Ангард!

Андреева Наталья Вячеславовна

– Где это ты слышал?

– По телевизору сказали. А ты говоришь, мельницы с лошадками! Ладно… – вздохнул Серега. – Поехали к Рощиной.

– Она вряд ли Рощина. Кстати, убьем двух зайцев. Загородный дом Евгения Рощина, в котором ныне проживает Валерия Станиславовна, его законная жена, находится по той же Волоколамке. Друзья выбрали одно и то же направление. Это понятно: их объединяло общее дело. Рощин хотел быть поближе к Белкину. Но у меня такое чувство, что не только дела их связывали. Какая-то роковая тайна.

– У тебя повсюду роковые тайны, – отмахнулся Барышев. И трагическим шепотом добавил: – Не верю!

В свете дня коттеджный

поселок, который облюбовал для житья Евгений Рощин, Алексей рассмотрел хорошо. Вид с моста открывался прекрасный! Деревья по берегам реки Истры еще не покрылись густой листвой и обозрению не мешали. По левую руку возвышался величественный храм, купола Новоиерусалимского монастыря сияли так, что глазам было больно. На подъезде к храму стояли в ряд машины и автобусы. Это было популярное место у экскурсантов. Мост через реку. Дальше дорога резко уходила в гору. А налево – поворот. Туда они и направили стопы. То есть колеса. Коттеджный поселок находился в низине, метрах в двухстах от реки уже начинались дома. Некоторые только строились. Алексей обратил внимание на несоответствие: дома были огромные, иные очень уж вычурные, с колоннами, с башнями – словом, кто во что горазд, а участочки крохотные. Может, это были стандартные десять соток, может, и больше, но под тяжестью строений земля словно сжималась. Должно быть, была она здесь безумно дорогая, учитывая близость реки и роскошный вид на соборные купола. Святая земля. Окропленная водой реки Истры, протекающей мимо монастыря к дачным участкам. Не иначе как яблоки на здешних деревьях молодильные. А берега кисельные.

…Дом, принадлежащий Евгению Рощину, был почти уже достроен. Почти, потому что на участке велись работы. Стоял бульдозер, лежали трубы, рабочие месили цемент и готовились употребить его по назначению. А предназначался он для бассейна под открытым небом. Все ж таки до реки триста метров! Для кого-то дело плевое, а кто-то и заленится. Хозяин строился с размахом. Особняк в три этажа, бассейн, сауна, русская баня… Казалось, Рощин хотел использовать каждый клочок доставшейся ему земли. Алексей подумал: «Тесно». Высокий забор не в состоянии закрыть соседний особняк, такой же огромный, окна его, вот они, рядом! На расстоянии любопытства соседей. И леса во круг нет. Дома, дома, дома… А там, где заканчивается коттеджный поселок, начинается город Истра. Муравейник! Вот подходящее сравнение! Огромный людской муравейник!

За глухой забор их не сразу пустили. Как только подъехали, залаяла собака. Судя по басу, челюсти были внушительные. Потом появился широкоплечий мужчина с квадратным подбородком, нелюбезно спросил:

– Чего хотели?

Их с собакой подбирали в одной тональности. Слух у Валерии Станиславовны был идеальный, это Алексей понял сразу.

– Извините, – сказал он. – Мы хотели бы поговорить с Валерией Станиславовной.

– Она отдыхает.

– Мы понимаем. Но – надо, – выразительно сказал Барышев.

– Вам назначено? – подозрительно спросил охранник.

– Мы из милиции. Вчера убили ее мужа. Валерия Станиславовна знает?

– Да. Она в курсе.

– Может она с нами побеседовать?

– Документ?

Барышев полез в карман.

– А ваш? – глянул страж ворот на Алексея.

– Я начальник службы безопасности Петра Волового. Леонидов Алексей Алексеевич. Так ей и скажите. А вам я могу показать водительские права.

– Покажите.

Пока охранник тщательно изучал документы, Алексей прикидывал шансы Барышева против этого питбуля. Просто

так прикидывал, от скуки. Стравливать их он не собирался, тем более заключать пари. Это было бы безнравственно. Хотя на Сереге можно было бы неплохо заработать. Или так только кажется? Питбуль подозрительно спокоен.

– Ждите, – сказал тот, вернув документы. И скрылся за забором.

Раздался железный лязг запора, но ворота остались закрытыми. Алексей заметил, что Барышев злится.

– Сережа, спокойнее. Частная жизнь граждан охраняется законом. Она не обязана с нами общаться.

– Как же! Не обязана! У нее мужика убили!

– Не забывай, что они с Рощиным давно разъехались.

– Тем более. Бабки не поделили, она его и заказала. Обычное дело!

– Тогда бы все выглядело гораздо проще. Пиф-паф и ой-ей-ей, как ты давеча сказал. И концы в воду. Кстати, как тебе парень?

– Какой парень?

– Охранник. Каким видом спорта он занимается?

– Стрельбой по движущимся мишеням, – сердито ответил Серега.

– Иногда я жалею, что бросил курить, – вздохнул Алексей. – Чем бы заняться?

– Звезды считай.

– На дворе день.

– Тем более. Задача упрощается. – Барышев злился.

Пауза была долгой. Должно быть, Валерия Станиславовна наводит справки. Есть ли у Волового служба безопасности, есть ли у нее начальник, есть ли у начальника фамилия… Ничем другим такую долгую паузу Леонидов объяснить не мог. Очень осторожная женщина.

Наконец вновь появился страж ворот.

– Проходите, – нелюбезно сказал он и пошел отпирать тяжелые засовы.

Собака была на привязи. Но бесновалась так, что становилось жутко. С огромных челюстей капала слюна. Леонидов предпочел бы попугая. Но выбор остается за хозяевами, гостей никто не спрашивает, нравится им это или нет. Все, что они могут сказать: «Ах, какая прелесть!» – мысленно послав «прелести» проклятия. Домашнее животное – это неудобство, с которым приходится мириться, если хочешь остаться другом семьи, и хороший повод рассориться навеки, если задолжал его хозяевам.

Они припарковали машину на указанном месте. Когда вылезли из нее, охранник сказал:

– Оружие.

– Это вопрос? – сострил Алексей.

– Есть у вас оружие? – нахмурился питбуль, начисто лишенный чувства юмора. – Сдать.

– В сейфе, на работе, – оскалился Серега. Видимо, парень начал его доставать. – Сейф сдать?

– Я повторяю вопрос…

– На, обыщи!

Барышев распахнул куртку. Питбуль внимательно ощупал его взглядом. Потом так же осмотрел Алексея.

– Проходите, – сказал все так же нелюбезно. И собаке: – Фу.

Должно быть, та слушалась только хозяйку. Потому что продолжала бесноваться на цепи. Под аккомпанемент собачьего лая они прошли в дом.

Алексей сразу же обратил внимание, что особняк не кажется обжитым. Здесь было и неуютно, и пусто. Словно бы Валерия Станиславовна захватила редут, но нога ее уже была занесена для нового броска, новой атаки. Задерживаться в этом доме она не собиралась. Но и отступать, пока противник не подпишет капитуляцию на ее условиях, тоже.

Первой, кого они увидели, была девушка в джинсах и свитере. Она спускалась со второго этажа по лестнице, задерживаясь на каждой ступеньке. Лицо у девушки было сонным. Увидев в холле на первом этаже посторонних людей, она не выразила изумления. Вообще никаких эмоций. Прошла мимо мужчин, словно это были привезенные из мастерской скульптора статуи, заказанные для сада, она же хотела вместо них фонтаны.