Андервуд. Том 3

Рэд Илья

Вскормленная миллионами жизней и выношенная в «утробе» человеческого сосуда, эта тварь не имела теперь градации и могла претендовать на роль гегемона во всей подземной империи.

Противник, достойный звания Жнеца, только от мира монстров. Но даже так железная воля человека не пошатнулась. Он готов был встретиться с кем угодно, чтобы достичь своей цели. Ведь у него было то, ради чего стоило жить.

Он никогда не был самоубийцей — это внушение, через которое пришлось пройти.

Сейчас Ник понимал, какие ставки на кону, и пусть ему и было

жалко исчезающих в бездне людей, помочь им он всё равно не мог. Запущенную цепочку событий не остановить, и тут ему вспомнились слова давно умершего отца: «Нельзя поймать ветер, сынок».

«Да, папа, ты, как всегда, прав, жалко я тебе это мало говорил».

Жнец тряхнул двухпудовым кастетом, как обычной перчаткой, убирая с белого металла недостойные останки твари, и встал в боевую стойку.

— Ты не боишься? — удивился демон и посмотрел на устроенный им апокалипсис. — Всё это просто фантики, Ник. Ганс это понял раньше всех. Зачем страдать, когда можно получить то, что всегда хотел, и разницы никакой не будет?

— Знаешь, что мне больше всего нравится в обычных угрозах? — спросил Ник, пригибаясь к земле.

— А? — демон с лёгким любопытством повернулся к Жнецу.

— Они не болтают так много, — едва закончив фразу, он превратился в молниеносный сгусток и рассёк пространство.

Глава 28

Перекресток между мирами

Колония Р3, парафия Кефриса

Как только они прибыли сюда, Алекса и помощники Святого отца высыпали емиров порошок на сенсея щедрыми горстями. Ей было жалко видеть такой перевод средств, но время поджимало. По словам Саймона, за ними в часе пути увязалась большая группа Тёмных.

Кефрис распустил горожан, велев им покинуть территорию Р3, и те, что могли это сделать, спешно седлали варанов и убирались прочь. Скоро здесь начнётся большая заварушка.

Конечности учителя отрастали медленно. Всё из-за длительного срока травмы, но тут было столько руды, что она диву давалась: на неё можно было безбедно жить маленькому городку.

Возраст Саймона тоже скорректировался и вернулся в норму. От выросшей новой шерсти он зачесался с непривычки.

— Немного покалывает, но сойдёт, — сжимая и разжимая кулак, ответил крысолюд и показал, что достаточно, можно больше не носить порошок.

Оставшееся время он посвятил разминке взятым буквально из воздуха голубым мечом. Его свет пестрил в скоростных тычках и трюках учителя. С каждым движением он становился всё быстрее и быстрее, пока не превратился в сплошную сферу.

— Пойдёт, — буднично сказал мастер и вышел наружу, а окружавшая его оболочка растворилась в воздухе.

Церковь забаррикадировали. Кефрис отказался эвакуироваться и остался с Саймоном и Алексой до конца.

— Тебе не обязательно этого делать, — пожал плечами полукровка.

— Для Сомса честь, дружеский долг и сострадание всегда были чем-то несущественным, чем-то, что

можно принести в жертву. Но не для меня. Жалею, что поздно это заметил.

— Я тебя никогда не винил. Если бы не ты, кто знает, может, этому уроду и удалось бы сделать задуманное?

— Но ты никогда не любил наши беседы, — покачал головой святой отец.

— Я не любил их слюнявое содержание, — поправил Кефриса воин. — Все эти россказни о богинях и прочем таком — скука. Но у меня был неравнодушный собеседник, это многого стоит.

— Всё равно, прости меня.

— Ты просишь прощение у призрака, — усмехнулся Саймон и повернулся в сторону ворот. — Всё, скоро начнётся. Бегом внутрь, — приказал он девушке и священнику.

Алекса не совсем поняла ту часть про призрака, но, похоже, у Святого отца эта реплика не вызвала вопросов.

— Что он имел в виду? — спросила она набожного мужчину. — В каком смысле Саймон призрак? Он вам что-то успел рассказать?

— Боюсь, эта ноша не для тебя, дитя. Она вообще мало кому по плечу. Я и сам жалею, что узнал.

За дверью раздались первые громыхания от столкновения сенсея с воинством Тёмных. Хлопки входа и выхода из молниеносных атак уже были знакомы девушке. Она поднялась на третий этаж церковной башни и осторожно выглянула в окно.

Ураганным ветром голубой клинок носился меж тёмных тел, скорпионьи конечности разлетались в стороны, а противник всё напирал и напирал, не беспокоясь о вопросе смерти. Будто он второстепенен, а задача уничтожить врага — единственное, ради чего их создал подземный мир.

В голове Алексы царил такой же беспорядок, как и на поле боя. Она перескакивала с одной мысли на другую, в сердце предательски щемило, и дурное предчувствие не отпускало.

Ник вёл себя странно. В нём будто что-то изменилось. Ей показалось, что он был холоднее обычного. Так не ведут себя после долгой разлуки. Они едва успели перекинуться парой слов, как снова обстоятельства разделили их.

Она знала о его странной мечте выбраться на поверхность ради какого-то там солнца. Всё это воспринималось как обычная мужская бравада и мальчишеские игры — она надеялась, что он перебесится и со временем всё уляжется.

Но три года изгнания сделали его на порядок сильнее, и теперь девушка сомневалась.Неужели он и вправду уйдёт? Она кусала губы и пыталась представить себя на его месте, и выводы напрашивались неутешительные.

«Он не придёт даже попрощаться», — мелькнула в голове ужасная догадка.

Как только всё закончится, он исчезнет. Тут и так всё ясно: Ник свёл её с Саймоном и Кефрисом в одном месте, чтобы обезопасить. Оставил их приглядывать за ней.

Она всегда чувствовала его привязанность и улавливала любые изменения в его внутреннем состоянии. Однако Ник закрылся.