Андердог - 2
Шрифт:
Ми смешно наморщил лоб и сказал:
— Ничего не понимаю — ты совсем меня запутал…
Я улыбнулся.
— Хорошо, давай попробуем разобраться. Ответь мне на такой вопрос… Когда, мы сражались с тварями — ты боялся?
— Да, — кивнул Ми. — Особенно, когда ты сообщил о прорыве…
— Мне тоже было страшно… — подтвердил я. — Уверен, Фархас, Даго и остальные тролли и даже здоровяк Эрг — чувствовали тоже самое… Но мы не сбежали. Мы все остались сражаться. Да, мы боялись, но можно ли назвать нас трусами?
— Полагаю,
— Что же касается соседних племен… — продолжил я. — У их лидеров были свои миссии, а именно — не допустить гибели детей и женщин. Сейчас понимаешь?
— Да, — хмуро ответил Ми. — Но не принимаю… Проиграй мы битву — нетрудно догадаться на кого тогда началась бы охота…
— Здесь я с тобой полностью согласен. Тролли живут маленькими общинами. Здесь действует закон — каждый сам за себя.
— Им нужен вождь! Король! — воскликнул Ми.
— Хм… Король троллей… — задумчиво пробормотал я. — Может быть, ты и прав… Только вот, как бы хуже не стало…
— Почему? — искренне удивился гремлин. — Разве это плохо, когда все подчиняются одному правителю?
— Ну, на начальном этапе, может быть и хорошо, или в случае войны, например… А что будет дальше, когда беда отступит?
— Мир?
— Уверен? — усмехнулся я. — Как правило, короли окружают себя самыми сильными и влиятельными сородичами, которые очень быстро привыкают к власти. Со временем они превращаются в дармоедов, которых кормит весь народ. По крайней мере у людей запада именно так и происходит… Не думаю, что у троллей было бы как-то по-другому…
— А ведь у орков именно так и происходит… — озадаченно произнес Ми. — Вожди племен и шаманы живут лучше всех…
— И их право на власть охраняют волчьи всадники, — добавил я, а гремлин медленно кивнул.
— Потому-то я и говорю — как бы хуже не стало… Кто знает, может тихая племенная жизнь — это как раз то, чего не хватает людям? Где, по сути, каждый является членом единого клана? Ведь, клан — это семья…
— Семья — это хорошо! — снова кивнул Ми. — В семье друг за друга горой!
Нашу беседу прервал рык Обжоры. Харн предупредил, что впереди начинается подъем на холм.
Фархас называл эту возвышенность Лбом Великана. Старик говорил, что согласно древней легенде — это действительно был окаменевший за много столетий череп великана. Земля почти поглотила его. На поверхности остался лишь широкий лоб, который постепенно оброс каменными деревьями.
Кстати, если сравнить байки орков и троллей о сражении светлого и темного великанов, можно прийти к предположению, что такая битва действительно могла иметь место. Хотя, если начать верить во все байки, которые мне довелось услышать за мою короткую жизнь, то получится маловероятная история. Навроде той, в которой говорится, будто бы наш мир был создан Древними и что они приходили сюда словно духи из иномирных порталов лишь для развлечений. Бред, какой-то…
Когда мы оказались на вершине
Медленно обведя взглядом пространство вокруг холма, я озадаченно хмыкнул. Действительно, вершина похожа на лоб. Широкий, прямоугольный слегка выпуклый.
По правую руку, насколько хватало обзора до самого горизонта тянулся Каменный лес. Причем дальние деревья кардинально отличались от тех, что росли на границе со степью. Они были намного выше и старше. Племени Фархаса будет где укрыться.
По левую руку, с вершины холма был хорошо виден краешек степи. Харн, как самый дальнозоркий из нас сообщил, что на границе леса, у подножия холма происходит что-то странное.
Посовещавшись немного, мы решили, будет нелишним узнать, что там происходит. Тем более, дальнейший наш путь пройдет именно вдоль окраины леса.
В разведку отправился Ми верхом на харне, с четким наставлением — быть тише воды, ниже травы. Правда, сперва планировалось отправить только Обжору. Но Ми, аргументируя тем, что он лучше и подробней сможет рассказать мне об увиденном, убедил включить его в разведотряд. На что я, осознавая рациональность его доводов, скрипя сердцем, согласился.
Друзья вернулись спустя час, который я провел в беспокойном ожидании.
Уже издалека я заметил мрачное лицо гремлина.
— Орки, — хмуро сказал он, спрыгивая со спины харна.
— Вас заметили? — спросил я.
— Нет, — помотал головой гремлин.
— Тогда почему на тебе лица нет?
Малыш тяжело вздохнул и опустил голову.
— Это погонщики, — грустно ответил он.
— В смысле пастухи?
Ми поднял голову и зло сжав зубы, ответил:
— Да, но только они пасут рабов.
Неожиданно злость гремлина, передалась и мне. Видимо такая реакция на рабовладельцев уже в моей крови и что-то подсказывает, эту ненависть из меня не вытравить…
— Много орков?
— Восемь.
— Всадники, шаманы?
Малыш отрицательно покачал головой.
— А рабы?
— Почти два десятка. Четверо из них — ренегаты.
— Это те, которые помогают оркам добровольно?
— Не совсем, но почти…
— Ясно, — помяв подбородок, сказал я. — Осталось понять, почему они здесь… Чем они заняты?
— Под присмотром ренегатов, мужчины рубят лес, а женщины и дети собирают хворост, — ответил Ми и добавил:
— Люди очень напуганы.
— Ну, еще бы, — кивнул я. — Им сейчас за каждым деревом мерещатся лесные тролли. Кстати… А что если…
Задумавшись на секунду, я не сразу заметил, как смотрит на меня гремлин. Его рот растянулся в хищной усмешке.
— Ты чего? — удивился я.
Ми, продолжая улыбаться, ответил:
— Хе-хе… Просто, когда ты так говоришь — мы впоследствии обзаводимся новыми эсками и скрижалями. Ты ведь наверняка решил не проходить мимо.