Ангел-телохранитель
Шрифт:
Люля лежала спиной к нему. Какой красивый контур: от плеча – резко вниз к талии – и снова резко вверх к бедру… Пройтись бы по нему рукой…
Он прислушался к ее тихому дыханию. Спит.
Он аккуратно поднялся, заглянул на всякий случай ей в лицо – она спала, прядь темных волос свесилась поперек щеки – и вышел из спальни. Не хватало только, чтобы она проснулась и увидела его рядом с собой!
…Утром Алексей Кисанов позвонил сам: ему срочно требовалось поговорить с Люлей, сообщил он.
Артем
Кис слушал в гробовом молчании.
– Алло? Вы здесь, Алексей?
– Сегодня, полагаю, у вас перерыв… – медленно, что-то обдумывая, ответил детектив. – Вряд ли у них есть наготове новый киллер. Можете приехать ко мне? Это бы мне очень сэкономило время. Нельзя больше ждать ни секунды, надо воспользоваться передышкой!
Артем, который все собирался упрекнуть в том, что детектив продвигается слишком медленно, вместо этого вдруг спросил:
– У вас что-то есть?
– Кажется, я знаю, где искать убийц. Пока только где. Но скоро узнаю и как.
И у Артема пропало желание выговаривать детективу. Человек работает, продвигается, и это самое важное. А Артем будет пока охранять Люлю от любой опасности… Что они придумают в следующий раз? Пришлют танковую дивизию, чтобы снести дом?
Шутки шутками, а подумать надо…
Артем уже успел договориться с Мошковским и с минуты на минуту ожидал его звонка Люле. Он прикинул: если удастся условиться со Славой часиков на семь-восемь вечера, то они вполне могли бы подъехать к детективу к пяти. На чем они с Кисановым и порешили.
Это весьма устраивало Алексея. В половине седьмого он собирался перехватить Влада по дороге домой и привезти его к себе: теперь все разговоры в квартире Влада им заказаны. А на улице, с Дурехой, толком тоже не поговоришь: Влад все время отвлекается, да и обстановка не та. Неопознанная гурьба собачников напрягала детектива.
А беседы с Люлей должно хватить на час. И у него еще будет время перехватить Влада.
С утра первым делом Алексей разобрал мобильный телефон Влада: там обнаружился радиомикрофон. Причем со своим питанием.
Ванька, ассистент и квартирант Алексея, которого Кис призвал в свидетели, шепотом подтвердил диагноз. Конечно, Алексей спросит еще у Артема, он все-таки специалист, но все же он уже сделал предварительные выводы.
Во-первых, Влад находился постоянно на прослушке, в том числе и за пределами квартиры, даже если сам мобильник сел или был выключен (у микрофона свое питание!). По крайней мере, пока телефон лежал в его кармане. Стало быть, и переговоры Влада с детективом прослушивались. Откуда и двое кавказцев на лестнице.
Во-вторых, вряд ли за Владом следили еще и «живьем», раз у них была возможность его слышать постоянно.
Кис порадовался своей предусмотрительности: телефон
А пока что, до вечерних свиданий, он намеревался навестить клинику, в которой выхаживали Влада во время комы.
Попасть в клинику дальше регистратуры, напоминавшей скорее контрольно-пропускной пункт аэропорта, оказалось невозможно. Вызвать к нему тех врачей, которые выхаживали Влада Филиппова, тоже невозможно. «Записывайтесь на прием», – сверкнула очками, как оптическим прицелом, грымза за стеклом (пуленепробиваемым?) регистратуры.
Кис размышлял. У него не было в запасе времени, чтобы записываться на прием. Придется прорываться через бастион.
Он осмотрелся. В холле на стенах имелась разная информация. Золотом по синему фону огромные табло надгробными плитами скорбно оповещали клиентов о ведущих специалистах клиники (все имена предваряло звание «профессор») и о расписании их консультаций. Алексей застрял глазами на линии «психиатрическая служба».
Влад упоминал о профессоре. Кис дочитал строчку до конца: «профессор Емельянов Валерий Валерьевич». Теперь следовало решить: попытать счастья с черного хода или задействовать испытанный не раз шоковый метод? Он представил, как, пробравшись с черного хода, он будет мотаться по коридорам больницы в поисках профессора, и проголосовал сам с собой большинством голосов за второй, шоковый вариант.
Он оглянулся по сторонам. В холле сидело человек семь. Грымза за пуленепробиваемым стеклом время от времени в микрофон объявляла фамилию, и тогда счастливчик исчезал в гостеприимной пасти распахнувшейся перед ним двери.
– Сударыня! – довольно громко обратился Кис к грымзе и удостоился отблеска очков, равно как и внимания скучающих посетителей. После чего важно поднял палец, всем своим видом давая понять, что не может продолжать конфиденциальный разговор в присутствии посторонних, вернулся к стулу и, выдрав листок из толстого еженедельника, что-то написал на нем.
Все это время заинтригованный оптический прицел грымзы не отпускал его ни на секунду, чего, собственно, и добивался Алексей. Закончив писать, он вернулся к бастиону регистратуры и передал листок в окошко. Грымза прочитала, и лицо ее вытянулось. Она даже очки сняла и посмотрела на детектива с растерянным недоумением.
– Что вы этим хотите сказать?!
– Много чего, – ответил Кис. – Но не вам. Вызовите профессора.
Она с сомнением, но все же набрала внутренний номер. И, закрыв окошко и понизив голос, прочитала по телефону записку детектива.