Амулет

Бибби Джеймс

Человек недоуменно уставился на безобразный кулон с непристойным изображением, который вручил ему гонец, и выругался.

Это не амулет! Разразившись потоком брани, он швырнул вещицу в стену, и она разлетелась на куски.

– Отправляйся назад к Болотному Духу, – крикнул он посланнику, – и скажи, что это не тот амулет. Еще передай, пусть даже не пытается надуть меня! Макоби должна быть в Кумасе завтра, как я уже говорил. В случае чего я не успокоюсь, пока его уродливая голова не будет красоваться на копье у ворот города.

Гонец

поспешно удалился, и мужчина перевел взгляд на осколки разбитого кулона, валявшиеся под ногами. Когда-то они представляли мужской член в состоянии эрекции. Почему-то это показалось ему дурным предзнаменованием. Он снова выругался и в сердцах ударил по осколкам сапогом, они отлетели под кровать.

Проклятая чертовка!…

Ему было жизненно важно, чтобы завтра принцесса была в Кумасе, потому что в этот день Миал обещал вернуться в город, чтобы услышать ответ на свое предложение. Но сдержат ли орки слово доставить принцессу обратно? Не выведала ли она у них больше, чем нужно? Не нарушит ли это его планы?

Он затряс головой, желая отделаться от гнетущих мыслей. Орки вернут Макоби, и она согласится выйти за него замуж, ибо не сможет противостоять оказанному на нее давлению. Завтра его планы осуществятся. Непременно! В противном случае жизнь будет потрачена впустую.

Но ждать было настоящей пыткой! День был еще в полном разгаре, а он уже сгорал от нетерпения. Следующие двадцать четыре часа будут ползти бесконечно долго…

Он нащупал на стене шнурок звонка и раздраженно дернул, намереваясь попросить принести бутылку спиртного. Спустя минуту в дверь легонько постучали. Когда он отворил ее, то вместо ожидаемого слуги увидел другого курьера…

Глава шестнадцатая

Остаток дня инспектор Трасса провел, стараясь не попадаться на глаза суперинтенданту Причуде.

Это было нелегко, поскольку большую часть дня шеф проверял Трассу, желая убедиться, что тот делает именно то, что ему велено. Поэтому, чтобы себя обезопасить, инспектору пришлось запустить механизм, который должен был привести его к поимке и аресту Сараккана по обвинению в убийстве полковника Де Венчаса.

Сержант Раси, как обычно, был рад слепо подчиняться приказам, в то время как детектив Кратаван, услышав об этих планах, возмутился.

– Но почему мы не можем трогать Миала? – спрашивал он настойчиво. – Мы же знаем, что это его рук дело!

– Это политика, Кратаван. Шеф скорее арестует невинного человека, чем огорчит власти. Если мы пойдем против воли шефа, то нас разжалуют в пешие дозорные и назначат дежурить по ночам на улицах.

Кратаван нехотя кивнул, признав неоспоримость фактов.

Трасса оставил его, нагрузив до отказа бумажной работой, появившейся вследствие возникновения новых обстоятельств в расследуемом ими деле, а сам ушел. Чтобы избежать встречи с суперинтендантом, он был вынужден несколько минут скрываться в чулане с рабочим инвентарем под центральной лестницей в вестибюле, но, в конце концов, ему удалось выскользнуть из здания управления незамеченным.

Теперь, сидя в одной из таверн старого города в ожидании

Сараккана, он старался подобрать слова, которые ему придется сказать. Похоже, что разговор предстоял тяжелый.

О, привет! Очень сожалею, но я должен вас арестовать за то, что вы не совершали. В результате вас скорее всего казнят, но это сущая ерунда. В качестве компенсации я угощаю выпивкой…

Он криво усмехался, бессмысленно пялясь в свой бокал с пивом. В норме пинта «Мантикора» могла поправить любое горе, но, к сожалению, в данной ситуации темно-коричневый эль оказался бессильным. Однако ломать голову было нечего. Трасса знал, что нужно делать.

Дверь открылась, и в таверну вошел Сараккан. Он обвел взглядом помещение, увидев Трассу, слегка приподнял в знак приветствия руку и двинулся к нему через зал. Выглядел он озабоченным и скованным, и Трасса подумал, уж не догадывается ли офицер о том, что должно произойти.

По дороге Сараккан взял два бокала пива – для себя и инспектора. Аккуратно поставив их на стол, он уселся напротив полицейского.

– Я получил ваше сообщение, инспектор, – начал он, – но я очень занят и не смогу уделить много времени. Итак, что за вопрос, который нам надлежит обсудить, и чем я могу помочь?

– Вопрос очень простой, – сказал Трасса, – ваш арест по поводу убийства полковника Де Венчаса.

Лицо офицера стало пепельно-серым, и он ошалело вытаращил на инспектора глаза. Губы Сараккана шевелились, но он не мог издать ни одного членораздельного звука.

Офицер был так ошарашен, что Трасса едва не рассмеялся, впервые за весь день.

– Прошу прощения, – продолжил он. – Мы хорошо знаем, что это дело рук Миала, но суперинтендант во избежание инцидента не разрешает мне задержать его. Он считает, что вы – весьма подходящая фигура на роль козла отпущения. Я должен произвести арест завтра. Но я твердо обещаю, что никто меня не заставит сфабриковать обвинение против невинного человека.

В бессильной ярости детектив стукнул кулаком по столу, и пиво из нетронутого бокала Сараккана выплеснулось через край. Несчастный человек тупо уставился на образовавшуюся лужицу и опрокинул стакан в горло, опустошив его одним глотком наполовину.

– Однако с вашей помощью я намереваюсь преподнести суперинтенданту сюрприз, – снова заговорил инспектор. – Вы, несомненно, в курсе, что Миал завтра возвращается в Кумас, чтобы получить ответ на сделанное принцессе Макоби предложение. Нетрудно догадаться, что вы бы предпочли, чтобы девушка ответила отказом.

– Конечно, клатт подери!

– Я хочу, чтобы вы мне помогли. Я уже предпринял кое-какие действия. В прессе появится материал о Миале. Этого будет достаточно, чтобы посеять сомнение в умах граждан. Но арестовать его на глазах у всех будет чрезвычайно проблематично. Если я буду один. Вот если бы была обеспечена поддержка со стороны армейских офицеров…

– Сколько солдат вам нужно?

– Думаю, десятерых хватит. Миала, вероятно, будут сопровождать трое или четверо гвардейцев из его личной охраны. Здесь, правда, есть его тайные агенты, но благодаря информатору я поутру их нейтрализую.