Ангел для сестры
Шрифт:
Она стояла, как статуя, и смотрела в небо. И что мне было делать? Я никогда не был отцом, я еле справляюсь с собой одним.
Анна заговорила первой.
– Вы делали когда-нибудь что-то неправильно, хотя это казалось правильным?
Я подумал о Джулии.
– Да.
– Иногда я себя ненавижу, – пробормотала Анна.
– Иногда, – сказал я, – я тоже себя ненавижу.
Это ее удивило. Она посмотрела на меня. Потом опять на небо.
– Они там, вверху. Звезды. Даже когда мы их не видим.
Я сунул руки в карманы.
– Когда-то
– Какое желание?
– Разные. Бейсбольные карточки для коллекции. Золотого ретривера. Молодую хорошенькую учительницу.
– Папа говорил, что группа астрономов нашла новое место, где рождаются звезды. Только нам понадобятся две с половиной тысячи лет, чтобы их увидеть. – Она повернулась ко мне. – Вы ладите со своими родителями?
Мне хотелось солгать ей, но вместо этого я покачал головой.
– Раньше я думал, что, когда вырасту, стану таким, как они, но не стал. Дело в том, что в какой-то момент мне расхотелось этого.
Солнце обливало светом ее кожу, очерчивая линию шеи.
– Я поняла, – сказала Анна. – Вы тоже были невидимым.
Вторник
Легко огонь вначале затоптать;
Дай разгореться – не зальешь рекою.
Кемпбелл
Брайан Фитцджеральд был моим козырем. Если судья узнает, что один из родителей Анны согласен с ее решением перестать быть донором сестры, ее выход из-под опеки не будет уже казаться грубо противоречащим интересам семьи. Если Брайан сделает то, что я хочу – то есть скажет судье, что у Анны тоже есть права и он готов ее поддержать, – все, что напишет Джулия в своем отчете, можно оспорить. А главное, показания Анны станут формальностью.
Брайан пришел утром вместе с Анной в парадной форме капитана. Я нацепил улыбку, встал и направился вместе с Судьей им навстречу.
– Доброе утро, – сказал я. – Все готовы?
Брайан посмотрел на Анну, потом на меня. Он хотел что-то спросить, но, похоже, изо всех сил боролся с собой, чтобы не сделать этого.
– Эй, – обратился я к Анне, размышляя, как поступить. – Окажешь мне услугу? Нужно, чтобы Судья пробежался несколько раз вверх-вниз по лестнице, иначе он будет мешать в зале заседаний.
– Вчера вы сказали, что мне нельзя с ним гулять.
– А сегодня можно.
Анна покачала головой.
– Я никуда не пойду. Как только я уйду, вы сразу начнете говорить обо мне.
Я опять повернулся к Брайану.
– Все в порядке?
В этот момент в здание вошла Сара Фитцджеральд. Она спешила в зал заседаний и, увидев Брайана со мной, остановилась. Потом медленно отвернулась от мужа и пошла дальше.
Брайан Фитцджеральд проследил взглядом за женой, пока за ней не закрылась дверь.
– С
– Мистер Фитцджеральд, были ли у вас разногласия с женой насчет участия Анны в лечении Кейт?
– Да. Доктор сказал, что Кейт понадобится только пуповинная кровь. Они должны были взять часть пуповины, которую обычно выбрасывают после рождения ребенка. Ребенок ничего не терял и тем более не ощущал при этом никакой боли. – Он поймал взгляд Анны и улыбнулся. – На некоторое время это помогло. У Кейт началась ремиссия. Но в 1996-м опять случился рецидив. Врачи хотели взять у Анны лейкоциты. Это не было лечением, просто должно было поддержать Кейт на некоторое время.
Я попытался подвести его к сути.
– И ваши с женой мнения относительно этой процедуры разошлись?
– Я не считал это хорошей идеей. Анна уже понимала, что происходит, и ей это не нравилось.
– Что сказала ваша жена, чтобы убедить вас?
– Что если мы не возьмем кровь в этот раз, то скоро придется брать костный мозг.
– А что вы об этом думали?
Брайан покачал головой. Он явно чувствовал себя неуютно.
– Это невозможно понять, – тихо проговорил он, – пока ваш ребенок не окажется при смерти. Вы говорите слова, которые не хотите говорить, совершаете поступки, которые не желаете совершать. Вам кажется, что есть какой-то выбор, но, разобравшись, понимаете, что его нет. – Он посмотрел на Анну, которая, затаив дыхание, сидела рядом со мной. – Я не хотел, чтобы Анна страдала, но я не мог потерять Кейт.
– В конце концов все же пришлось использовать костный мозг Анны?
– Да.
– Мистер Фитцджеральд, скажите как сертифицированный фельдшер, вы оказываете медицинскую помощь человеку, у которого нет видимых проблем со здоровьем?
– Конечно, нет.
– Тогда почему вы как отец Анны решили, что медицинское вмешательство, которое опасно для самой Анны и не дает ей никакой пользы, было в ее интересах?
– Потому что, – ответил Брайан, – я не мог позволить Кейт умереть.
– Бывали ли еще случаи, когда вы не соглашались со своей женой по поводу использования Анны для лечения вашей другой дочери?
– Несколько лет назад Кейт попала в больницу… и потеряла очень много крови. Никто не верил, что она выживет. Я думал, что пришло время ее отпустить. Сара же была другого мнения.
– Что произошло?
– Врачи дали ей арсеник, и это помогло. У нее в течение года была ремиссия.
– Вы хотите сказать, что это был курс лечения, который помог Кейт без участия Анны?
Брайан покачал головой.
– Я хочу сказать… Я хочу сказать, что был уверен: Кейт умрет. Но Сара, она не сдавалась, и Кейт начала бороться. А теперь почки Кейт отказываются работать. Я не хочу видеть, как она страдает. Но в то же время, не могу ошибиться второй раз. Я не желаю говорить себе, что это конец, когда можно еще что-то сделать.