Ангел севера
Шрифт:
– Принеси свои сожаления.
– Если я не поеду, за обедом будет неровное число гостей. Они рассчитывают на меня. – Она рассмеялась, потому что Люк успел расстегнуть верхнюю пуговку ее платья. – Нет, дорогой, нет. А что, если я рано уйду и поспешу к тебе?
Ты будешь доволен?
– Нет. – Вторая пуговичка тоже выскользнула из петельки. – Ты не пойдешь вовсе.
Айрис нахмурилась, хотя дыхание ее участилось.
– Ты самый надменный и самонадеянный мужчина из всех, кого я знаю. И понятия не имеешь о том, как надо себя вести.
Но нам надо поработать над твоим характером.
Люк запустил пальцы в ее локоны, уничтожая плоды долгих стараний.
– Понадобились столетия тщательного отбора и скрещивания, чтобы вывести такого, как я. Ты бы видела первых Стоукхерстов! Совершенно не на что посмотреть, ты уж мне поверь.
– Верю, верю, – замурлыкала Айрис. – Держу пари, что они были настоящими дикарями. – Глаза ее расширились, когда он рывком прижал ее к своему возбужденному телу. Его губы нежно поигрывали с ее ртом, а затем прильнули к нему. Она тихо застонала, все мысли о званом обеде ушли, растворились как не бывало. Она прильнула к нему, сгорая от любовного желания.
Люк был искушенным и щедрым любовником, он знал, как довести ее чуть не до безумия. Ему нравилось дразнить ее, слушать ее страстные мольбы и наконец оставить эту женщину измученной, почти больной и полностью удовлетворенной.
– Дай мне по крайней мере снять корсет, – прошептала она. – В прошлый раз я чуть не потеряла сознание.
Люк улыбнулся, она почувствовала щекой тепло и шершавость кожи его лица.
– Это из-за того, что в самые важные моменты ты задерживаешь дыхание. – Он расстегнул последнюю пуговичку, и платье тяжелой массой упало к ее ногам. Острый край его крючка подцепил завязки ее нижних юбок и шнурки корсета. С легким треском они разорвались, и ее роскошное тело вырвалось на свободу из плена.
– Тебе следовало бы подождать, как прочие мужчины, – проговорила Айрис, возбужденно смеясь. – Это же просто нецивилизованно – ходить и рвать на женщинах одежду, как безжалостный пират.
– Можешь сорвать с меня мою, – лукаво предложил он.
– О, как ты великодушен, какой…, очень…, очень… – Но больше ей ничего сказать не удалось: губы ее были запечатаны его требовательными поцелуями.
Спустя несколько часов они лежали сплетенные в спальне, где лишь две свечи золотили сумрак своим сиянием. Айрис с удовольствием потягивалась, а Люк гладил великолепные изгибы ее талии и бедер'.
– Дорогой, – сказала она и перекатилась поближе к нему, – я хочу просить тебя кое о чем.
– М-м… – Люк продолжал лежать с закрытыми глазами, водя пальцами по ее нежной коже.
– Почему бы тебе не жениться на мне?
Люк повернул голову и задумчиво посмотрел на нее. За все годы их знакомства у него даже мысли не возникало жениться на Айрис. И у нее, и у него была своя отдельная жизнь, они не нуждались друг в друге всерьез. Да, между ними были добрые отношения и страсть. Ровно столько, чтобы это было приятно.
–
– Разумеется. – Он похлопал ее по округлому бедру и заглянул в глаза. – Но, Айрис, я не собираюсь ни на ком жениться. Я же говорил тебе об этом.
– Но нам так хорошо вместе. Мы подходим друг другу.
Никто на свете не упрекнет нас, если мы поженимся. И никто не удивится.
Он неловко пожал плечами, не зная, как опровергнуть ее слова.
– Ты только со мной не хочешь связать свою жизнь? – Айрис оперлась на локоть. – Я не буду мешать тебе любить других женщин, если тебе этого захочется. Я не лишу тебя твоей свободы.
Удивленный Люк сел и запустил пальцы в свои темные волосы.
– Свободы заниматься любовью с женщинами, которые ничего для меня не значат?! – Он посмотрел на нее и криво усмехнулся:
– Спасибо, но с этим я давно покончил. И никакого удовлетворения мне это не приносило. Нет, такого рода свобода мне не "нужна.
– Боже мой! Да ты рожден быть чьим-то мужем!
– Мэри, – чуть слышно произнес он.
Айрис нахмурилась, легко поглаживая ладонью редкие волосы на его груди.
– Почему только ее?
Какое– то время Люк молчал, с трудом подбирая слова.
– После того как ее не стало…, я понял…, что какая-то часть меня ушла навсегда. Я могу дать женщине гораздо меньше, чем ты полагаешь. Хорошего мужа из меня не получится. Такого, каким я был для нее.
– Дорогой, твое представление о плохом муже намного превосходит представления других мужчин о хорошем муже.
Ты был очень молод, когда потерял Мэри. Как ты можешь говорить, что больше никогда не полюбишь? Тебе только тридцать четыре. Ты ведь хочешь иметь еще детей, семью.
– У меня есть Эмма.
– Ты не считаешь, что ей хотелось бы иметь брата или сестру?
– Нет.
– Ну и ладно. Я не так уж и жажду заводить детей.
– Айрис, – мягко произнес Люк, – я не собираюсь жениться ни на тебе, ни на ком-то еще. Я не хочу ничего больше того, что у нас уже есть. Если наши отношения делают тебя несчастной, если ты хочешь большего, чем я могу тебе дать, я пойму это. Есть мужчины, которые с радостью женятся на тебе, и. Господь свидетель, я не хочу стоять у тебя на пути.
– Нет. – Айрис нервно засмеялась. – Наверное, я просто жадничаю. Я бы не возражала против того, чтобы спать с тобой каждую ночь, жить в твоем доме и чтобы все знали, что я твоя. Но это вовсе не означает, что я несчастна сейчас.
Не смотри виновато. Ты мне ничего не обещал. Ты делал это очень старательно. Даже если ты дашь мне только то, что сейчас, это все равно больше, чем дал бы мне другой.
– Это не правда, – возразил Люк, жалея, что не может быть таким, как ей хотелось бы. Ему стало неприятно от мысли, что рядом с ним женщина, которая любит его, а он не может ответить ей тем же. Брак с ней стал бы обманом, насмешкой над тем, что было у него с Мэри.