походку, желая убраться как можно дальше.
Понятливый… Всё ясно… Значит, милые девушки в прозрачных витринах продают себя? Горечь во рту, от осознания реальности происходящего, заставляет плюнуть на асфальт под ногами.
Мерзко и неправильно… Очень хочу уйти, оставив
Меня останавливает необычная девушка у кирпичной стены напротив: средний рост и бежевый пуховик до коленок, красный шарф укрыл лямки на плечах. Милашка часто смотрит по сторонам, снова возвращаясь к экранчику мобильника в руках. Почему-то она неправильная и совсем не подходит к обстановке вокруг, цепляя взгляд.
Между нами проезжает чёрный внедорожник. Крупный джип остановился немного дальше, рядом со старым седаном с тонированными стёклами и помятым крылом. Из автомобиля выпрыгнул плотный кореец в чёрном плаще.
— На место! — звучит приказ одной из девушек, которая выглянула из двери в розовых витринах.
Широкоплечий кореец направился к милашке у стены. Фигура в кожаном плаще шагает хозяйской походкой, всем своим видом напоминая крупного самца, главу племени обезьян с руками до колен.
Завязался тихий разговор, мелькнуло побледневшее лицо и беспокойное выражение за широкой спиной в чёрной коже. Крупный обезьян приобнял девушку за плечи, уводя к сумраку переулка в разрыве низеньких зданий улицы.
Вот искомый криминальный элемент! Такой вполне способен переправить через Жёлтое море. Пойду и узнаю! Оттолкнувшись от стены, я пересекаю улицу и вхожу в сырость подворотни, следом за необычной парочкой.
Как мне решительно начать беседу? Для общения со здоровенным амбалом нужно что-то особенное… Спрошу, оформляет ли он ночные круизы в Гонконг! Я хлопаю по плечу в чёрной коже, нависающему над девушкой у стены.
Обернулось лицо с вертикальным шрамом на лбу… Кривой от частых переломов нос совсем не располагает близкому знакомству! В голове не осталось ничего, кроме стандартного: «Подскажите, как пройти в библиотеку?».
— Чогиё?! — морщит шрам амбал.
— Хи-хи… — У него рожа на жопу похожа…
Амбал расширил узенькие глазки и уставился. Такой ответ точно не ждал! Пару раз моргнув, отвратная башка растягивает щербатую улыбку.
— Сладкой парочкой работаете? Две по цене одной? — скалит жёлтые зубы рожа. — А ты ничё так, — воняющие сигаретами пальцы лапают по щеке, двигаясь выше, — не стесняйся, чего спряталась за очками, покажи личико, агасси!
Я ему дом труба ушатаю и ваще размотаю — не тронь Фарэры! Сталь мелькает в воздухе и кольца печатают в кадык бычьей шеи. Трудно дышать с пробитым горлом!?
— Вхэ! — хекает
Это было ошибкой… Внезапный удар попал в одну из уязвимых частей тела, но силы пришлось сдерживать. Дурацкий страх, что переборщу и укокошу живого человека, путает все карты.
Это было большой ошибкой. Отступаю вглубь переулка и внимательно слежу за амбалом, который гортанно прочистил горло, растирая лапищей место удара. Морда краснеет от гнева, очерчивая белый шрам на лбу, глазки вспыхнули злобой. Обезьян шагает следом, шаря под плащом за спиной.
Это было очень большой ошибкой! Теперь самым умным будет развернуться и линять во всю прыть отсюда, стараясь убежать от разъяренного орангутанга как можно дальше! Потерянные глаза девушки за широким плечом отвлекают, вызывая короткое моргание ресницами.
Этого достаточно. Трескучая молния летит в лицо и щека ощущает голубой разряд, словно его смазывает по занывшей стали зубов. Успеваю склонить шею всего на несколько сантиметров, ровно настолько, чтобы пропустить разряд, скользящий слишком близко.
Кулак с шокером летит дальше. Противник явно не ожидал получить отпор и полностью вложился в удар, чтобы сразу сбить с ног ошалелую девчонку.
Шагнув в бок, я уступаю простор организму рядом. Даю провалиться вперёд, пока разворачиваюсь и догоняю ладонью кулак с шокером. Никаких усилий, всего лишь продолжение чужой силы, выпущенной на свободу. Тварь рядом просто задавит массой.
Ещё шаг за спину амбала и тычок ребром подошвы выбивает коленку в брюках наружу. Широкие плечи начинает перекашивать, организм рядом теряет устойчивость.
Совсем хорошо, осталось подправить направление. Дернув трескучий шокер на себя, я разбиваю предплечьем чужой локоть. Конечность удачно приподнимает на излом и в таком положении сильные мышцы помогут мало, а небольшого толкающего усилия вполне достаточно.
— Отдал руку, сучонок! — злобно пыхчу, полностью выкладываясь в небольшое усилие.
Захват на болевой и потеря равновесия заворачивают тяжёлую тушу в сторону мусорного контейнера. Собственная инерция вбивает амбала в загремевшую жесть грудью, а я продолжаю гнуть свою линию и пытаюсь вывернуть чужой локоть, налетая на стоящий у стены контейнер следом.
Бесполезно! С таким же успехом можно сгибать стальные рельсы, слишком неравны силы. Трындец! Захват сорвался и теперь страх прошибает по-настоящему… Орангутанг полностью свободен и готов убивать! Взятая на болевой лапища выпустила оружие. Шокер гремит по ребристой крышке контейнера и съезжает вниз, уткнувшись в молнию толстовки.
С какой стороны взять? Где кнопка?! Дурацкая коробка скользит обрезиненным корпусом в непослушных ладошках и дёргает кольца острыми гранями. Голову кружит, а тьму в глазах рассекают искры, скрывая озверение рожи напротив.