Ангел
Шрифт:
Ангел принял ее слова к сведению. Она знала своих родителей лучше, чем он.
— Погоди заполнять бумаги для развода, Касси, пока не придешь к какому-нибудь определенному решению.
Он сказал это так, словно не видел только что ее отца. Они просто продолжили обсуждение той самой проблемы, о которой говорили до появления Чарльза Стюарта.
— Я ничего не стану предпринимать, пока не вернусь домой, — заверила Ангела Касси.
— Но ты дашь мне знать?
— Когда получишь все документы о разводе, тогда и узнаешь, — сказала она, глядя в сторону.
— Что ж, откровенный
— Ты… ты уезжаешь прямо сейчас? Он не заметил, как дрогнул ее голос, потому что уже поворачивался к двери.
— Мне надо сделать кое-что до того, как я отсюда уеду. Я загляну к тебе сегодня вечером.
Дверь за ним закрылась, и Касси вздохнула с облегчением. Еще несколько часов. Вполне достаточно, чтобы серьезно все обдумать, чтобы поглубже закопать свою гордыню и попросить его остаться.
Глава 25
Было уже довольно поздно — самое время ложиться спать, но Касси, похоже, не собиралась покидать гостиную. Днем она не видела Ангела, но он предупредил ее, что заглянет вечером, и она не собиралась ложиться спать, не повидав его.
Отец сидел рядом с ней, храня молчание. Она подробно рассказала о произошедших в его отсутствие событиях. Слушая ее, он приходил то в ужас, то в восторг, услышав же про визит Маккейли-старшего, рассвирепел. Дослушав рассказ дочери до конца, отец сказал, что ей вовсе не следует уезжать и что он возьмет на себя переговоры с Маккейли и с Кэтлинами, если это потребуется. Разумеется, Касси возражала. Она уже и так доставила отцу кучу неприятностей.
По счастью, услышав, что они формально муж и жена, мистер Стюарт не стал спрашивать Касси о том, что делал Ангел утром в ее спальне. Но она понимала, почему отец сидит сейчас рядом с ней. Пусть он и не сказал об этом ни слова, но он, конечно же, не собирался оставлять ее наедине с Ангелом, как бы она этого ни желала. Утром у отца был очень усталый вид — он, долго скакал верхом, обогнал своих людей, которые должны были появиться только на следующий день вместе с его новым быком. Но после обеда Чарльз хорошо выспался, так что теперь усталость не могла помешать ему охранять дочь.
Касси вздрогнула, услышав, как открылась и снова закрылась входная дверь. Ей придется просить отца, что" бы он позволил ей поговорить с Ангелом несколько минут наедине. Он скорее всего откажет ей в этой просьбе, но она тем не менее попросит. Но на пороге светлой и уютной гостиной появился вовсе не Ангел. Еще более усталая и измотанная, чем Чарльз нынешним утром, в комнату вошла Катарина Стюарт.
— Я попала все-таки в Техас или этот чертов ветер занес меня обратно в Вайоминг?
Конечно, Катарина имела в виду этот дом, в котором ей ранее не приходилось бывать, а также то обстоятельство, что он очень похож на дом в их поместье «Ленивые С». Ответа она не получила. Касси на время лишилась дара речи; Чарльз же в любом случае не ответил бы ей, он молча разглядывал свою супругу, ибо в данный момент на большее был не способен.
Катарина тоже не могла отвести глаз от Чарльза. Они не
Так они и стояли, уставившись друг на друга. Касси же наконец обрела способность говорить.
— Мама, что ты здесь делаешь?
— Ты шутишь? — вопросом на вопрос ответила Катарина, приближаясь к дочери, чтобы обнять ее. — Ты ведь сама, можно сказать, заставила меня приехать.
— Да нет же, не может быть! — возразила Касси, пытаясь вспомнить, что она написала в последнем письме матери. — Я разве просила тебя приехать?
— Да, но таким образом, чтобы я не приняла твоего приглашения. Правда, ты забыла, что я знаю тебя гораздо лучше, чем кто бы то ни было, девочка. И я не собиралась сидеть и ждать, пока ты вернешься, чтобы выяснить, почему ты не хочешь видеть меня здесь.
Касси внутренне напряглась. Такие сложные ходы были совершенно недоступны ее пониманию. Но ей следовало сообразить: нечто подобное может произойти — ведь мама не написала ей ответное письмо и даже не отправила телеграмму. Касси надеялась, что это означает лишь одно: ее мать не приедет, но надо было лучше знать Катарину Стюарт. И тут она поняла, что существует еще одна опасность…
— Ты… э… не привела с собой целую армию, надеюсь? — спросила Касси.
— Всего несколько человек.
— Несколько — это сколько?
— Пятнадцать, — сказала Катарина, приближаясь к огню. Она сняла шляпу и, бросив взгляд на Чарльза, хлопнула ею по своей юбке для верховой езды; взметнулось облачко пыли, осевшее на дорогой восточный ковер, лежавший на полу.
— Я пока оставила их в городе.
Глядя на мать, Касси готова была расплакаться. Ее родители снова начали раздражать друг друга. Они даже не пытались быть сдержанными и деликатными друг с другом, прекрасно зная, что никто из них ничего не скажет вслух — по крайней мере напрямую. Можно было предположить, что, прожив десять лет порознь, они могли забыть причину своей ссоры. Но нет, все было так, словно они не расставались ни на день.
— Мне очень жаль, что ты проделала такой путь понапрасну, мама. Я собиралась завтра уехать.
— Так что, твои проблемы разрешились?
— С некоторой помощью моего ангела-хранителя.
— Ну что ж, жаль, что я немного опоздала, но, к счастью, мистер Пикенс вовремя прислал мне письмо. Очень хорошо, что ты возвращаешься домой, но почему ты так торопишься?
— Можно сказать, что теперь мне не очень-то рады в этих местах, — ответила Касси, стараясь изобразить улыбку. Рассказать матери о том, кто заменил Льюиса Пикенса, можно было и попозже.
— Если ты хочешь остаться, девочка, я позабочусь об этом, — поспешно ответила Катарина. Касси отрицательно покачала головой:
— Папа уже предлагал мне остаться, но я не желаю создавать новые проблемы. Будет лучше для всех, если я вернусь домой.
— Неужели твой отец предложил тебе помощь? Катарина явно переусердствовала, вложив в этот вопрос слишком уж много сарказма, так что Чарльз мог бы позволить себе промолчать. Однако он довольно сдержанно сказал в ответ: