Анатомия Комплексов
Шрифт:
— Я его не спрашивала. Девочка была одна. Лучшего выхода я не нашла.
— Где же твой брат? — спросил голос, который Эльхолия хотела слышать меньше всего. Рэй. Мужчина стоял напротив них, взирая свысока с некоторым отвращением. Девушка насторожилась, Иллан попытался проявить любезность:
— Я сам искал Монтррой. Его нет третьи сутки, и никто не знает: где он.
— Загадка, — ядовито ухмыльнулся Лоан и воззрился на Эльхолию. В тот же миг она поняла, зачем он пришел.
Женщина качнулась в сторону мужа, желая
— Рэй! Не смей! Что ты себе позволяешь?! — наконец очнулся Иллан и, грозно глянув на родственника, водрузил ладонь на его плечо, отодвигая от жены.
Рэй посмотрел на его руку, как на букашку, посмевшую облюбовать белую ткань, и резко вскинув кисть, погрузил два пальца в диафрагму брата — отдохни. Два агнолика, выросшие за спиной Иллана, подхватили падающее тело и зажали, помогая сохранить вертикальное положение.
" Минут 5-10, сегюр будет овощем", — прикинул Дэйкс, приглашая агноликов внести сегюр с террасы в зал. Эльхолия влетела следом, с грохотом и визгом собирая телом встречные предметы, врезалась в столешницу и приземлилась на пол, калеча руки. Хороший разгон ей Рэй придал, приложив все свои немалые силы.
Дэйкс поморщился от звука падения и заунывного поскуливания женщины и отошел в сторону, чтоб не мешать господину.
Эльхолия попыталась встать, но успела лишь подняться на четвереньки, как Рэй вновь отправил ее на пол. Девушка пошарила взглядом, ища помощи и сочувствия в лицах окружающих, и поняла, что напрасно. Агнолики, если и могли помочь, то лишь своему господину, и судя по их взглядам, с радостью.
Иллан взирал на нее с ужасом, мыча нечто нечленораздельное, но был недееспособен. Дэйкс брезгливо кривился, подпирая плечом стену. Рэйсли разглядывал женщину, склонив голову набок, словно прикидывая: как бы половчее ударить и куда?
Она только и успела рот открыть, приготовив поток ругательств и проклятий, как задохнулась от жуткой боли. Нос хрустнул под ударом ноги, кровь залила лицо, пол, платье. С минуту девушка изумленно разглядывала густую массу, капающую с лица, и упала в обморок.
— Не-ет, — прохрипел Иллан. Рэй оглянулся, с любопытством посмотрел на брата и, оставив свою жертву в покое, подошел.
— Не смей! Зверь! — выдохнул ему в лицо Иллан. Тот, словно не слышал, пошарил взглядом по вороту его сорочки, нашел его чуть перекошенным, поправил заботливо и резко сорвал с шеи брачную цепь.
— Я расторг этот союз. Ты свободен, — Лоан откинул ненужный кусок золота, достал слайд, вставил его в носитель брата и сунул в руку агнолика, чтоб тот удерживал его перед глазами сегюр:
— Развлекись, — хлопнул по плечу и направился к Эльхолии. Та уже
— Поговорим? Меня о-очень интересует твой брат. Где он?
— Не-не-не знаю, — прошептала, заикаясь женщина, стремясь отползти: близость Лоан повергала ее в ужас.
— Пробуем вспомнить? Сама или помочь? — еще «лучистее» улыбнулся мужчина. Девушка содрогнулась и с криком попыталась сбежать. Неудача. Рэй придержал ее за волосы, схватил за горло и поднял:
— Ну, так что решила? — спросил вкрадчиво.
— Не-не-незнаю, не-не.. — хрипела девушка, отбиваясь. Ладони шлепали по рукам мужчины, не причиняя вреда.
— Я жду, — поторопил ее Лоан, встряхивая и сжимая горло чуть сильней.
В зал бесшумно вплыл Поттан, встал напротив своего подопечного, сложив руки на груди, и с любопытством рассматривал дергающееся в его руке существо. Рэй заметил учителя и вопросительно выгнул бровь.
— Вся ветвь Аваншеллу в кьете. Отсутствует лишь Монтррой.
Лицо Рэйсли дрогнуло, исказилось злобной судорогой, руки разжались, выпуская жертву. Жаль. Эту раздавить — не велика честь, Монтррой — вот кто ему нужен, вот о ком грустит мэ-гоцо.
Эльхолия устремилась к мужу, моля о заступничестве, но тот и не слышал ее, смотрел на картинки, всплывающие на дисплее носителя, и хмурился, мрачнея на глазах. Его уже не поддерживали, сам стоял.
Девушка почти добежала до него, но была вновь перехвачена Рэйсли. Через минуту дико вопящую сегюр-мэно выволокли из залы за волосы, как самую низкую махо.
Что ж, мечты сбываются…
Уже рассвело, когда Рэй вышел из кьета. У подножья храма, прямо на мху сидел Иллан. Он всю ночь просидел тут, вглядываясь в тени, играющие на сине-зеленой поверхности у ног, вслушиваясь в завывания ветра и не желая слышать, казалось он мог донести до него безумные крики жертв, которых распинали во имя Модраш. Войти он не решался. Ждал.
Рэй глянул на поникшую фигуру брата и, устало вздохнув, сел рядом. Эта ночь, похоже, подействовала на Иллана сильней, чем смерть отца. Тот посерел, кожа лица утратила роскошную гладкость и матовость, навеянную множеством чужих и-цы. Губы отдавали синевой, взгляд тусклый, по-стариковски больной.
— Она мертва? — тихо спросил он у Рэйсли и воззрился с надеждой: скажи «нет», скажи!
— Нет.
— А другие?
— Да. Кроме Алорны. Она дитя и моя единоверка. Ее воспитает Фэйра.
— А что дальше? Что будет с Эльхолией?
— Посмотрим через полгода.
— Она ни в чем не виновата, Рэй, это я…
— Я не судья, я — палач. Мне ее мера вины без надобности, — криво ухмыльнулся мужчина и посмотрел в небо. Там был свет, в глазах же брата поселился мрак.