Амулет
Шрифт:
Тон его голоса не терпел возражений. Макоби перестала пятиться. Усилием воли она пыталась заставить тело повиноваться, но сейчас оно словно жило собственной жизнью. Медленно девушка сделала шаг вперед, за ним другой…
Сараккан взял принцессу за руку и подтащил к себе.
Призрак Дариана, ставший свидетелем сцены в часовне, не знал, как помочь Макоби.
Он мог бы привлечь внимание прохожих, но эта идея имела два недостатка. Во-первых, этих самых прохожих не было; во-вторых, десять дюжих солдат, охранявших вход в часовню, служили
Может быть, стоило поискать способ, как помочь принцессе самому? Но как?… На ум призраку ничего не приходило.
Он клубился у сторожевой будки наподобие мрачной грозовой тучи, не решившей, то ли пролиться дождем, то ли разразиться молнией, когда внезапно увидел знакомую компанию – Гларта, Угмана и Безногого.
Троица пронеслась мимо и устремилась к зданию в глубине сада. Призрак едва успел выкрикнуть вдогонку предупреждение о засаде. Гларт остановился, в то время как Угман и Безногий помчались дальше как ни в чем не бывало.
Заметив приближающуюся пару, Кишкорез и его молодчики плотоядно заулыбались и обнажили мечи. Поведение незнакомцев, решившихся на них напасть, представлялось безрассудным. Пещерный тролль вовсе не имел оружия, а у эльфа в руках имелась только длинная палка.
Но, как только Угман врезался в ряды приспешников Сараккана, ситуация им веселой не показалась, потому что столкновение с пещерным троллем равносильно встрече с камнепадом.
Вопреки ожиданиям солдат, Угман оказался не только сильным, но и подвижным, умным, опытным бойцом. Рядом с другом ловко орудовал жердиной Безногий. С одного взгляда было ясно, что этим видом оружия эльф владеет в совершенстве.
Двум солдатам он проломил черепа одним взмахом своей дубины, двух других обезвредил Угман, столкнув лбами. Еще двое упали бездыханными, после того как Угман своими огромными кулачищами съездил каждому из них в подреберье. Следующему солдату тролль сломал спину, перебросив мощным ударом через стену, а другому, швырнув его о дерево, свернул шею. Еще одного тролль сгреб в охапку и метнул в Кишкореза, когда тот кинулся наутек. Живой метательный снаряд в цель не попал, но, ударившись о землю, остался лежать неподвижно. Кишкорез, пытаясь увернуться, споткнулся о безжизненное тело и растянулся во весь рост. Тут его оглушил жердиной Безногий.
Гларт наблюдал за сражением с разинутым ртом и неподдельным изумлением. Раньше ему не доводилось быть свидетелем столь блистательной демонстрации боевого искусства. Сражение длилось не более десяти секунд, а в результате на лужайке остался лежать десяток неподвижных тел.
С интересом изучая эту картину, монах не сразу заметил призрака, наполовину высунувшегося из двери и отчаянно торопившего его войти в часовню.
Бросив на ходу друзьям, чтобы они оставались на месте и дали отпор другим солдатам Сараккана, если они появятся, Гларт направился ко входу в здание, открыл тяжелую дверь и скрылся внутри.
В часовне было темно и тихо. Гларт медленно двигался в проходе между рядами,
Сначала Гларт подумал, что опоздал и Сараккан и Макоби покинули часовню, воспользовавшись черным ходом, но в следующее мгновение он их увидел.
Макоби стояла на ступенях с правой стороны алтаря. Рядом с ней возвышался рослый улыбающийся мужчина. Он держал кинжал, приставленный к горлу третьей фигуры живой картины. Этим третьим был маленький толстый монах в летах, служивший, вероятно, регистратором.
Монах стоял напротив пары и, дрожа всем телом, что-то бубнил себе под нос. Гларт с трудом различил слова брачной церемонии.
Юноша понял, что успел вовремя, и вышел из тени.
– Прекратите этот фарс, – громко сказал он.
Троица уставилась на него в немом удивлении.
– Гларт!… – прошептала Макоби.
Сараккан перевел взгляд с невесты на незваного гостя, затем снова посмотрел на девушку. Его губы исказила сардоническая улыбка.
– Итак, Макоби скучать не доводилось. В приключениях вместе с ней участвовал спутник, – протянул он нараспев. В голосе его послышалась почти осязаемая угроза. – Ей повезло. Как мило с вашей стороны прийти на свадьбу, но, боюсь, вас сюда не звали.
– Гларт, уходи! – всхлипнула Макоби. – У него амулет! Ты ничего не можешь сделать! Пожалуйста, уходи!…
– Сараккан, у тебя есть только один шанс уцелеть, – сказал Гларт твердо. – Я пришел из Аббатства Рачительного Колдовства, чтобы забрать амулет Адомо и поместить его в безопасное место. Отдай амулет мне!
– Так он принадлежал Адомо? – рассмеялся Сараккан и любовно провел пальцами по талисману на своей груди. – Неудивительно, что его могущество беспредельно. Каждая минута приносит все более и более приятные новости.
– Только один шанс, – повторил Гларт. – Любительщина в делах, в которых ничего не смыслишь, опасна. Я обучался магии специально.
В глазах Сараккана вспыхнул недобрый огонь, и он двинулся в сторону молодого монаха.
– Неужели ты и в самом деле думаешь, что я возьму и спокойно отдам власть и могущество какому-то выскочке, желторотому птенцу вроде тебя? – выпалил он. – О да, я узнаю твою синюю рясу, узнаю я и серебряную булавку на капюшоне, означающую, что ты – всего лишь послушник. Ты вляпался по самые уши. Уйди, молокосос, пока я не разорвал тебя в клочья!
– Беги, Гларт! – закричала Макоби в отчаянии.
– Что ж… не говори только, что я тебя не предупреждал, – сказал Гларт, стараясь не показывать страха. – А теперь посмотрим, как ты справишься с заклинанием Шаровой Молнии…
Юноша знал, что с помощью амулета Сараккан мог бы взорвать часовню целиком, не говоря о нем самом. Но монах надеялся, что негодяй не обладает такой магической силой, какой, как казалось Гларту, обладал он сам.
Молодой монах поднял ладонь и направил ее на Сараккана. Рука дрожала, как осиновый лист на ветру. Последовала пауза, но ничего не произошло, словно Гларт забыл слова заклинания.